Дорога до Кирията вышла совсем безрадостной. Гридни скорбели о пропавших соратниках, и оставалось только гадать, насколько страшная участь их постигла. Задохнуться в хватке болота — что ещё хуже? Кирилл не мог понять, что случилось, почему вдруг топь решила их всех уничтожить. Она наступала на деревню летами, медленно и тихо, а тут вдруг всколыхнулась, как огромная волна. Не окажись Расенд таким быстроногим, можно было и не выжить.
Ещё через два дня пути детинец встретил прибывших нехорошей тишиной, будто недавно тут схоронили кого. Но, на счастье, оказалось, все живы. Не успел Кирилл присесть в своих покоях, как к нему наведался Виген, косматый и злой. Виду он старался не подавать, но что-то сильно его тревожило.
— Отпусти из темницы Бажана, княже, — первое, что сказал он после скомканного приветствия.
— Что-то стряслось? — Кирилл растерянно оглядел стол, на котором посоха по-прежнему не было.
— А как же. Стряслось, — с неожиданной ехидностью подтвердил скрытник. — Я предупреждал, что вереги на месте не усидят спокойно? Вот так и случилось. Как ты уехал, устроили тут такую бучу — челядь до сих пор боится носы из своих углов высунуть.
— А при чём тут Бажан? — раздражённо возразил Кирилл. — Думаешь, он с ними в одиночку сладит?
— С ними — нет. А вот с кметями хоть как-то. Они тоже хороши. Те огонь запалили, а наши маслица подлили. Чуть стража не ввязалась. Я думал, полдетинца на камни разнесут.
Виген выдохся и замолк, сдвинув брови и дыша, точно разъярённый боров. Натерпелся, видно. А ведь всего-то чуть больше седмицы прошло. И правда, нельзя только лишь на нем детинец оставлять.
— Я отпущу его, — Кирилл кивнул. — К тому же мне снова надо уехать. Теперь надолго.
— Это куда ж? — ещё пуще посмурнел скрытник.
— В Новруч.
Виген непонимающе прищурился. Да нет резона ничего ему объяснять. Надо и надо — это ему знать достаточно. А вот с Бажаном стоило поговорить напоследок.
В темницы он не пошёл, приказал выпустить воеводу и привести в его светлицу вечером. Пусть отдохнет от сырости да хоть в баню сходит.
Бажан пришёл, как и было условлено. Долго он разглядывал Кирилла, словно хотел понять, что в нем изменилось. Не явился ли вместо него какой другой человек. Кирилл недолго сносил пытливое изучение и буркнул:
— Да я это, я.
Воевода слегка улыбнулся и подошёл ближе.
— Что тебе удалось узнать у Наяса?
— Мало что. Зато насмотрелся вдоволь.
Бажан наморщил лоб и провёл ладонью по бороде.
— И больше ничего?
— Мне и этого хватило, — Кирилл усмехнулся. — К тому ж древнеры устроили радушный прием. Мах всех науськал, а те и рады. За то, что сына его не уберёг. Будто я вызывался за руку его водить.
— И ты его не накажешь?
— Он, знать, уже получил своё наказание. Ездили мы в одну деревню… так вот болото там оказалось на редкость прожорливое. Сгинул Мах. И Наяс тоже. И гридни наши.
Бажан опустил взгляд в пол и немного поразмыслил над услышанным. Не слишком приятно, только выйдя из темницы, получить такие вести. Но, кажется, очередная гибель людей уже переставала ранить душу так, как поначалу. Они многих потеряли, и всё со временем притупляется.
— Что будешь делать? — проговорил воевода, не поднимая взгляда.
— В Новруч поеду, к отцу, — Кирилл вздохнул. — Кажется тот, кто зовется Корибутом, мой пращур. И мне очень любопытно, кому я обязан таким приятным родством.
Снова повисло молчание, будто между чужими людьми, которым нечего было сказать друг другу. Затаил обиду Бажан, и его можно было понять. Но Кирилл не чувствовал раскаяния — за любую выходку должна быть расплата. И воевода ещё легко отделался.
— В недобрый час ты решил уехать, — тот глянул с горечью.
— Если я не уеду, скоро станет хуже. Я не знаю, как долго продержусь, — Кирилл взял из чернильницы перо и покрутил его в пальцах. — Коли приведут Младу с Хальвданом…
— Не приведут, если сами не захотят прийти.
Кирилл бросил на Бажана угрожающий взгляд.
