Инга понятливо кивнула:
– Служба?
– Да. Наряды и командировки.
Лейтенант прикинул сроки:
– Из полугода на новом месте четыре с лишним месяца провел в командировках. Так что, Аленушка, нормальной семейной жизни у нас с тобой не получилось бы.
Жена печально уточнила:
– И так будет всегда?
– Нет. Станет меньше. А следующим летом придут молодые лейтенанты, основная тяжесть службы ляжет на них.
Инга спросила:
– Сережа, как же вы теперь летом? Отпуск ведь больше не предоставят?
Александров изложил то, о чем успел не один раз поразмыслить:
– Думаю, надо действовать, как мы запланировали. Ближе к лету я найду возможность забрать Алену, только домашние вещи следует отправить сейчас, за время отпуска.
– Сержик, мы их складывали отдельно, в коробку. Я тебе сегодня покажу, что мы набрали.
Тетушка уточнила:
– Отправим контейнером?
– Нет. Получать будет трудно. Их же немного? Лучше багажом.
– Разумно.
– Вот только… Аленушка, как быть с твоей одеждой? В чем ты будешь ходить?
Лена подумала, решительно махнула рукой:
– Новое все отправим, похожу в старом. Я замужняя женщина, мне красоваться не перед кем.
Сергей поцеловал жену в щечку:
– Замужняя ты моя… Знаешь, ты можешь зимние отослать позже посылкой.
Инга кивнула:
– Верно. И поехать на Север уже в летнем. Лена, я тебе все равно платье на выпускной шить буду, и оставим один жакетик.
Александров спросил:
– А когда выпуск?
Алена ответила:
– Двадцать пятого июня. И я с двадцать шестого договорилась взять отпуск с последующим увольнением.
Лейтенант кивнул:
– Отлично. Я за месяц постараюсь найти способ за тобой приехать, заранее предупрежу телеграммой.
– Поедем на поезде?
– Вряд ли. Я уже как-то на них накатался. Придется делать пересадку в Москве… «Летайте самолетами Аэрофлота» – так будет лучше.
– Сержик, это не дорого?
Усмехнувшись, Сергей сходил в комнату, вернулся с солидной пачкой купюр, гордо положил ее на стол:
– Восемьсот рублей. Не думаю, что летом будет меньше.
– Это очень большие деньги, Сережа. Вы что, на всем экономили?
– Совсем нет, Инга Михайловна. На Севере я получаю полуторный оклад, плюс командировочные за все четыре месяца. Каждый месяц выдают продуктовый паек, съесть который одному физически просто невозможно. Почти все, что надо для квартиры, я уже приобрел, тратиться не на что. Хотел вот купить зимнюю куртку, но ничего приличного не нашел. Поэтому прилетел в форме.
Инга задумалась:
– Так, с курткой, думаю, я вас выручу.
– Буду очень благодарен. Та инвентарная, что носил прошлой зимой, очень понравилась.
– Не хочу загадывать, но имеется вариант получше. Какую сумму вы готовы на нее потратить?
– Инга Михайловна, полностью на ваше усмотрение. Заодно возьмите на неизбежные подношения и презенты. Кстати, в воинской части они мне очень помогли. Любой вопрос решался быстрее при наличии завуалированной взятки
– Гм-м, Сережа, я смотрю, вы не забыли мои наставления.
– Я старался быть хорошим учеником.
Они понимающе улыбнулись друг другу.
А потом, уже в зале, Сергей приступил к раздаче подарков.
Полный набор серебряных украшений – сережки, цепочка с кулоном, браслет, два перстенька и резное колечко – Аленке. Все оказалось впору (кто бы сомневался!), восторженная супруга наградила мужа очень страстным поцелуем.
Позолоченные элегантные кварцевые часы-браслет Инге.
– Сережа!..
– Носите, Инга Михайловна. Ваша «Заря» уж слишком простенько выглядит, и вряд ли отличается точностью.
Застегнув браслет, тетушка полюбовалась на вещь:
– Очень красиво. Спасибо.
– Пожалуйста. А вот духи.
Лейблы «Сделано во Франции» и ароматы женщин потрясли. Легкие, цветочные Лене, изысканные, более насыщенные тетушке.
