– Герр хозяин, я не настроил канал связи, – ровным голосом доложил Снайгер.
– Дьявол тебя задери! – рассвирепел Курт. – Я тут красноречием блещу, а ты тормозишь? Давай связь с Вересовым!
– Позвольте уточнить: где его искать?
– Ты не взял пеленг?
– Не было приказа…
– Ищи, фик мич!
Вестник молчал несколько минут.
– Сигнал получен из сектора Солнечной системы в районе планеты Юпитер.
– Точнее!
– Между орбитами спутников Ганимед и Каллисто.
– Расположение флотов? Какой флот концентрируется возле Юпитера?
– Все флоты по-прежнему дислоцируются вокруг Земли и Луны. В секторе Юпитера движение крупных соединений не фиксируется.
– Странно… неужели Вересов не блефует? Попытайся связаться с крейсером «Дерзкий», найди его.
– На это потребуется время.
– Выполнять! – обозлился Курт.
– Нас ищут по всей Системе…
– Плевать! Будем скакать с места на место, пусть ломают головы, где мы появимся в следующий раз.
Поиски «Дерзкого» затянулись на час.
Курт не проявлял интереса к принципам работы оборудования «мурекса», глубоко безразличный к науке и технике, однако Вестник нимфан не жаловался на отсутствие технических возможностей при получении заданий повелителя, и потерявший связь с реальностью оператор считал, что ему всё доступно. Он даже злился, если Сайгер, по его мнению, слишком долго выполнял приказы. Так было и на этот раз.
– Что валандаешься? – спросил Шнайдер по прошествии часа; всё это время он просидел в кресле в оцепенении, так как последствия «вечеринки с женщинами» до сих пор давали о себе знать.
– Много шума, мешает, трудно выловить полезную информацию, – ответил Снайгер.
– Какого шума? – не понял Курт.
– Солнечная система забита миллионами свето- и радиопереговоров, пространство трясёт от гравитационных волн и импульсов мгновенной связи. Все в панике. Человеки повально бегут с планет на Землю.
– Зауважали, идиоты! – ухмыльнулся Курт. – От наших замерзателей нигде укрыться невозможно.
– Подозреваю, нас заметили.
– Кто? – сбросил оцепенение Курт.
– К Венере движутся несколько сторожевых модулей России, вооружены лазерными и гравитационными комплексами.
– Ничего не боятся эти русские! – восхитился Курт. – Сбей их к чёртовой матери!
– Слушаюсь.
– Впрочем, не торопись, нам сейчас драка ни к чему, а то они пойдут на попятную. Прыгай к Юпитеру, посмотрим, что там происходит. Если полковник врёт, ты как раз обнаружишь подготовку к засаде.
– Выполняю.
«Мурекс» нырнул в пробитую им в вакууме «трещину».
В глазах потемнело… и зрение восстановилось.
Курт пережил неприятный толчок сердца, выругался сквозь зубы.
Защиты при мгновенных скачках в пространстве Сайгер для своего пассажира-повелителя так и не смог создать, не понимая, почему скачки так на него действуют. А привыкнуть к «ныркам» в бездну бессознания и выныриваниям из неё было трудно.
Заработала система обзора «мурекса», передающая сигналы датчиков и камер внутрь капсулы оператора. Курт увидел привычную картину: глубокую черноту космоса, россыпи звёзд, одна из которых сияла намного ярче остальных, и большой дымчато-перламутровый шар. Это был Юпитер, видимый с расстояния примерно в десять миллионов километров.
– Ищи крейсер.
– В этом районе его нет.
– Не может быть!
Сайгер промолчал.
– Напряги слух! Выдай на общей волне пограничных служб: мы здесь! Если Вересов действительно отправлял сообщение отсюда, он услышит и ответит.
– Выполняю, хозяин.
Курт вспомнил, как трудно ему пришлось поначалу при контакте с Вестником, чего стоило перепрограммировать чужой компьютер и заставить отвечать на приказы чисто по-солдатски: есть, хозяин! да, хозяин! слушаюсь! выполняю! В голову вползло тёмное: всё человечество должно относиться к нему как к владыке мира! Не только полковник Вересов и иже с ним…
– Нас услышали, – бесстрастно доложил Сайгер. – Включаю связь.
