«Можно было бы это дело и мне оставить».
«Можно было. А можно было и не. Придержи коней, пока догоню».
Вот же характер какой. Всегда такая была, сколько Уилкс её помнил. Когда в шестьдесят пятом криокластический поток чуть не сровнял Фуско с землёй, Джен чуть не силой приходилось вытаскивать из кабины экскаватора. Глаза осоловелые, голова как у куклы по сторонам болтается, руки трясёт от усталости, а всё туда же. Каждый раз, отправляя её поесть и выспаться в купол, приходилось уговаривать. Не человек, кремень.
Уилкс послушно притормозил, глядя, как приближается маячок. Ишь, поспешает.
Сквозь снежное гало едва можно было различить, как серая тень скачет через гребни разломов, отбрасывая ведущими колёсами фонтанчики снежных наносов.
«Осторожнее, Джен, куда так летишь, убьёшься».
Ровер юзом проскользил последнюю сотню ярдов, обдав оболочку Уилкса потоком текучего ледяного песка, так что визор пришлось протирать.
А вот поди и она сама, лица не видать, конечно, но по пластике движений – ни с кем не спутаешь. И рукой такая машет, иди, мол, сюда.
«Говори толком, торопилась же вроде».
Но она чего-то продолжала помалкивать, всё так же делая приглашающие жесты. И даже ногой топнула с досады, что Уилкс продолжает тупить.
Хмыкнув себе под нос, он отстегнул магнитные замки да полез из седла, мало ли что у неё там, может, лазерная связь в снеговом облаке барахлит.
Так это дело поправимо. Подойди к ней вплотную да прижмись шлемом к шлему, чтобы звук напрямую пошёл. Слышимость, конечно, как в бочке разговаривать, но хотя бы не подслушают. Только тут до Уилкса дошло, чего это она.
Разговор должен был остаться между ними двоими.
– Слушай сюда, старый хрен. Какого чёрта ты туда лезешь?
От подобной отповеди Уилкс аж зарделся. Что эта пацанка себе позволяет?
– Ты это, полегче на поворотах. Покуда я тут на фактории командую.
– Командуй где хочешь, а звук этот из-за границы твоих земель идёт, хрена тебе дома не сидится?
– Так, охолони мальца и говори по делу. Что не так с этим звуком?
Минуту или около того Джен пыхтела, прикидывая.
– Я не могу тебе сейчас этого сказать. Ради твоего же блага.
– Не можешь так я тем более поехал, – фыркнул Уилкс и собрался уже в обратную, но Джен тотчас схватила его за силовую раму экзоскелета и легко удержала на месте, её оболочка была куда тяжелее.
– Не дури. Я тебе всё скажу, потом, честное фронтирское, вот те крест, только не лезь, ради тебя же, старого дурака, стараюсь.
– Не надо ради меня стараться, – Уилкс для убедительности даже головой потряс. – И обещалки обещать тоже не надо, говори как есть или отчепись.
– Я же тебе сказала, не могу пока ничего сказать. Тебе что, больше всех надо?
С этими словами Джен озабоченно повернулась, словно за ними кто-то сейчас наблюдал.
– Давай так поступим, ты сейчас заберёшься обратно на свой ровер и дашь там мэйдэй на факторию, пусть высылают запасной для буксировки. Как дождёшься, забирай оба и возвращайся. А потом поговорим.
Вот же упорная. Вся в папашу.
– Что-то тебя, Джен, куда-то не туда занесло. Ты ежели в какую передрягу попала, так и скажи, мы же люди друг другу не чужие, я помогу, потом сочтёмся.
Джен в ответ аж зарычала.
– А, к чёрту!..
И тут же, отступив на пару шагов назад, навела на Уилкса раструб табельного станера, какой выдавали в Форт-Ридже штатной милиции. Вот до чего дело дошло.
Нет, Джен, хошь не хошь, так у нас разговор дальше не пойдёт.
Уилкс послушно поднял руки вверх.
Станер штука неприятная, попадёшь под луч, считай как минимум оболочку обблюёшь по гарантии. А может, и ещё чего получше наделаешь. Нам такого не надобно.
Джен кивнула ему, мол, молодец, слушайся дальше, а сама стволом показывает, к роверу возвращаемся, аккуратно, медленно.
Уилкса так и подмывало активировать дальнюю связь и доложить через ретранслятор фактории о выкрутасах Джен, но что-то его останавливало. Не ради себя она старалась, и явно втихаря от начальства. Не нравилось Уилксу, когда на него ствол наставляли, а всё ж таки не чужая ему Джен.
