— Как будто ты их сильно сдерживаешь… — хмыкнул Василий Кириллович.
— Это я сейчас их не сдерживаю! — вскочив со стула, взревел Туриг. — А тогда я разве что очки не носил! Морда ты хамская! Я был святее святого! Белее белого! Да я…
— Туриг, прошу тебя, не кричи!.. — попросила бабуля Ло. — А ты, Вась, спрашивал, с чего это ты мудак? Вот сейчас ты повёл себя, как мудак!
— Это инстинкты! — отмахнулся тот и показал Туригу язык. — Ничего не могу с ними поделать!
— Так чем история-то закончилась? — спросил Игорь, которому и самому уже стало интересно.
Туриг в ответ лишь раздражённо рыкнул, но ничего не сказал, и историю за него закончила бабуля Ло:
— У нашего Турига сорвало крышу от горя. За ночь ему пробило Сосуд Порядка, и на следующий день он загрыз половину посёлка. Вторая половина успела убежать.
— И это было лучшее, что я сделал за двадцать лет жизни на этом сраном узле! — рявкнул Туриг, а затем злобно зыркнул на Василия: — Да доешь ты уже этот последний кусок мяса!..
— Да сейчас! Сейчас! — набивая полный рот, отозвался тот.
— Как я понимаю, у вас найдётся немало таких историй, — заметил Игорь. — Это всё, конечно, очень неприятно. Но и людям-новичкам обычно приходится нелегко.
— В том-то и дело, Игорь. В том-то и дело… — кивнула бабуля Ло. — Поэтому людей-хтонов больше, чем зверохтонов. Никто и не говорит, что тяжело приходится только зверолюдям. Мы говорим о том, что мир Упорядоченного несправедлив. И как после этого можно говорить о Порядке? Нас выдернули из привычных миров, не спрашивая и не интересуясь нашим мнением. И поместили в, мягко говоря, агрессивные условия. Чтобы что? Чтобы мы Порядок защищали? Знаешь, пока я была человеком, а не хтоном, у меня был доступ к местным библиотекам. В том числе, и к тем, где описываются прошлые эоны. И знаешь, что я заметила, Игорь?
Игорь не стал задавать вопрос, который от него ожидали. Просто с интересом посмотрел на бабулю Ло.
— Что с каждым обновлением у этих самых солдат Порядка всё меньше и меньше возможностей. И это лишь умножает очередную несправедливость!.. — поджав губы, продолжила она. — Если бы ты жил в прошлом эоне, то мог бы убивать бесплотных, даже будучи статистом. В конце концов, ты мог бы и сам стать бесплотным. А сейчас эту возможность ещё не убрали до конца, но ограничили по самое не балуй. И оставшиеся бесплотные в результате стали непобедимы!
— Возможно, так оно и есть, — не стал спорить Игорь. — В любом случае, если бы эту возможность обрезали раньше, то не было бы и бесплотных. А те враги, что были, не смогли бы так легко похитить мою дочь.
Воспоминания о судьбе Веры доставляли ему боль. Но Игорь уже впал в то странное состояние, в котором боль, которая должна бы его сокрушить, воспринималась как будто бы со стороны. Больно, плохо, но не внутри — а как будто где-то снаружи. И разговаривать не мешает, даже о Вере.
— Так бывает… Особенно на стыке, когда одна система сменяет другую, — заметил он. — То, что я как раз попал на этот стык… Ну так мне с самого начала не везло! И что же теперь, переметнуться к Хаосу?
— А почему нет? — удивился Вася, раздавая всем, кроме гостя, новые шампуры. — Почему нет, Игорь? Хаос до сих пор дарит нам, своим адептам, возможность сражаться с призраками. Да, нам их сложно убивать, но хотя бы такая возможность имеется. А у тебя, порядочный ты наш, против них ни шанса нет.
— Даже если так… Я пока не готов предать всё, чему был верен раньше, — мрачно усмехнулся Игорь. — Да, правила бывают разными, и они не всегда удобны. Но, в общем и целом, они помогали и помогают…
— Мы не вербуем тебя, комендант! — неожиданно прервала его бабуля Ло, кинув уничижительный взгляд на Василия Кирилловича. — Наша встреча не для этого. Мы хотим, чтобы ты понял: мы — не воплощённое зло. В этом случае тебе легче будет принять некоторые наши предложения... Туриг, ты доел?