— Коли приведут Младу с Хальвданом, насчёт них мой приказ остается прежним. И верегов, если начнут бунтовать, больше не щадить. А кметям втолкуй, чтобы больше не поддавались гневу. Не хочу вернуться на развалины. Сегодня и завтра собираем обоз. Путь неблизкий. Через день я выезжаю.
Глава 4
Рогл пришёл в себя следующей ночью, когда в дозоре сидел Хальвдан. Все ждали, что из Кирията ловить беглецов может приехать и другой отряд. Но за день никого не появилось. Только из Беглицы, не иначе по поручению Медведя, пришли две женщины и принесли горячей похлёбки из недавно забитого по нужде бычка. Они с опаской косились на Зорена, а тот пытался придать своему разукрашенному лицу благостное и доброжелательное выражение. Не помогло — бабы забрали пустые миски и горшок да припустили к веси едва не бегом. А к вечеру вокруг стало так тихо, что слышно было, как тяжело и беспокойно дышит вельдчонок.
И лишь под утро раздался его испуганный крик. Всех подбросило на лежанках. Верег только тихо выругался и пробурчал:
— Эдак и поседеть можно в одночасье, — но поспешил к Роглу вместе со всеми.
Млада, на ходу выпутываясь из одеяла, подбежала к мальчишке и, схватив за плечи, прижала к себе, пытаясь успокоить. Он метался и вырывался изо всех своих скудных сил.
— Горячо! — снова, как тогда в лесу, просипел он и извернулся, словно ломала его нестерпимая боль, в бездумной попытке отстраниться.
— Пусти его, — вмешался Зорен. — Видишь, горит он, когда ты к нему прикасаешься.
Млада посмотрела на него ненавидяще, но Рогла отпустила, позволяя Ведане склониться над ним. Может, лучше помочь сумеет.
— Чего это вдруг горит? — недовольно проговорила она, выпрямляясь. — Я ничего плохого ему не делаю.
— Корибут его тёмной силой Забвения наделил, — внимательно оглядывая сына, пояснил жрец. — А у тебя светлая сила Богов. Пусть и не проявленная. Вот и плохо ему от этого. Теперь я понимаю, зачем он Хозяину был нужен. Он просто подготовил мне замену. Я предал его, а без сильного жреца Корибуту не обойтись.
— Разве у Рогла есть какие-то способности? — Ведана отняла ладонь от лба вельдчонка и подняла глаза.
Млада припомнила и Юрско, которого Рогл едва не убил одним прикосновением, и Кирилла. Ему и вовсе стало худо лишь от приближения мальчишки. Значит, Корибут раньше об этом знал, но, видно, Рогл выскользнул из-под его надзора на время, а как случилась оказия, он отравил его Забвением. Чтобы уж точно никуда больше не делся. Скверно выходит: только угрозы, от Зорена исходящей, миновать удалось, а теперь от Рогла не знаешь, чего ждать.
— Есть, — кивнул Зорен, помолчав. — Тот ритуал, во время которого Рогл сбежал… Его приказал мне провести Корибут. Тогда я ещё не знал, зачем. А теперь понимаю. Но он не был закончен.
— А теперь, значит, всё свершилось? — Млада раздражённо поднялась на ноги и отряхнула колени. — Хоть лей слёзы, хоть не лей. Хоть захлебнись ты, Зорен, в своих оправданиях, а ничего не изменится.
Хальвдан успокаивающе положил ладонь ей на плечо, но она сбросила её.
— Угомонись, Млада, — подкрепил верег свой жест словами. — От того, что мы тут поругаемся в очередной раз, никому легче не станет!
— Ты бы вот, воевода, не лез лучше! — она резко обернулась и махнула на него рукой. — Несёшь посох, вот и неси себе. На большее всё равно не сгодишься.
— А ты, значит, особенная? — сурово прищурился Хальвдан. — Воин Забвения… Избавительница. Знать бы ещё, к какому месту тебя приложить, чтобы толк был.
— Тихо! — яростно шепнула Ведана, прерывая зарождающуюся склоку. — Он очнулся.
Рогл и правда открыл глаза и вяло огляделся, плохо понимая, где находится. Страшно стало на миг, что разум уже покинул его, что завладел им Корибут безраздельно. Чуть дольше вельдчонок задержался взглядом на пламени костра, всмотрелся в него, будто увидел что-то, но потом мотнул головой.