Как-то однажды после хорошей попойки оказались они в одном номере припортовой гостиницы, ему тогда под шестьдесят по земным годам, она тоже не молодуха, однако что-то у них тогда в головах щёлкнуло, так что наутро и вспомнить было стыдно.
Одевались тогда молча, искоса поглядывая друг на дружку через плечо. Хотя, в общем, как приключение на одну ночь – почему нет.
И вот, сорок лет спустя, она ведёт его в сиянии снежного гало, и у неё в руках станер, а у него из оружия – только мат-перемат. Который, впрочем, он всё ж таки оставил при себе, в эфир не пуская.
По всему выходило, что Джен и правда его от чего-то сейчас защищала, не пуская на север, и это выглядело логично – она, предположим, знала, что там такое, и ей, скажем, приказали его сопроводить на место, не сообщая деталей, но её этот план не устраивал, так что пришлось ей ствол доставать.
Одна проблема, если начальство в Форт-Ридже решит, что он не добрался до места, потому как она ему тут что-то нашептала, знать, у неё тоже будут проблемы, а вот это уже не устраивало Уилкса.
Оборачивался он в сторону Джен как бы нарочито размашистым жестом, пришли, мол, зараза ты такая, чего тебе ещё от меня надо, однако в процессе он не стал останавливать своё движение, а крутанулся ещё сильнее, подсекая оболочку Джен в области коленей. У более тяжёлого экзоскелета есть один недостаток – инерция делает его почти неуправляемым в падении, при малой силе тяжести рефлекторно сделанный шаг назад в попытке восстановить равновесие приводит лишь к тому, что ты в итоге начинаешь проскальзывать опорный ногой и всё равно валишься навзничь.
Усевшись ей на грудь, Уилкс шмыгнул носом, припрятал в карман бесполезный для него станер – всё равно не выстрелит – и только потом шикнул на тяжело возившуюся под ним Джен.
– А ну рассказывай.
Замерла.
– Не ходи туда, не будь бо́льшим дураком, чем ты есть.
– Дай подумаю. Мне там что-то страшное грозит?
– Не могу я тебе этого сказать. Пойми, если они узнают, что ты в курсе дел, нам обоим так и так конец.
– Снова-здорово, от меня эти твои «они» всё едино ничего не узнают. А так легенда простая – ты нагнала мой ровер, я что-то заподозрил, на тебя напал, обездвижил, пока ты высвобождалась, меня и след простыл. Ты в порядке, а я уж как погляжу на те дела, там и порешаем, как с этим всем быть. А то ты может просто скажи, в чём дело, я даже и носа туда совать не стану, как ты там сказала, честное фронтирское?
Джен дёрнулась напоследок и сделала вдруг визор прозрачным. Ну вот, последние аргументы в ход пошли. Её глаза глядели на него твёрдо и сухо.
– А поверить мне на слово, что этот план идиотский, ты никак не можешь?
Однажды он ей действительно поверил. Тогда в сторону фактории дёрнулись двое беглых. Уилкс сразу хотел за ними автоматы выслать, но Джен сказала, что это два глупых пацана, могут и не послушаться команды, погибнут по дурости ни за грош. Уилкс отозвал ищеек, даже в факторию пустил. А они оба ножи достали. С тех пор у него слева на груди два шрама. А на землях фактории – две новых могилы.
Нет уж, больше он Джен не верит.
– Не дёргайся.
С этими словами Уилкс достал из ранца пузырёк серебрянки и уверенными движениями по очереди засандалил пену в плечевые и тазовые сочленения её экзоскелета.
Она могла бы в тот момент не выть раненой волчицей, а просто сказать ему, в чём на самом деле проблема с тем звуком на севере.
Но нет. Предпочла не говорить.
Ну и ладно.
Оставив её лежмя корчиться на перепачканном серебрянкой реголите, Уилкс решительно вернулся к своему роверу. Ничего, полтора часа, прежде чем полимер станет хрупким на морозе, у него есть, как раз до места и доберёмся.
Ровер тронулся в путь, взметая за собой струи ледяного песка.
Подумать так, он оставил Дженнифер возможность хоть сейчас активировать дальнюю связь и сообщить обо всём случившемся в Форт-Ридж, но что-то ему подсказывало, что она до последнего предпочтёт молчать.
