"Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аквила Люцида

В итоге, всю дорогу до арки портала я вздыхала, поскольку Рейн так и не ответил на мои вопросы. Но стоило нам оказаться в просторном зале, полностью состоящем из мрамора, как я начала нервничать. Это место мне было незнакомо, и наличие большого количества офицеров в форме имперской службы безопасности, спокойствия не прибавило. Я прижалась ближе к Рейноду, на что получила довольную улыбку от парня и тут же отодвинулась в сторону.

— Одну минуту, маркиз де Шантайс, — проговорил маг с эмблемой целителя на тёмной мантии. — Это последняя проверка, после чего вас пропустят.

Нас с Рейном окутало сияние. Я ощутила, как магия прошла насквозь и тут же схлынула, оставляя странное «послевкусие» морского бриза. Целитель улыбнулся, поклонился и нам разрешили выйти из зала. Рейнод схватил мою руку и практически бегом направился вперёд по коридору. Я только успевала быстро переставлять ноги, чтобы не упасть и не начать волочиться по полу вслед за ним. А когда мы остановились около огромных двустворчатых дверей, он тихо проговорил:

— Выдыхай, Кейти, теперь мы в безопасности. Кстати, маленький совет, не дёргайся и помни, что в этом замке все условности не имеют смысла.

После этих слов, двери перед нами распахнулись, и я увидела гостиную — просторную, изящную, светлую и явно принадлежащую императорской семье. Такой вывод я сделала по белоснежной отделке помещения и сидящей в кресле императрице. При нашем появлении, она вдруг вскочила с кресла и практически подбежала к нам. Молча осмотрев сначала Рейнода, потом и меня с ног до головы, императрица вдруг всхлипнула и обняла Рейна.

— Вы решили довести меня до сердечного приступа? — шмыгнула она носом.

В тот момент императрица больше напоминала мне обычную девушку, но никак не жену великого правителя. Я так удивилась, что замерла, глядя на неё широко открытыми глазами. Только, когда она повернулась ко мне и улыбнулась, я внезапно осознала, что они с Рейном очень близкие друзья. Странно, как это до меня не дошло раньше, ещё в кабинете императора? Наверное, тогда мне было не до разбора отношений между парнем и семьёй правителя.

— Кейти, я так рада, что ты в порядке! — воскликнула императрица. — Проходите, и я жду подробного рассказа. Эринор успел лишь вскользь объяснить ситуацию. Признаюсь, после донесения, что умерла ещё одна адептка, я чуть с ума тут не сошла. Мне не дают никуда выйти дальше сада!

Я улыбнулась, настолько жалобно это прозвучало. Сразу вспомнились дни, проведённые в доме верховной жрицы, когда мне было четырнадцать лет. Тогда меня выпускали лишь раз в день посидеть во дворе. Остальное время пришлось провести в помещении. А на минуточку, жила я там целый месяц!

Связанно это было с довольно печальной историей. Кто -то похищал детей из храма Дионаи и потом их находили мёртвыми. Тела были похожи на высушенные мумии, и никто не мог сказать, что с ними произошло. Потому всех, подходящих под возрастную категорию учеников, спрятали. Нас было всего пятеро, и мы очень боялись, ведь никто не хотел объяснить, что происходит. Зато в доме верховной жрицы, я познакомилась с Грегом. Он стал для меня другом и наставником.

Как ругалась жрица, каждый раз вылавливая меня где-нибудь в лесу. Ведь мы могли общаться с Грегом только там. Да-да. Это из-за запрета заводить отношения с кем бы то ни было. А какие мысли могут быть у девочки в четырнадцать-пятнадцать лет?

Правильно! Влюбилась я тогда по уши. Смотрела восторженным взглядом на парня, который мне казался таким взрослым, весёлым, умным, красивым, и ловила каждое его слово.

На самом деле, Грег был старше меня всего на два года, и красивым его можно было назвать лишь после бутылки рома. Хотя с мозгами у парня всё было в порядке, и язык подвешен отлично. Я пропадала, стоило Грегу открыть рот, смеялась до упада над его шутками и не могла представить себе жизни без парня.

Правда, закончилась эта первая влюблённость совсем не так радужно. В один не самый прекрасный день, Грегори уговорил меня сбежать с ним. Помню, как он обещал, что женится на мне, и мы проживём долгую и счастливую жизнь вдвоём.

