— Не торопись, — улыбнулся Сергей, — сейчас соберёмся нашим тесным кружком, и я вам расскажу о предполагаемой повестке нашего сегодняшнего спонтанного собрания.
— Темнила, — беззлобно хмыкнул Прокопьич, — ни слова в простоте…
— Кстати, а мой кабинет на предмет обнаружения прослушки давно проверяли? — вдруг поинтересовался Карнаухов.
— Так каждое утро перед началом рабочего дня проверяем, — Прокопьич огляделся, словно проверяя качество работы безопасников, ответственных за избавление помещений от жучков и прочих нежелательных насекомых.
— Ну, ладно, — наморщил лоб Сергей, — хотя за день могли и подбросить… — задумчиво продолжил он, тоже начав оглядываться.
— Да брось ты, — начал увещевать его Семён, — ты уже стал более подозрителен, чем наша мнительная Ня… Здравствуй паранойя? — и вопросительно посмотрел на инженера.
— Я не паранойя, — известила всех находящихся в кабинете икати, как раз входящая в дверь, — я отвечаю за безопасность, и паранойя — это всего лишь моё профессиональное заболевание, но не более того…
— Тогда просто здравствуй, — Серёга указал ей на пустующие кресла, — выбирай, где тебе удобнее будет…
— Я существо неприхотливое, — промурлыкала Ня, и умостилась на ближайшем к ней кресле, — а о чём речь у нас сейчас пойдёт? Время-то уже позднее…
— Сейчас, сейчас всё узнаешь, торопыга, — улыбка Сергея была широка и вызывающе радостна, — Эви подойдёт, и начнём…
— Кто тут меня всуе поминает? — спросила целительница, входя в помещение, — всем привет! Зачем звал? — сходу спросила она, глядя на Сергея.
— Так, — сказал учёный, доставая из ящика стола шкатулку артефакта, полностью исключающего возможность несанкционированной прослушки, — как это говорится, на Аллаха надейся, — тут он посмотрел на Семёна, улыбнулся, и активировал артефакт, попутно заканчивая начатую фразу, — а верблюда привязывай…
— А ты, я смотрю, мало того, что ты, оказывается, законченный параноик, — хмыкнул не пожелавший оставаться в долгу Прокопьич, — но ещё и любитель экзотических пословиц и поговорок…
— Народная мудрость, однако, — Сергей воздел указательный палец правой руки чуть ли не к потолку, — но, давайте перейдём к делу, и вы, заодно поймёте, что действия мои объясняются не обострившейся манией преследования, а элементарной осторожностью. Уж очень горяча та информация, которую я вам сейчас собираюсь сообщить…
— Харош темнить, — прокряхтел Семён, — говори уже… Артефакт включил — никто, кому не положено, ничего не услышит, так что, — он ещё раз хмыкнул, — говори смело, не стесняйся.
— Андрей вышел на связь, — пристально оглядывая всех присутствующих тихо сказал Сергей.
Тут же последовала закономерная реакция — его засыпали вопросами, в которых, преимущественно затрагивался вопрос здоровья членов экспедиции.
Сергей слушал всё это, улыбался, и ждал, когда народ умолкнет и позволит ему говорить дальше.
Спустя пару минут эмоции улеглись, и он поведал собравшимся, каким именно экзотическим образом Андрей дал о себе знать.
После этого он жестом фокусника извлёк из верхнего ящика стола пачку исписанных листочков.
— А почему от руки? — тут же поинтересовался Прокопьич, — у него что, тонер в принтере закончился?
— А вот сейчас и узнаем, — ответил инженер, и добавил, — я сам тоже ещё не читал, предпочёл пригласить вас, чтобы совместно ознакомиться с тем, что пишет нам глава рода.
— Ну, тогда давай, озвучивай, — тихо сказала Эви, — интересно узнать, что там с ними такого произошло, из-за чего они вышли на связь только сейчас, и вообще…
Сергей устроился поудобнее в своём начальственном кресле, и приступил к чтению. Практике в декламации теста, изложенного на бумаге, у него явно не хватало, а потому его частенько переспрашивали.
С самого начала Прокопьич расстроился, узнав, что один из его людей, прикомандированных к делегации, всё-таки погиб.
