— Рассказывай, — поравнявшись с клоном, я кивнул ему в сторону, дескать, разговор наедине. — Предупреждение запоздало?
— Мы уже бой вели, когда маршал Блай связался с нами, — признал Кеймейкер, хромая на левую ногу. Сопровождающие меня дашейды и Секура убрались на пару десятков метров, мы же сделали несколько шагов в сторону, остановились вблизи раскуроченного «Берсерка». И только тогда маршал припал к оплавленному корпусу, не стыдясь показать, что сил терпеть у него не так уж и много. — Все шло как и было запланировано. Едва гунганы пошли в атаку — я приказал активировать минные полосы, которые разместили на равнине, через которую они шли. Подманили их к самым передовым траншеям, а затем активировали детонаторы. Поубивало многих противников — в основном — как раз этих самых гунганов. Они назад ломанулись, а тут как раз авианалет кинетическими бомбами. У них до половины гунганской армии полегло, побили много животных с этими их генераторами щита. Одновременно они с фланга ударили, но завязли в минных полях. Техника на нас пошла — «Гиацинты» их осадили, разбили большую часть генераторов отражающих полей, и в дело вступили МСТА, «Судные дни» и «Потрошители». Эти киборги… Они очень быстрые, сэр. Скорость бешеная. Они просто мясники — никакого разбора, крошили и своих, и чужих. Сэр, вы же знаете, я не трус, но… Было страшно. У них средняя броня, «Паззлами» прошивается на раз, однако попасть не так просто. Мы вызывали вторую волну штурмовиков. «Курносики» и «бобры» отработали на бреющем, гунганы бросились отступать, но МСТА перешли на беглый огонь… В общем, последние сорок минут мы только с этими киборгами в доспехах ИКЗТ и бились.
— И сколько их было? — поинтересовался я.
— Штатный корпус, сэр, — без промедления ответил клон. — Все, кто были расквартированы на Набу — все с имплантами. Нас спасло только то, что они шли во второй волне и тоже попали под авианалеты и на минные поля. Иначе бы вырезали нас как гизок.
— Кто-нибудь ушел? — спросил я.
— Попытались, — поник Кеймейкер. — Меня в кишки ранило и ногу перебило. Генерал Никс с одной рукой и глазом собрал всех кто мог двигаться, чтобы нанести последний удар. Медикаментов у нас уже к тому моменту не особо было — на всех бы не хватило. Я так понял, генерал это тоже сообразил. И чтобы спасти тяжелораненых, бросился в контратаку на киборгов, которые к лесу отходить стали…
— Если бы они ушли в леса, нам бы пришлось планету сжечь, чтобы не выпустить их отсюда, — понял я задумку старого друга.
— Потому я и считаю, что генерал спровоцировал киборгов снова сразиться. И когда упали бомбы…
— Он вызвал огонь на себя?
— Да, сэр, — клон покачнулся, я успел его подхватить, забросив руку себе на плечо. Похоже стимуляторы перестали действовать. — Простите, сэр, я отвечу за потерю корпуса, дайте только с братьями попрощаться…
— Успокойся, маршал, — коснувшись пальцами его лба, отправил клона в сон. Сдал его на руки подошедшему Кем Валу. — Отнеси в медотсек на «Защитник». На складе были медикаменты и бота — пусть Усар все тащит сюда. Возможно это кому-то из бойцов спасет жизнь, пока прибудут медики.
* * *
— Дрянная планета, — высказал свое мнение Кит Фисто, в очередной раз прикладываясь к фляжке. Оби-Ван, увидев это, неодобрительно покачал головой. Сидящая рядом с ним Бо-Катан лишь усмехнулась из-под своего шлема.
— А я думала джедаи — величайшие ханжи в галактике, — произнесла она. Члены Ордена, присутствующие на встрече, переглянулись между собой. Кеноби отвел глаза. Фисто с шумом опорожнил в себя фляжку. Рейн всего лишь зевнул.
— Хорошо, но мало, — констатировал наутоланин, встряхнув металлический сосуд. Убедившись, что емкость из-под спиртного пуста, он с сожалением убрал ее, прицепив к поясу. Рядом со световым мечом. — А ты не меряй нас старыми принципами, мандалорианка. Мы же теперь — Новый Орден джедаев.
