Ликвидаторы (СИ) - Грохт Александр

Туннель принял нас всех. Я шёл замыкающим, светя фонарём назад. В проёме подвального входа — тьма. Потом тьма шевельнулась.

Оно не лезло в туннель — слишком узко для основного тела. Но что-то небольшое, тёмное, мокро поблёскивающее в луче фонаря рванулось по полу следом за нами. Я залил проход свинцом, то ли убив, то ли просто отбросив эту дрянь назад. И добавил сверху фосфорную гранату. Вспыхнуло пламя. И мы понеслись галопом, наплевав на любые правила безопасности.

Я считал шаги — не для точности, просто чтобы занять ту часть мозга, которая иначе начала бы паниковать.

На пятидесятом шаге туннель уходил вниз.

На ста двадцатом — раздваивался.

На двухстах — появился запах другого рода: бетонная пыль и горящий пластик.

— Тихо, — сказал я и поднял руку. Все встали. Я дошёл до конца туннеля в одиночку, прислонился к ржавой металлической дверце и прислушался.

Снаружи — ветер, потрескивание горящего где-то предмета, далёкие голоса. Ни шагов, ни дыхания у выхода.

Я надавил на дверь плечом. Та поддалась с металлическим скрипом, больно резанувшим по ушам.

Впереди оказалась очередная лестница — ржавая, металлическая. У строителей, видимо, бетон просто кончился. И никто не ждал нас на ней — ни монстры, ни солдаты. Сделав знак своим, я первым вышел и пригнувшись перебежал за ближайшее укрытие.

Перед нами был дальний край холла, разнесённый несколькими прямыми попаданиями. А прямо за ним зияли разбитыми стёклами погнутые рамы окон. И долгожданная свобода.

Ночь. Холодная, с запахом гари. Мы вышли из здания туда, где раньше были парковочные ряды, а теперь только ямы от взрывов и пылающие остовы машин. Медведь с «Градом» поработал добросовестно.

Я вышел первым, огляделся. Пусто.

— Выходим, — скомандовал я.

Они выходили по одному. Аня вела старика. Леха всё ещё нёс девчонку — та, кажется, потеряла сознание. Пряник вышел последним и тут же захлопнул за собой створку, вставив в дверную ручку толстую арматурину, валявшуюся рядом.

Я уже нажимал кнопку рации.

— Медведь, где ты?

— Тысяча триста метров северо-западнее, — немедленно ответил тот. — Как вы?

— Вышли. Около двадцати человек, несколько легкораненых. Нужна эвакуация.

— Уже двигаемся. Джей, — пауза. — Там у вас кое-что происходит.

— Что именно?

— Посмотри на здание.

Я обернулся.

Торговый центр светился изнутри. Не равномерно — вспышками, короткими и резкими, как будто там ходил кто-то с мощным фонарём и бил им в стены. Потом один из оконных проёмов второго этажа взорвался — не от гранаты ил НУРСА, просто рамы и остатки стекла вылетели наружу под давлением. Потом другое окно точно так же «хлопнуло», на этот раз из проема хлестнуло кровью — как будто там внутри взорвался человек. Кровавые потеки были и сверху, и снизу оконного проема, напоминая лопнувшую банку с вареньем, если считать окно крышкой.

— Оно встало, — сказал я.

— В каком смысле — встало?

— Буквально. Пошло гулять по зданию. И похоже, питаться.

В рации на секунду воцарилось молчание.

— Мне плохо от этой новости, — сообщил Медведь. — Они конечно враги…но все же люди.

— Мне тоже. Быстрее давай сюда, пока питанием для монстра не стали заодно и мы.

Пока шли к точке встречи — быстро, почти бегом, пригибаясь, используя воронки и брошенные машины как укрытия — я прокручивал в голове всё, что произошло за последние двадцать минут.

Оно проснулось. Это плохо, но ожидаемо с той секунды, как я увидел эту тварь там в подвале. Оно было внутри здания, где находились несколько десятков вооружённых бойцов и четыре сотни гражданских. На гражданских у Него явно другие планы, нежели у меня. Биомасса, мать её. Полковник, которого я так и не нашёл, в начале атаки находился где-то на третьем этаже. И у него был пульт, про который рассказывал Вова. Пульт от смерти в ядерном огне. Еще час назад мне представлялось, что взрыв ядерного заряда — это самое страшное, что может произойти. Сейчас так уже не казалось.

