– Скажи, лисёнка, а ты знала, что на наши действия накроется всё туманом? – решил прекратить я косвенное закидывание моей стратегии камнями.
– Нет, не знала,– ответила Вальора, остывая.
– Тогда скажи честно, неужели всерьёз думала, что мы будем сидеть без дела, пока ты там совсем одна за всех воюешь?
Споровица потупила взгляд и уже совсем тихо ответила:
– Знал бы ты лорд, какая охота была…
– Знаю, видел я уже твои трофеи в Хранилище. Впечатлён, – произнёс я, параллельно заканчивая перекидывать пополнение в рюкзак дриады. – Согласен, вышло скверно, но мы сейчас как слепые котята. Никто о таком подвохе не догадывался.
– Вот эти умолчали! – подал голос Киеренн, тыча пальцем в перерождённых из лагеря погани.
– А давайте отправим Киеренна жучков собирать? – огрызнулась Лия. – Сначала торопится подарить Детям Смерти чужого питомца, не слушая и не ища советов, а потом виноватые у него легко находятся. Наверное, уважаемый, от тебя больше толку вдали от других.
– Ой, какая прекрасная идея. Я «за»! – поддержала Вальора.
– Всё, девоньки, хорошо. Это уже перебор, – вступился я за бортника. – Получилось так как получилось. Многие по чуть-чуть виноваты. Кто-то поторопился, кто-то смолчал, закрываем эту историю и думаем что дальше делать.
– Теперь всё сложно. Я пленять в тумане не смогу.
– Охотника я тоже отозвал. Так как в самом начале не учёл возможности погани захватывать моих питомцев. Но, кажется, у тебя всё-таки остался шанс продолжить охоту. Похоже, ты не увидела, но наш Шурнен способен не только брызги в небо поднимать, но и раздувать полосы смрада в лагере неприятеля. Гляди, – указал я на стол-карту.
– Ох, Шурненчик! Стоит им продвинуться, и ты сможешь продувать на всю длину кочевого стана? – возликовала споровица.
– С-смогу, моя изумрудно-чеш-шуйчатая богиня.
Вот блин, а я втайне надеялся что они евнухи, и мне никогда не придётся созерцать похоть этих странных соратников.
К нам вернулись шаманка и две септы. Селеста несла два ящичка составленные друг на друга, а остальные девчонки умещали по стопке из пяти коробов в каждой руке. Казалось, они с лёгкостью бы проделали подобное и с грузом большим в сотню раз.
– Скажите, лорд, у нас приоритет всё тот же? Всех мертвых переманить в наш лагерь? – ласково обратилась Вальора.
– Были бы они мёртвые, вас бы Редая уже давно испепелила и пустила по ветру, – еле слышно шепнула себе под нос феникс.
– Да, если мы можем вернуться к первоначальной задумке, это будет хорошо, – подтвердил я.
– Тогда предлагаю. Шурнен открывает локацию, я возвращаюсь к охоте, а вы здесь страхуете, пассивно участвуя в бою и активно развлекаясь, – споровица указала рукой на ящики, составленные на пол у стола. – По крайней мере, до тех пор, пока у противника не закончатся особи мужского пола, умоляю, по возможности бездействуйте!
Феникс демонстративно подошла к ящикам, выхватила пузырёк и наполнила себе стакан.
– За успех ваших планов! – подняла Лия бокал. – Если что, обращайтесь. – И опустошила посуду.
Мне стало интересно, что там такого приняла феникс, и я начал наблюдать за ней. Но во взгляде Лии так и не проскользнуло заинтересованности ни во мне, ни в ком-либо другом. Жаль.
– Похоже, никто кроме тебя у нас не способен пленять врагов с сохранением относительной безопасности. Так что если остальным добавить нечего, иди.
Повисла тишина, лишь феникс тихонько причмокивала наслаждаясь второй порцией напитка.
– Лия? Что скажешь?
– Лорд, правильно будет собраться и обрушить всю нашу магическую силу на лагерь. Отправив большую часть на перерождение, тогда уж выступать внаглую и подойти к котлам за новыми соратниками. Да, так мы потеряем от четверти до трети ушедшими на перерождение в Сальвир, зато битва пройдёт спокойно и наверняка.
– Не трусь, малютка, – потрепала Лию за щеку Вальора. – Справимся мы с вашими. Всех заберём.