— Сменить вывеску не убрав дерьмо внутри заведения — это еще не «реорганизация», — явно со знанием дела произнесла Крайз. — Республику вы тоже переназвали. И что, помогло? Сколько недель она просуществовала?
— Бо-Катан, — с недвусмысленным намеком заткнуться, своими лучистыми от добра и мудрости глазами посмотрел на нее Кеноби. — Давай не устраивать скандал. Мы все же на переговорах.
— Точно, как же я могла забыть, — хмыкнула рыжая мандалорианка, посмотрев на противоположную часть большой комнаты в недрах древнего храма, в которой проходила встреча двух групп разумных. — Вот только что-то вторая сторона не очень торопит…
Скрип массивных двустворчатых дверей, распахнувшихся в дальней от джедайской миссии стене, оборвал ее на полуслове.
Внутрь вошла процессия: четыре высоких гуманоида, облаченных в скромные одеяния, больше похожие на рванину, но являющиеся среди местных едва ли не предметом роскоши. Их лиц не было видно — все они как один носили массивные костяные маски.
Оставив свое оружие стражам из числа своих сородичей, калишцы — правители самых влиятельных кланов на планете — приблизились к столу для переговоров, уставленному скромными яствами. В полном молчании они расселись напротив тройки джедаев и мандалорианки.
— Мы приветствуем вас на Кали, джедаи, — произнес один из калишцев, имеющий маску, расписанную ритуальными письменами. — Вам не рады на Кали, но мы, старейшины всех кланов, даем вам слово — вас никто не тронет.
— Милота-то какая, — изрек Кит Фисто, подавшись вперед. — У вас, случаем, самогона не будет?
— Распивать спиртное в Храме Шрулак — святотатство, — осадил наутоланина главный. — Мы не держим его здесь. И вам не советуем, если не хотите оскорбить наших богов.
— Это мы завсегда, — заулыбался Фисто, которого явно стало «развозить» на жаре. Калишцы не то, чтобы отсталый народ, но блага цивилизации, вроде кондиционеров, для них — непозволительная роскошь. У них с едой-то проблемы.
— Кто главный из вас? — строго спросил калишец с разрисованной маской.
— Мы все равны, — осторожно произнес Оби-Ван.
— И даже женщина? — со смехом поинтересовался другой местный.
— Она такой же воин, как и мы все, — отрезал Кеноби.
— Когда мы просили у вас разобраться с ям’рии, вы говорили иное, — с вызовом произнес тот, чья маска имела узоры. Рейн про себя решил именовать его просто как «Вожак».
— Вы не понимаете, — поморщился Кеноби. — Это несколько иное…
— Мы все прекрасно понимаем, — возразил калишец. — Кали не входила в состав Галактической Республики. Ям’рии входили. Они убивали нас и обращали в рабов, пожирали наших детенышей. Вы встали на их сторону, когда тот, кого вы называете теперь Гривус, поднялся среди нас и стал воевать. Вы принудили нас отказаться от славной войны во имя безопасности нашей планеты. Мы выплатили огромную контрибуцию, и наши долги оказались безмерны. Гривусу пришлось пожертвовать собой, уйти в услужение муунам, чтобы те простили нам долги. И про нас снова все забыли. А сейчас, когда ваша жалкая Старая Республика пала, когда разумные в галактике проливают кровь друг друга, вы решили обратиться к нам за помощью?
— Да, — подтвердил магистр Рейн. — Тяжелые времена в галактике. Нам нужна ваша помощь…
— Народ Кали не помогает тем, кто слаб, — изрек «Вождь». — Мы воины и покрыли себя великой славой многих лет сражений. Вы можете называть себя «воинами», но вы не они. Никто из вас не имеет великих заслуг в личном сражении.
— Вообще-то, — насупился Рейн.
— Молчи, человек, — пригрозил пальцем калишец. — Мы бедный, но не отсталый народ. Мы знаем, что ваш Орден покинули все те, кто среди нашего народа считался славными воинами.
— Это он про Доугана что ли? — поинтересовалась Бо-Катан.
— То, что вы не вычеркнули его имя из своей памяти, говорит о том, что вычтите его память, — одобрительно кивнул калишец. — Его подвиги хорошо известны на Кали. Он сражался с Гривусом много раз. И победил его. Доуган вызывает у нас уважение, он способен на храбрые поступки.
