Легион (СИ) - Кораблев Родион

— Граница тоже горит, — доложила Мирам. — Мы можем попробовать уйти. Наверняка она меньше.

— Ты куда-то торопишься? — хмыкнул Алекс.

— Нет, но я помню о титанах снаружи. Думаю, что сейчас они заняты, однако, если мы не поторопимся, титаны могут заняться нами.

— Уйдем мы сейчас или потом — это ничего не меняет. Но лучше не оставлять за собой раненого левиафана, когда можно его добить. А то он в следующий раз злее будет.

— Хорошо, — вздохнула Мирам. — Я поняла твой план. Даю координаты следующих врат…

Туман ослаб еще сильнее, и это позволяло легиону разгоняться. Хемет, кстати, так и не появился поблизости. Что с ним делать, пока не решили — Мирам предлагала воспользоваться суматохой и прихлопнуть лидера Достойных, но Алекс отказался. Во-первых, это отняло бы драгоценное время, а во-вторых — Достойные были скрытым резервом мира адептов.

Просто Хемет явно был заинтересован в разработке технологии наиболее безопасного добавления адептам врат Бесформенного. А дополнительные врата, при условии контроля, — это серьезная поддержка. Особенно для свободных, у которых врат всегда не хватает. Естественно, это должен быть добровольный выбор. Хотя у свободных его часто не было, и они готовы были ухватиться за любое решение…

— Если Достойные продемонстрируют всем, что могут усиливать слабых, многие за это ухватятся, — объяснял Алекс. — И никакой Совет ничего с этим не сделает. Поэтому эту… хм… инициативу следует перехватить.

— А ты не боишься, что адепты с вратами Бесформенного расплодятся и создадут потом свои школы и захватят Радиусы? — ехидно поинтересовалась Мирам. — Ведь у них будет другой хозяин.

— Не боюсь. Даже ментаты не подчинялись Бесформенному. Адепты тем более не станут служить новому хозяину… если будут иметь выбор. В чем-чем, а в этом я абсолютно уверен. Нужно только с призывом разобраться.

— Так захвати Хемета и дело с концом! — предложила Мирам.

— Нам некогда за ним гоняться. Левиафан важнее.

В общем, Хемета решили не трогать. Пока не трогать! Хотя Алекс не мог не отметить, что он все больше начинает понимать логику Совета. А порой и сам действует согласно этой логике. Потому что это была логика выживания — используй что можешь.

Разница между ними была в том, что Совет мог легко пожертвовать кластерами ради усиления школ, а для Алекса это было неприемлемое решение. Он, наоборот, хотел усилить мир адептов настолько, чтоб кластеры оставили в покое. У тех и так проблем хватало. Например, Перезагрузка…

До следующих врат легион добрался за двадцать минут и так же их легко закрыл. К этому моменту туман еще сильнее посерел.

— У Фермы осталось восемь врат, — хмыкнула Мирам. — Интересно, в какой момент Вселенная посчитает, что левиафан уже не суперхищник и оставит его в покое?

— Думаю, что она будет добивать Ферму до последнего, — поморщился Алекс. — В таких делах Вселенная никогда не останавливается на полпути, к сожалению.

— Почему к сожалению?

— Если она не хочет останавливаться с левиафаном, то не остановит и Перезагрузку Ваантана.

Это был еще один момент, который он собирался изучить — где проходят границы «терпения» Вселенной и как далеко она может зайти. Пока у Алекса перед глазами имелся один пример — Квазар. Там давление Вселенной закончилось только после того, как Червь вымел всех монстров. То есть, после полной победы.

Для жителей Ваантана это был не очень хороший пример.

Но долго размышлять о таких глобальных вещах сейчас не имело смысла. Сейчас они должны были добить Ферму, чтобы остановить или хотя бы замедлить Феста. Не Бесформенного, потому что остановить Бесформенного было непосильной задачей для любого адепта.

К счастью, все пока указывало на то, что за созданием Пузыря стоит именно Фест…

Следующие пять врат легион закрыл в течение двух часов. Все происходило по стандартной схеме — они долетали до нужного места, Алекс на ходу закрывал врата, после чего легион улетал без задержек.

