Авангард. Второй шанс (СИ) - Котов Алексей

Как в компьютерной игре, перемещаясь по полосам чтобы избежать встречи с препятствиями, мы летели по трассе, лавируя между свистящими мимо обтекаемыми грузовиками, среди которых нет-нет, да и встречались древние фуры с кабинами для водителей, переделанные под беспилотное управление. Безумная Лиза наслаждалась гонкой, но продолжалась она совсем недолго — вскоре девушка вдавила педаль тормоза в пол. С визгом резины потрепанный мерседес остановился: перегораживая всю ширину дороги, от края до края встали шесть грузовиков.

Лиза, похоже, о такой возможности системы автоматизированной управления перевозками не знала, потому что озадаченно выругалась. Она собралась разворачиваться, но тут навстречу нам над трассой прошел вертолет, приземляясь прямо перед капотом. На дорогу из открытых боковых дверей уже выпрыгнуло несколько российских пограничников, с оружием наизготовку двигаясь к машине.

Лиза, еще более взволнованная, крутила головой по сторонам и не верила, что все так быстро кончилось. Когда меня выводили под руки я увидел, что позади приземлился еще один летательный аппарат. Конвертоплан, из которого выпрыгивали бойцы международного контингента безопасности, поддерживающего порядок в Данциге.

Хорошо, что наши пограничники успели раньше — после коротких переговоров побитый со всех сторон угнанный мерседес достался международникам, а нас с Лизой забрали в российский вертолет. Здесь я уже не сдерживался и просто отрубился, с облегчением проваливаясь в пелену беспамятства.

Глава 18

В себя пришел в больничной палате медицинского блока РМПГ. Знакомые стены, знакомая обстановка — был я уже здесь, когда Екатерину навещал. Весь облеплен датчиками, но чувствую себя прекрасно — слабости никакой, даже недомогания ни следа.

Свеж, бодр, готов к новым свершениям. Лежу почти голый, под тонкой простыней. На руке браслет посланника, с кнопками вызова оружия и автомобиля. Оторвал игольчатые пластыри капельниц со сгибов локтей, коснулся браслета, открывая меню личного профиля — с замиранием сердца ожидая увидеть время. Выдохнул — шестнадцать часов прошло с того момента, как задание получил. Есть еще время, не провалено задание.

Заглянула медсестра, поздоровалась и без осмотра сразу убежала. Я посмотрел на закрытую ею дверь, пожал плечами и слез с кровати, прислушиваясь к себе. Все в полном порядке, поэтому поднялся и нашел одежду в шкафу. Облачившись в привычный военно-корпоративный костюм, на выходе столкнулся с безликими мужчинами в черных костюмах и солнцезащитных очках, позволяющих видеть вместе с дополненной реальностью. Явно получив информацию, что я очнулся, они ожидали меня на входе и сразу повели к лифту.

Поднялись мы на самый верх, в знакомый зал под куполом небоскреба, который я совсем недавно на машине пробил, когда вместе с Екатериной приехал на работу устраиваться. За столом здесь собралась небольшая, но весьма представительная компания — глава правления корпорации РМПГ Зимин, глава военно-корпоративного направления Громов и еще два человека, показавшихся смутно знакомыми. Они были в классических костюмах, поэтому я их не сразу узнал. И только подойдя ближе ко столу понял, что это Здравомыслов и Гольдштейн в своем истинном человеческом обличье и без ауры творцов-основателей.

Отлично, у меня как раз к ним накопилось немало вопросов.

— Всем доброе утро, — поздоровался я, кивнув Зимину и Громову и приветливо улыбнувшись Здравомыслову с Гольдштейном. Ответили мне вразнобой, кто-то промолчал и просто кивнул — судя по реакции, утро какое-то недоброе. Да и не утро вовсе, время так-то к полуночи ближе.

— Есть новости, — обращаясь ко мне произнес Громов и показал на Здравомыслова, словно бы предлагая именно ему сообщить мне пренеприятнейшее известие.

— Вчера ночью в работе процедурного генератора случились некоторые весьма ощутимые проблемы, — глухим голосом сообщил светлый основатель.

— Конкретнее, пожалуйста, — попросил я, уже начиная догадываться о сути событий.

— Мы, образно говорья, потьеряли контакт, — вступил в беседу Гольдштейн.

— А если говорить прямо, то вы все просрали, — неожиданно прокомментировал Зимин и демонстративно глянул на часы: — По существу, пожалуйста, мое время денег стоит.

— Вчера процедурный генератор посчитал нас с Павлом угрозой и исключил из списков управляющего персонала, — продолжил все тем же глухим голосом Здравомыслов. — Теперь каждым из семи миров управляет системные алгоритмы.

— Система? — вдруг вспомнил я упоминание «СИСТЕМЫ» в тексте полученных заданий.

— Да, именно так.

— Также вновь заработал метаверс, — перебил собравшегося было продолжить Здравомыслова Громов, причем выглядел он сейчас гораздо более хмурым чем светлый основатель.

— Не понимаю пока суть проблемы, — покачал я головой.

— До диверсии Саботажа в магазине метаверса можно было купить предметы на Земле, отправив их в иномирье. Сейчас Система ввела собственную валюту — нексус, за которую можно приобрести товары за гранью, получив их здесь.

Я откинулся на спинку стула, пытаясь осознать последствия и перспективы того, что услышал.

— Это же… — я даже не нашел слова.

— Это конец привычного всем нам мира, — Громов уже давно в курсе, у него проблемы найти слова не было. — И сейчас нам нужно действовать быстро. Необходимо как можно скорее наладить связь с пятью остальными мирами, так что твой новый статус посланника как нельзя кстати. Но в первую очередь конечно нужно как можно скорее выполнить твое системное задание по возвращению контроля над анклавом Элизиум.

— А откуда вы про него знаете?

— Елизавета Красницкая, как член твоей группы посланника, имеет доступ к тексту выданных Системой заданий, она нам показала выполненные и актуальные. Сейчас она на базе отряда, ждет тебя вместе с остальными. И когда вы вернете анклав Элизиум, взяв его под свое управление, опираясь на него как на форпост нужно будет попытаться создавать контролируемые нами поселения во всех мирах. Господа Здравомыслов и Гольдштейн будут специалистами и консультантами в штате твоего отряда Авангард и сейчас мы все вместе, впятером, едем к президенту на встречу. Там мы планируем получить полный карт-бланш на действия, в том числе на захват Данцига для получения контроля над грузовым портальным терминалом — военная операция уже спланирована, тактическая группировка поставлена в ружье и ждет только отмашки. Я понимаю, что у тебя много вопросов, но прежде нам необходимо пообщаться с президентом. Ты готов?

— Готов, но мне нужно буквально полторы минуты приватной беседы с творцами, — показал я на Здравомыслова и Гольдштейна.

— Не задерживайтесь. Ждем на посадочной площадке, — порывисто поднялся Зимин и вышел из зала. Следом за ним покинул помещение Громов, подарив мне на прощанье внимательный взгляд.

— Что ты хотел нам сказать? — поинтересовался Здравомыслов, когда директора покинули зал.

— Слышали что-нибудь о традициях, когда инженеры-проектировщики вставали под построенным мостом при приемке контракта?

— Что-то слышали. Это сейчас важно?

Не отвечая вслух, я чуть прикрыл глаза и покивал. Самый главный сейчас вопрос — если у двух этих деятелей на встрече с президентом будут бланши на лице, карт-бланш на действия получить это нам помешает или нет?

Конечно, в недавнюю гонку с огороженной флажками трассой меня бездушная система загнала, но и до этого оба основателя неплохо отличились — один слив моих данных Саботажу чего только стоит, за такое по головке совсем не гладят.

— Так что ты хотьел нам сказать? — не скрывая раздражения задержкой, поинтересовался Гольдштейн.

— Не сказать, а скорее показать. Сейчас опытным путем мы с вами убедимся, что любые действия имеют последствия. Подойдите сюда оба, пожалуйста. Ближе. Еще ближе…