— Да-да! — отозвался зверохтон, кидая на стол освобождённый от мяса шампур. — Просто мы те, кто не хочет участвовать в этой войне. Понимаешь, Игорь? Конечно, когда мы были порождениями, каждый из нас немало натворил бед. И да, нам нужно убивать, чтобы добраться до статуса хтона: и других порождений, и созданий Порядка. Но это не мы выбрали такие условия. И, поверь, многие из нас не собирались переходить на сторону Хаоса. Я не хотел… Но когда озверел, то быстро стал порождением. И неплохо возвысился на посёлках, чьё население сожрал. Но я не хотел! Услышь это! Тогда я этого не хотел!
— Но сожрал ведь. Чего уж теперь оправдываться? — почти без осуждения удивился Игорь.
— Ты не понимаешь! — сокрушённо качнул головой зверохтон. — Я сожрал, потому что такова система! Иначе порождение Хаоса не умеет. Чтобы жить — надо жрать. И, лучше всего, созданий Порядка. Если они рядом, то отказаться никак нельзя… И такова система Упорядоченного. И в эту клоаку нас тоже кидает Упорядоченное. Всё это из-за Упорядоченного, а не из-за Хаоса!..
— Предположим… — кивнул Игорь, которому надоело тратить время на разговоры про «бездушную систему и добрых хтонов». — Готов принять и учитывать вашу точку зрения. Надеюсь, этого достаточно, чтобы перейти к сути?
— Не совсем… — тяжело вздохнув, проговорила бабуля Ло. — Это лишь первый шаг к тому, чтобы кое-что понять, Игорь. И не просто понять, а принять. Иначе как только мы озвучим своё предложение, ты сразу откажешься, так ничего и не поняв.
— А как по мне, так комендант всё понял! — недовольно блеснув глазами, буркнул Вася с полным ртом шашлыка. — Просто цену набивает...
А Игорь вдруг понял, что надо срочно отвечать. Причём, немедленно, иначе разговор пойдёт по крайне неприятному сценарию…
— Мне пока не на что набивать цену! — брякнул он первое, что пришло ему в голову. — Вы пока ещё не сделали ни единого предложения.
— Верно! И поэтому мы объясняем! — рыкнул Туриг на «научного сотрудника».
— Раз в тридцать семь дней, там, на границе узла, открываются врата, — наконец, как будто решившись, проговорила бабуля Ло. — Сквозь эти врата к нам приходит подкрепление. Когда завоевание этого узла только начиналось, силы Хаоса двигались вперёд очень активно. Почти сто пятьдесят волн вторжения. И десять укреплённых поясов, где теперь размещены наши силы. Ты ведь слышал об этом, Игорь?
— Да. В статистике узла отображено, что существует десять поясов Вторжения, — кивнул Игорь.
— Это всё было достигнуто за первые десять лет… — подтвердила бабуля Ло. — Но мы, хоть и Хаос, как считают многие порядочные создания, однако и наши силы не безграничны. Правители наших узлов давно поняли, что есть множество более лёгких целей. И давно переключились на них… Однако терять этот плацдарм не хотят. Поэтому мы возглавляем силы нашествия и получаем подкрепление.
— Только это подкрепление никакущее! — мрачно заметил Василий, забирая последние два шампура.
— Мне целый! — облизнувшись, потребовал Туриг.
«Научный сотрудник» вопросительно посмотрел на бабулю Ло, и та только рукой махнула. В результате один шампур предстояло разделить людям-хтонам, а другой целиком достался Туригу.
— Так вот… Подкрепление и вправду никакущее. Хватит его в лучшем случае на то, чтобы через пару лет сектор под себя подмять. И то общими усилиями. А порождения в лагере долго сидеть не могут: звереют и начинают впадать в бешенство. Таких мы, по возможности, отправляем в набеги. И они там мрут… — Василий снял часть шашлыков с шампура себе на тарелку и отдал оставшееся Ло. — И всё же постепенно силы накапливаются. Тогда мы идём вперёд, пытаемся взять сектор…
— Вася хочет сказать, что мы активно изображаем бурную деятельность по завоеванию узла, — по-звериному усмехнулся Туриг. — Ты не удивляйся, Игорь… Мы именно что изображаем. Вперёд мы не особо рвёмся. Повезёт, если один сектор возьмём. И то, Упорядоченное его тогда дробит. Сектор прилипает к очередному поясу вторжения, а другая его половина становится новым сектором.
— Поэтому секторов всегда сто… — догадался Игорь.