С другой стороны, то, что выжили все остальные, иначе, как чудом и не назовёшь.
Ведь сразу за сообщением о текущих потерях и состоянии всех, находящихся вместе с Андреем, последовал развёрнутый рассказ о событиях, которые вынудили их, в конце-концов, искать убежища на этой странной планете.
Слушатели сразу поняли, в какой переплёт попали их друзья, столкнувшись после входа в верхние слои атмосферы с полным отказом всей электроники.
Если бы у Андрея не было развитой способности к телепортации, то история приключений членов команды могла закончиться, едва начавшись.
Далее был заслушан краткий отчёт о политической обстановке на этой планете, а после этого было перечислено по пунктам, почему это очень важная и нужная информация.
Действительно, если обеспечить контроль хотя бы над частью объёма планетарной добычи сине-зелёного металла, то любые затраты на установление этого контроля окупились бы в самом ближайшем времени.
А когда присутствующие услышали о возможности пробуждать способности оперирования тонкими энергиями у любого представителя рода человеческого с помощью Зелья инициации, сомнений в том, что нарисовался ещё один, поистине глобальный проект ни у кого не осталось.
— Итак, дорогие мои, — начал Сергей слегка охрипшим от долгого чтения вслух голосом, — сейчас мы узнали массу того, о чём распространяться не стоит. Кроме того, Андрей изложил нам своё видение способа, с помощью которого все наши смогут покинуть эту ловушку. Мало того, имеющиеся у нас возможности позволяют нам установить сообщение с поверхностью этого интересного мира…
— Ага, — перебил его довольный Семён, — и при этом мы будем обладать монополией на организацию доступа, как туда, так и обратно. А это само по себе — золотое дно, даже без учёта всех тех приятностей, о которых нам написал Андрей.
— Совершенно верно, — согласился Карнаухов, — но, если мы претендуем на весь этот мир, или, хотя бы на монопольное право организации связи с этим миром, нам необходимо со всей ответственностью подойти к решению юридических вопросов, связанных с постройкой нашей базы на одном из его спутников.
— Я понял, — задумчиво протянул Прокопьич, — трудность в том, что эту систему осваивали демократы, чтоб их приподняло, да прихлопнуло… И единственным гарантированным способом обзавестись постоянной, а не временной базой на спутнике — это купить на нём хоть какой-то участок…
— А лучше весь спутник, — это уже Ня изложила свою точку зрения, — тогда мы будем иметь полное право на то, чтобы развесить в пространстве вокруг базы и стационарные крепости, да и вообще, укрепиться по полной программе.
— Ну да, — подхватил её мысль Сергей, — демократы, так или иначе, а со временем пронюхают, что мы эксплуатируем, считай, их поляну, и постараются выкинуть нас оттуда.
— Вот поэтому-то Андрей и предлагает проводить экспансию именно от лица Российской Империи, а не рода Антоновых, — дополнил Семён, — в этом случае попытка нас унасекомить тут же будет пресечена силами Имперского Флота, так как мир этот, я полагаю, и для Империи будет весьма интересен.
— Угу, — Сергей задумчиво исследовал потолок кабинета, — а мы, стало быть, только застолбим за собой значительную часть редких и уникальных ресурсов… Думаю, это будет самым разумным.
— Согласна, — прокомментировала Ня, — не стоит пытаться откусить кусок больше, чем сможешь проглотить.
— Ну, тогда подведём промежуточный итог, — Сергей уже позёвывал, так как время действительно было уже поздним, — все всё услышали, теперь давайте посвятим завтрашний день всестороннему обдумыванию ситуации и выработке предложений. А вечерком завтра всё обсудим, и утвердим изменённый с учётом поступившей информации план наших действий. Всё за? — спросил он, обводя глазами присутствующих, и, не заметив никаких возражений сказал, — решение принято, тогда расходимся… До завтра!
Народ, в свою очередь попрощавшись, потянулся к выходу, а Сергей осторожно ощупывал лежащий в кармане конверт с письмом от Светланы. Он прочтёт его немного позже, прямо перед сном. И тогда, быть может, ему приснится подруга, по которой он безумно скучал.