В ушах Курта зазвучал голос Вересова:
– Герр Шнайдер, мы готовы отправить к вам модуль с заложниками. Дайте слово, что здоровью и жизни обоих ничто не угрожает.
– Даю! – ощерился Курт. – Где вы? Я вас не вижу. Где прячется ваш крейсер?
– «Дерзкий» далеко отсюда, я жду в кабине второго катера, в первом находятся Ломакин и Елизавета Клод-Сантуш.
– Где именно?
– На спутнике Юпитера Планус [33], между орбитами спутников Ганимед и Каллисто.
– Сайгер, проверь! – быстро проговорил Курт. – Минуту, полковник, хочу убедиться, что вы не обманываете.
– Ваше право, – сухо, но без раздражения сказал Вересов.
– Обнаружил на поверхности спутника два земных аппарата, – доложил Снайгер. – Внутри одного – двое, внутри второго – один человек.
– Вересов, я хочу поговорить с ними.
– Они вас слышат.
Курт с загоревшимся интересом ощупал глазами выданную Сайгером картинку: астероид, действительно плоский, похожий на овальный камешек, какие мальчишки кидают по водной поверхности, и два хорошо видимых в солнечных лучах треугольничка – «големы».
– Иван?
– Слушаю, – раздался голос оператора «Дерзкого».
– А ты не трус!
– Благодарю за комплимент, – фыркнул Ломакин.
– Лиза? Слышишь меня?
– Да, Курт, – послышался невесёлый голос ксенопсихолога.
– Выше нос, скоро мы соединимся и заживём в своё удовольствие.
– Ты… убийца!
– Доннерветтер! – удивился Курт. – А чем я хуже других? Вас сдали ваши начальники, терпеливо наблюдавшие, как я уничтожаю космофлот, и они не убийцы?! Для них нет ничего святого, важны только бизнес и собственная жизнь! Неужели с ними тебе будет лучше?!
– Ты… не понимаешь…
– К дьяволу разговоры! – выкрикнул Курт. – Потом пофилософствуем! Я иду за вами! Вересов, тебя я пока отпускаю, можешь уходить. Сайгер, забирай их!
«Мурекс» прыгнул…
11
Капитан Бугров не сразу принял план Вересова, понимая, чем грозит неудача двум заложникам, особенно Ломакину, к которому он привязался чуть ли не как к родному сыну. Но капитан был человеком дела и в конце концов согласился, что другого варианта у них не будет. Поскольку командование СКБ не видело другого выхода, кроме как договориться с Куртом и избежать многочисленных жертв, немедленная доставка заложников в распоряжение специальной комиссии Межкосмоса означала, что руководство страны согласилось на требования международных чиновников сдать Ломакина с Елизаветой, что обещало разрулить ситуацию «малой кровью».
– Хорошо, я с вами, – сказал Бугров, выслушав доводы Вересова. – Но если операция сорвётся…
– Беру всё на себя, – твёрдо сказал Вересов.
– Всё не надо, – покачал головой Бугров, – не донесёте.
После этого и началась суета с выбором места передачи заложников, подготовка «големов», разработка программ для катерных компьютеров и расчёты возможных путей отхода.
Местом передачи космолётчиков (видеокопий) избрали небольшой спутник Юпитера Планус, располагавшийся на орбите между орбитами Ганимеда и Каллисто. Он действительно напоминал плоский морской окатыш серого цвета, диаметром в пять километров и толщиной в средней части не больше полутора километров, и катера на нём были видны прекрасно.
«Дерзкий» для маскировки нырнул в атмосферу Юпитера на глубину в тысячу километров, и засечь его теперь было практически невозможно. Связь со всеми действующими лицами он вёл через беспилотники.
Ну, а Ивану досталась самая ответственная часть операции: включение сбросера, настройка, наведение и выстрел.
Прощались с Елизаветой, остающейся на борту «Дерзкого», сдержанно, так как происходило это на глазах у всех бойцов группы Вересова и капитана Бугрова.
– Я вернусь, – пообещал Иван, стараясь выглядеть как можно более убедительней. – Не переживай.
– Постараюсь, – сквозь слёзы улыбнулась женщина, не выдержав и уткнувшись ему лицом в грудь. – Не превратись в марсианина.