Бумажка в кармане. «Варшава» и строчка цифр. Если его добыть, то возникают варианты…

Я не успел об этом додумать — потому что именно в этот миг Ривендейл вздрогнул.

Не от взрыва. Иначе. Так вздрагивает здание, когда в нём рушится несущая стена — медленно, с нарастающим гулом, от которого начинает сыпаться штукатурка и звенеть в ушах. Потом ещё раз — несильно, но очень длинно, как затихающий гром.

Потом из здания вышли люди.

Не толпой — россыпью. Сначала двое, потом ещё пятеро, потом сразу человек двадцать. Все они двигались ненормально. Не бежали, не шли — текли, как вода по пологому склону. Автоматы у некоторых — но опущены, не направлены. Глаза — я не видел отсюда, но уже знал, какие они.

Чёрные. Залитые.

— Медведь, — сказал я в рацию. — Срочно нужен эвак!

— Уже вижу, — в его голосе не было страха. Только то особое рабочее напряжение, с которым профессионал затягивает последнюю гайку. — Через минуту буду на позиции.

Глава 25

Неожиданности

— Пряник, — я обернулся. — Бери людей и уводи их отсюда.

— Куда?

— Да куда угодно. Ты же видишь, что происходит!

— Жень, я могу помочь…

— Иди и уведи всех. Этим ты мне поможешь намного больше, чем однорукий стрелок.

Он вздохнул. Ну да, чувак, ты с одной рукой без протеза просто здесь не нужен. Простейшая перезарядка для тебя — целое приключение. Просто холодная логика — ты бесполезен тут. И сам это понимаешь.

— Хорошо, босс.

Выходящие из здания фигуры остановились резко, как по команде. И медленно начали образовывать полукруг, в центре которого стояла до боли знакомая фигура.

Нас зомбаки не видели — мы укрывались за двумя стоящими друг за другом грузовиками. Но похоже, что мы и не интересовали уже никого. Только тот, кто встал там, напротив толпы. Знакомая фигура, сжимающая в руках карабин.

— Эй, твари, чего же вы застыли-то? Вот он я, идите и возьмите.

Вова. Блин. Этот кретин всё же решил самоубиться.

— Джей, — захрипело в наушнике. — Как только начнётся — хватай Аньку и беги отсюда со всех ног. Я не уверен, что смогу прикончить эту тварь…но очень сильно попытаюсь.

— Ты сдурел, что ли? Их тут сейчас будет немерено. Оно жрёт там внутри «Ривендейла» этих идиотов-военных и их родню. И это вопрос минут, когджа вся эта недожэеванная толпа выйдет сюда.

— Ну, я так понимаю, что на превращение в быстрых и сильных уйдёт много времени. А обычные зомбаки мне сейчас станут не опасны…

— Ты что задумал? — последняя фраза Вовы меня сильно удивила.

— Да ничего… будем считать, что я провожу полевые испытания для Фили.

Я поднял бинокль с ПНВ. Вова стоял вне круга света от фонарей, так что разглядеть без усилителя, что он там делает, было сложно. А ИК-фонарь я давно потерял.

Фигура Вовки что-то вытянула из кармана разгрузки. Я не мог разглядеть, но судя по жесту — это был инъектор. Боб вогнал его себе в бедро и на несколько мгновений застыл. А потом отбросил в сторону то, что было в его руке, и распрямился. А потом в рацию я услышал совсем другой голос Вовы. Я уже и забыл, когда он говорил так — весело и со смешинкой.

— А вон и главные гости нашего шоу пожаловали. Глянь под вывеску «Ривендейл».

Я перевёл взгляд. Ну да. Действительно, главные «гости». Только скорее они хозяева шоу, а мы тут так — за приглашённых клоунов…

У главного входа в здание стояли двое. Расстояние было метров четыреста, но бинокль справился.

Первый — высокий, военная выправка, чуть сутулится, седой. Полковник. Давно не виделись, гнида. Что бы тут ни случилось — ты, тварь, приговорён.

Второй — ниже. Стоит прямо, неподвижно. Голова слегка наклонена вправо. Разгрузочный жилет на футболку, брюки, берцы. Виделись уже. И тут у меня в голове «щёлкнуло».

Оно. Не туша из подвала — а вот это вот, стоящее рядом с Полковником. Новый «свежеотпечатанный» урод в облике Герасимова. С оружием, быстрый и сильный. И зуб даю — практически неуязвимый. Монстр в подвале — это просто фабрика плоти и резервный вариант… а настоящее чудовище — перед нами.