«Давай убежим, и увидим весь мир собственными глазами, — неистово шептал мне Грег в тени деревьев. — Мы сможем спрятаться навсегда там, где тебя не найдут и не достанут!»

А я верила, и мечтала, что сбегу из опостылевшего храма. Представляла, как изменится моя жизнь. Больше не будет островов, всех этих жрецов вокруг, постоянного надзора и надоедливых слов о предназначении с ответственностью. И мы действительно сбежали, но недалеко и ненадолго. Ровно до того момента, как Грегори завёл меня в пещеру — переждать ливень — где я чуть не стала жертвой какого-то ритуала.

Именно тогда я познакомилась с человеком, перевернувшим всю мою жизнь — отшельником Эймиром. Мужчина появился прямо посреди пещеры, словно тёмное божество. Сверкнул своими чёрными глазами и уничтожил всех, кто похищал детей из храма Дионаи. Ведь те люди выпивали энергию юных магов, именно поэтому тела были похожи на мумии. После чего он переместил меня порталом к дому верховной жрицы.

На прощание Эймир потребовал поклясться, что я закончу своё обучение в храме и дождусь дня предназначения, когда богиня укажет на моего избранника. И я поклялась. Почти. Никогда не любила давать невыполнимые обещания. Потому фразу про предназначение я промямлила тихо, невнятно, с кучей оговорок и уточнений. Но Эймир не рассердился, а лишь посмеялся и пообещал, что мы ещё обязательно встретимся.

Больше я его не видела, а через три года сбежала с островов. Но обещание закончить обучение в храме, сдержала. Все очень удивлялись, отчего я так воспылала любовью к знаниям. Только мне после встречи с Эймиром открылась одна истина. Чувства к Грегори никогда не были искренними с моей стороны. Я не любила никого, кроме верховной жрицы, заменившей мне мать. А тепло относилась только к друзьям в храме. Потому ждать дня предназначения, как приговора, не собиралась.

— Кейт, ты чего зависла? — спросил Рейнод и осторожно потряс меня за плечо.

Моргнув, я посмотрела на парня. Вот это задумалась! Замерла столбом посреди гостиной и витаю в облаках. На меня внимательно смотрела императрица. Я отметила, что у нас с ней одинаковый цвет глаз. Странно, неужели она тоже маг холода?! Эта мысль меня поразила, отчего я вновь застыла. Разве бывает так? Сначала все вокруг твердят, что магия холода это миф, а затем ты сам становишься одним из них. Более того, встречаешь ещё двух людей с таким же даром!

— Кейти, вернись к нам, — засмеялась императрица.

— Простите, Ваше величество, — начала я, но она меня перебила.

— Давай сразу договоримся, величество я в официальной обстановке, — нахмурилась девушка. — Здесь, мы с тобой ровесницы и абсолютно равны. Понимаю, сейчас тебе это сложно принять. Но я дам тебе кое-что прочитать о магах холода, тогда сразу станет проще осознать кто ты. А пока что, я просто Амайя, договорились?

— Хорошо, Ваше.. .Амайя, — кивнула я под одобрительным взглядом девушки.

— Колючка, а нас накормят в этой обители уныния? — поинтересовался Рейнод. — Кейти ела последний раз вчера.

Я обалдела от слов парня. Он что, следит за моим питанием? Только долго думать мне не дали, всё вокруг пришло в движение после одной короткой фразы императрицы. Меня быстро усадили на диван, позвали прислугу и попросили принести закуски с чаем, пока накрывают обед. Я только успевала хлопать глазами и улыбаться, пока не свело скулы. А спустя минут пять, мы уже пили чай, и мне наконец-то удалось немного расслабиться.

— Кейти, а это правда, что ты преследовала Рейна целую неделю в академии и довела его до заикания? — спросила вдруг Амайя, посмотрев на меня своими синими глазами, в которых плескался детский восторг.

Я подавилась чаем и закашлялась. Неожиданная интерпретация моего поведения в академии. Но она в принципе была правдива, потому я покраснела. Рейн похлопал меня по спине и с загадочной улыбкой на лице протянул:

— Нет, Колючка. Она зашла ещё дальше. На первом курсе моя Кейт, сделала всё, чтобы я как идиот, ловил каждый её взгляд и жест. На втором, она сравняла с землёй мою самооценку. На третьем шипела на меня, словно рассерженная гадюка. На четвёртом опустила меня перед всей академией. И только потом довела до заикания.