– Угу, – продолжила дегустировать зелье феникс.
– Ну так что, лорд, отпускаешь? – переспросила лисица.
– Своё слово я сказал, возражений не слышал. Так что смело иди, – дал добро я.
– Хорошо, – улыбнулась Вальора. – Главное, молю, ничего не делайте. Наблюдайте и страхуйте.
– Смотрю, в хорошую армию попал. Как мирная жизнь так мужики в активе, а как война так бабы верховодят, – высказался Киеренн.
– Ты, Киеренн, можешь украсть командира из лагеря погани, не подставляя себя или других? Не можешь? Тогда замолкни и выполняй приказ. И бабы не верховодят, а в отличие от тебя вносят дельные советы. Что-то идей кроме как лося запустить мы пока не слышали, – подбросила негатива в сторону бортника Селеста.
Вальора, не выдержав накала страстей, засмеялась в голос:
– Киеренн, дурак старый… Ну конечно, кто же ещё! – не прекращала она заливаться. – Лось вышел, наорал на строй и убежал. Более бессмысленной атаки я ещё не видела!
– Мы силы свои пробовали, – проворчал бортник, оправдываясь. – Ты на охоту, кажется, торопилась, вот и иди!
– Всё-всё, великий полководец, ухожу. Ты, главное, бездействуй. А то назад буду возвращаться уже точно зная, кому откусить уши. – Вальора по привычке шагнула с балкона и рассыпалась спорами. А в ушах ещё долго стоял хохот озорной лисицы.
– Двухсотый. За Вальорой тоже присмотр необходим. Настрой и на неё картинку, – попросил я.
Леший кивнул, соглашаясь и по уже готовому столбику, чуть ниже портала к дриаде воплотил проекцию на споровицу. Ракурс на картинке ежесекундно менялся из-за перемещения Вальоры в пространстве.
– Я, лорд, от чертей подальше, насекомых больше в атаку пускать не стану, – отвлёк меня бортник.
– Теперь ты не над всеми атаками жуков властен, – впервые за долгое время открыл рот Гриб-Созерцатель.
– О чём ты, болезный? – нахмурился Киеренн.
– Семья построила муравейник, – торжествующе произнес Лорэй, будто от этих слов действительно что-то прояснилось. Но нет.
– А дальше что будет? – ошарашенно и слегка заискивающе спросил Киеренн.
– Он вылупится, – говоря будто с дурачком, недоумевая от необходимости объяснять отозвался Гриб-Созерцатель.
– Кто-о??! – вновь спросил готовый взорваться бортник.
– Муравейник, – высказал очевидный для него ответ Лорэй.
– И?!
– Я устал, – закрывая глаза, поставил точку в обсуждении Созерцатель.
– Во имя чресел Редаи, Штрих, кого ты к нам привёл??! – возмутился бортник после секундного зависания на медитирующего грибного мудреца.
– Брось, Киеренн. Зато ты теперь точно знаешь, что из муравейника скоро вылупиться нечто. И как только это случится, Вальора вернётся по твои уши, – ответил я.
На балкон царственно-неторопливо вошла дриада.
– Я к вам с дарами, – руки Эны были пусты, и я тут же перевёл внимание на Хранилище.
Дриада окинула всех насколько любящим, настолько же царственным взглядом:
– Прошу вас, лорд, вознаградите Детей Древа сокровищами Редаи, – обратилась ко мне преобразившаяся Эна.
Её скромное одеяние превратилось в невесомое лёгкое платье, стелившееся по полу шлейфом. На груди красовалось похожее на моё Жертвенное Жало. Сплетённая из белёсой лозы на голове дриады обосновалась диадема.
В её Хранилище лежали восемь Корон Посвящения вместо привычных Венцов. Я, слегка позавидовав, что свой уже когда-то надел, вынул все, раздавая новобранцам.
Дальше стало всё совсем непонятно. Уникальное оружие и предметы практически под завязку заполняли Хранилище Эны, и что кому отдавать я сходу решить не мог. Необходимо было вчитываться да и самому интересно было посмотреть на характеристики рарок.
Начал с крупного.
«Длань Справедливости
Требуется: Сила 200 ед.
Урон 2500-4000 ед.
Сила правосудия – не пустой звук. И это орудие прямое тому подтверждение. Противник, испытав на себе действие Длани Справедливости теряет все свои аргументы и безоговорочно капитулирует.
Ограничение:
