— Найдите его… НАЙДИТЕ ТУ ТВАРЬ! — орал отец, — Верните моему сыну его призыв! Сделайте всё, понятно⁈ — едва не плевался он от ярости, — Вас тридцать! Тридцать призывателей! Убейте… УБЕЙТЕ ТУ ТВАРЬ!
Тридцать людей, от молодых до старых, женщины и мужчины, стояли в большом зале поместья. Их всех собрали с уголков города.
Единицы знают, с чем им придётся столкнуться. Половина знает, из-за чего это. Но все без исключения знают задачу.
Найти и истребить чудовище, засевшее в Плане этого мальца.
— Итак, коллеги, — и когда отец вышел из зала, развернулся один из призывателей, самый старший, — Полагаю, все знают нашу миссию — найти и истребить. Да, именно истребить. Даже не будем пробовать изгонять. Нам не за это платят.
— А… можно вопрос? Что там? С чем столкнёмся? — спросила Мария, одна из призывательниц.
— По логике. Должен быть другой призыватель. Но он не уходит. ВООБЩЕ не уходит. Так что, скорее всего — его фамильяр. Либо Ходячая Гниль.
Гниль — термин, введённый Ахероном. Тот самый феномен, когда призыватель умирает в собственном Эфирном плане, и начинает разлагаться. Порой, из-за сочетания характера, души и сил при жизни, такая Гниль способна перемещаться. Как живой мертвец, только в Эфире.
А порой… такой Гнили могут быть легионы. Ибо и его фамильяры — так же обращаются в безумие.
— А… почему так вообще вышло? Мы что… спасаем Тёмного, да? — спросила она же, кивая на лысого парня.
Прошло уже много времени. Приступы прекратились, эпилепсия затихла. Теперь он лишь смотрит в пустоту, и время от времени что-то бормочет. Можно сказать, в принципе, начинает восстанавливаться.
— Да. Это Тёмный, — вздохнул старик, — Отказываться поздно — раньше надо было спрашивать. Теперь наша задача лишь спасти парня.
— От проблем, которые он же создал… — пробубнила она.
— Да. Но за такую сумму — можно и плохишей спасти. Вопросы?
Все молчали. Деньги заткнули им рот.
Многие призыватели, на самом деле, идут в эту сферу из-за любви к животным. Чтобы призвать магического питомца, посвятить жизнь эфирным зверушкам! Котики с двумя хвостами, чебурашки, эфирные змейки, ходячие цветочки. А потому и Тёмных мало кто любит — это практически живодёры.
Были среди этой тридцатки, конечно, и такие. Но основа — обычные призыватели, которым просто пообещали очень много.
ОЧЕНЬ много.
— Я создаю канал, вы ко мне подключаетесь, и я запускаю рейд сначала в свой, а оттуда в План клиента. Пропустить могу только одного фамильяра, так что заранее думайте какого.
Все кивнули. Старик сел в позу лотоса перед уже обросшим парнем, коснулся левой стороны его груди. Затем, спустя минуту, он кивнул, и ощутил, как его плеч касаются другие.
Целая сеть из тридцати призывателей, готовых прыгнуть на защиту одного Тёмного!
Вдох…
Вспышка! Они понеслись словно на скоростном поезде, сквозь миры, сквозь Эфир!
Вжух! Остановка!
— Мы в моём плане. Призвать фамильяров! Начинаю вторжение в нужный! — крикнул старик, стоя на зелёной полянке своего Плана.
Тут же послышались вспышки порталов, и из Эфира начали собираться отражения фамильяров!
— Вторгаюсь!
Стена рушится, и показывается протяжённый тоннель в другой план!
Все моментально задержали дыхание. Мария поёжилась, когда её огромный двухвостый кот-фамильяр прижал уши и зарычал. Он никогда не проявлял страха — его ярко-жёлтые глаза всегда горели уверенностью, а величественные рога внушали трепет любому противнику. Но сейчас…
— Что такое, малыш? — она погладила питомца по массивной голове.
Кот издал низкое, утробное рычание. Его зрачки расширились, а оба хвоста нервно подёргивались.
Оглядевшись, она заметила — не только кот проявлял беспокойство. Огромный энт, способный крушить стены, дрожал всей листвой, хотя ветра не было. Эфирные змеи сворачивались в тугие кольца, а боевые жабы жались к ногам хозяев.
Что-то было не так. Что-то очень, ОЧЕНЬ не так.
Группа двигалась по межпространственному тоннелю, и чем дальше они продвигались, тем гуще становилась тьма — живая, пульсирующая. От неё веяло древним, первобытным ужасом, от которого стыла кровь в жилах.
Когда они подошли к этому Плану, их предводитель начал пробивать стену. Удар за ударом, купол трещал, пока окончательно не разлетелся!
Главным условием всех нанятых была техника защиты от Гнили, так что никто сразу не умер, и люди зашли.
Зашли в какой-то… Тёмный Лес.
И Мария сразу поняла, почему фамильяры были так напуганы. Здесь всё было НЕПРАВИЛЬНЫМ. Деревья, — если это вообще можно было назвать деревьями, — росли под невозможными углами, их ветви извивались как живые щупальца. Вместо листьев — чёрный пепел, который медленно опадал и тут же поднимался вверх, словно издеваясь над законами физики.
Воздух… воздух был густым, как кисель, пропитанным запахом тлена и чего-то… древнего. Первородного. Того, чему не место в этом мире.
— Держаться вместе! — скомандовал старший, но его голос прозвучал глухо, будто лес поглощал сами звуки, — Не разделяться ни при каких обстоятельствах!
Они двинулись вперед. Каждый шаг давался с трудом — земля под ногами была мягкой, податливой. С каждым движением в воздух поднимались клубы пепла, который тут же начинал плыть вверх, создавая жуткие, постоянно меняющиеся узоры.
«В какой… мир мы попали?..»
Это не походило на чей-то план. Ощущение, что это был именно иной, извращённый необъяснимой силой, отдельный мир.
— Эй народ. Ваху читали? — прошептал какой-то молодой паренёк, — Мы в Варпе.
— Бл*ть, ни дай бог, — прошептал кто-то с другого конца, — Император, защити.
— Наш — не защитит.
Нокс прижимался к ноге Марии так сильно, что она чувствовала дрожь его массивного тела.
— Сколько нас? — шепнула она идущему рядом призывателю, пытаясь отвлечься от нарастающего ужаса, — Точно хватит?
— Двадцать… вроде, — ответил тот неуверенно, оглядываясь, — Постой, нас же было…
Тридцать. Их было тридцать, когда они входили в тоннель.
— Ч-что за… — Мария начал оглядываться, — Где они? Г-где остальные⁈ Когда они успели исчезнуть? Как никто этого не заметил⁈
Все остановились и с ужасом начали оглядываться.
Крик разорвал тишину! Женский, полный первобытного ужаса вопль где-то позади. Группа развернулась — и застыла в оцепенении.
Одного из призывателей окутывала тьма. Но не просто окутывала — она ВПИВАЛАСЬ в него, проникала под кожу чёрными венами, словно живой паразит! Его защита, его барьер — всё рассыпалось как карточный! А потом…
Его тело начало разлагаться. Прямо на глазах, превращаясь в тот же чёрный пепел, что плавал в воздухе. Человек даже не успел закричать — просто рассыпался, став частью этого проклятого леса.
— Бежим! — кто-то крикнул, голос срывался от ужаса, — БЕЖИМ ОТСЮДА!
— Нет! — рявкнул старший, пытаясь удержать контроль, — Держать строй! Найти противника! Он должен быть где-то рядом! Мы за ним и пришли!
Но противника НЕ БЫЛО. Никого. Тьма была повсюду — в воздухе, в земле, в самих деревьях. Как сражаться с чем-то, что везде и нигде одновременно⁈
Пятнадцать. Их осталось пятнадцать. Когда успели исчезнуть ещё пятеро? Почему никто не слышал их криков⁈
— Отступаем, — наконец скомандовал старший, его голос дрожал, — Медленно, организованно…
И тут…
Что-ж, главарь был прав. Враг действительно был рядом.
Прямо за спиной Марии.
Одним ударом он пробивает её защиту! Бах! Барьер слетает словно разбитое стекло! Нокс с яростным рёвом бросился на защиту хозяйки, но оставшись без защиты от хозяйки, он не смог отбиться от тьмы! Она схватила его, начала душить и разрывать!
— НЕТ! — закричала Мария, чувствуя, как рвётся связь с фамильяром, — ПОЖАЛУЙСТА! Только не его! УМОЛЯЮ! — она упала на колени, — Он всё, что у меня есть! ПРОШУ! Я уйду! Прости! Я уйду!
Она кричала, не замечая, как по щекам текут слёзы. И существо замерло.
В полумраке она различила силуэт. Человеческий? Нет… слишком маленький, почти детский. Но эти глаза… особенно третий, горящий во лбу…