Аномалии, получившие название манок, Алекс аккуратно собирал и складывал в Призрачном хранилище, хотя казалось, что они больше не нужны.

— Я все еще думаю, что это опасно, — ворчливо заметила Мирам.

— Я в любой момент смогу от них избавиться. Давай следующие координаты.

— А следующих больше нет.

— Это как? Должны остаться еще трое врат.

— Считать я умею, но все цели исчезли. Видимо, троих врат недостаточно для поддержки Фермы. Она начала разрушаться. Скоро это станет заметно. Нам пора выбираться отсюда. А также подумать, с кем мы встретимся снаружи. Если не забыл, там были титаны.

— Титаны не должны трогать Достойных. Если их, конечно, не заставят, — задумчиво протянул Алекс.

— Мы — не Достойные.

— Но очень похожи.

— Скоро мы это проверим, — буркнула Мирам.

— Хм… помнится, ты говорила, что лучше бегать от титанов, чем сражаться с Фермой. Похоже, твое желание вот-вот исполнится, — усмехнулся Алекс.

— Ничего смешного. Лучше придумай, чем мы удивим титанов…

Второй Радиус. Школа Корвус. Центр наблюдения за Пузырем.

В космосе висел огромный шар, размером с приличный астероид. Опытный наблюдатель, знакомый с обычаями Второго Радиуса, опознал бы в нем боевую базу школы Корвус. Хотя, по сути, это был артефактный дирижабль, способный нести тысячи адептов, обеспечивая им и комфорт, и защиту, и все остальное. По сути, дом, а не летающая база.

На одной из сторон, за прозрачной стеной, висел десяток молчаливых адептов. Казалось, что они ничего не делают, но адепты были очень заняты. Это были наблюдатели-сканеры, и каждый следил за своим участком серой зоны, тратя каждую секунду внушительное количество ресурсов…

Отсюда Галактика была особенно красива, и можно было охватить взглядом все звездные системы разом. Однако глаза адептов не видели звезд — они сейчас замечали только течение энергий.

Серая зона казалась им исполинской, медленнотекущей рекой. По-своему это тоже было красиво. Вот только Бесформенность была ядом для жителей Радиусов, поэтому поток отравы космического масштаба не вызывал теплых чувств. А если вспомнить о титанах и прочих неисчислимых тварях, которые прятались внутри, то зрелище становилось и вовсе неприглядным.

Причем, сколько туда успело добежать монстров, никто доподлинно не знал, потому что наблюдателей расставили после того, как основная волна монстров прошла.

Школа Корвус оказалась тогда не готова, хотя, справедливости ради, теперь они отслеживали большинство прорывов. Кроме того, сюда стекалось все больше представителей других великих школ, которые активно гонялись за монстрами. Поэтому нельзя сказать, что адепты Второго Радиуса вообще ничего не делали.

Но это была уже не совсем заслуга Корвуса.

Поговаривали даже, что территория в Первом Радиусе скоро перейдет Совету, что задевало всех членов школы. Пусть сектор сейчас был недоступен, но большинство адептов вышли оттуда и считали территорию своей. Однако с решением руководства школы они не спорили. Это было не принято среди адептов Второго Радиуса.

Правда, буквально на днях старейшина Смок объявил, что территория сектора переходит некой новой великой гильдии под названием Табера. Это вызывало много пересудов, однако в дела старейшин простые адепты, даже высокоуровневые, также не лезли.

Но это не означало, что им неинтересно или что они не могут обсуждать новости…

Одним из десяти наблюдателей в комнате был адепт по имени Лойд. Он, как и его коллеги, не отслеживал прорывы из межгалактической тьмы — они следили именно за серой зоной. Причем каждый за своим участком.

Например, Лойду достался район, в котором плотность Бесформенности была подозрительно высокой. Этот район граничил со Вторым Радиусом, но никто не мог туда спуститься без последствий — пара экспедиций, включая путешествие старейшины Фогота, это подтвердили.

Правда, как оказалось, Фогот выжил и даже сумел отправить сообщение. Собственно, группа Лойда его и приняла.