– Я, наверное, на старости лет уверую в Бога. За то, что он мне послал такого зятя. Сережа, как вы все это сумели купить?
– Ответ один: Москва. Захолмье тоже часто посещается интуристами, отсюда и возможности. Плюс маленькие презенты продавцам.
– Но ведь это дорого?
– Но ведь я не пью.
Инга молитвенно сложила руки перед грудью и истово произнесла:
– Верую!
Шутящая тетушка – это что-то!
Потом сумку покинули два расписных подноса и два набора польской косметики. Дополнили восторги взятые в Снежинске банки фаршированного болгарского перца, лечо, пайковых сгущенки и сардин.
Радостный вечер для молодых супругов закончился совершенно счастливо. Полгода разлуки выплеснулись в яркую, неистощимую страсть. Спать им не хотелось. Немного остыв от одного любовного безумия, они снова загорались чувствами в жарких объятиях друг друга. Не в силах сдержаться, Алена несколько раз оглашала спальню особым чувственным стоном, заводя мужа еще больше.
Приятно умаялись и сладко заснули только под утро.
На работу Лена отправилась с совершенно сонными, но счастливыми до неприличия глазами.
***
Отпускные дни побежали один за другим. Каждый вечер Сергей отправлялся встречать жену на работу или в университет, ну, а выходные они проводили не расставаясь ни на минуту. Добавилось подарков – пришли три отправленные лейтенантом в последний день перед отпуском посылки. Посылал сам себе, чтобы не гонять за увесистыми ящичками женщин. Полученные на паек и оставшиеся с железнодорожных командировок вермишель, рис, гречка, тушенка, сгущенка, рыбные консервы…
Тетушка уже не упоминала про подготовку к войне, просто с искренней благодарностью принимала все более становящиеся дефицитом продукты.
Учитывая, что к обеду полки магазинов часто пустели, Сергей также взял на себя обязанность ходить в гастроном на Комсомольской площади с утра, занимая очередь до открытия. Маяться бездельем одному в пустой квартире ему не хотелось.
Мороз уже не тревожил – Инга выполнила задуманное. Оказывается, у нее на работе списывали выслужившие срок эксплуатации зимние комплекты с разрешением реализации для работников. Более старого образца, чем успел поносить Сергей. Те же «ужасные» ватные штаны, унты и роскошная меховая куртка. Весь потертый комплект обошелся в сто восемьдесят рублей, но оно стоило того.
За два вечера тетушка сшила на машинке новое покрытие для куртки, распоров и использовав в качестве выкроек старое. Сумела вшить молнии, поставила на клапана карманов кнопки. В меховой куртке на связанный Аленкой белый свитер и унтах лейтенант выглядел записным полярником, часто вызывая завистливые взгляды коллег по очереди.
Один раз очень удачно отозвалось посещение гарнизонного универмага, в который офицер регулярно заглядывал в ожидании подвоза тканей. «Выбросили» ковры. Их продавали только по предъявлению офицерского удостоверения личности, по штуке в руки, а оно всегда лежало у Сергея в кармане рубашки, как и пара сотен двадцатипятирублевыми купюрами. Александров сразу уцепился за большой светло-бордовый, как раз на всю стену заполярной квартиры. Тащить увесистый шерстяной рулон, конечно, было тяжеловато, но свой запас, как правильно повествует народная мудрость, не тянет.
Мебельный магазин, как и в Заполярье, не радовал. Убогого вида кровати, неподъемные столы и стулья канцелярского дизайна. Кресел нет, комбинированной «прихожей» нет. Ладно, до лета как-нибудь придется извернуться. Если что – обычные металлические вешалки с полочкой в продаже есть всегда.
Через две недели они собрали отправляемые вещи в большой фанерный ящик, и Сергей на грузовом такси отвез багаж на станцию.
Отпуск заканчивался. Все чаще во взгляде Аленки проскакивала неприкрытая грусть, да и Инга посматривала печальными глазами.
Пожилая женщина действительно привязалась к хорошему зятю, который так напоминал ее трагичную любовь, человека, с которым она мечтала связать жизнь. И морская форма, почти не изменившаяся за тридцать с лишним лет, только подчеркивала сходство.
