Я с открытым ртом и круглыми от шока глазами слушала рассказ Дария, который зло кривил губы, но говорил и говорил, раскрывая подробности и детали дела, которые сам узнал от Следователей.
Их было как минимум семеро. Семеро студентов, которые неизвестно где нашли древний свиток с ритуалом призыва и решили прославиться столь гнусным способом. Троих уже поймали, четверо в розыске, есть раненые, потому что студенты потеряли человеческий облик, впустив в свои тела тварей с Изнанки. У этих семерых были сообщники, но пока нет возможности узнать, кто именно.
Все ближайшие столы ели в абсолютной тишине, ловя слова ведьмака, который минут через десять закончил, громко стукнув кружкой по столу:
– Вот попадись мне эти мрази, сам бы с них шкуру спустил! Вишня, ты только представь – из-за этих ублюдков подозрение пало на весь факультет! На нас! На тех, кто защищает мир от этих самых тварей! Да наших парней до сих пор допрашивают как каких-то отморозков бездушных!
Хельгрина присоединилась к злому рычанию Дария, от переизбытка эмоций сломав ложку, а затем брезгливо отбросив от себя две металлические половинки.
На столовую опустилась гнетущая тишина…
Я искренне сочувствовала ребятам, прекрасно понимая, каково им пришлось. Это ведь так ужасно, когда тебя подозревают в том, что ты не делал. И ведь наверняка их допрашивали с особым пристрастием. Почему-то, зная магистра Вурдеса, другого я и представить себе не могла.
А Кася сказала, что и среди некромантов кто-то под подозрением…
Настороженно покосилась на сидящего рядом Милоша, но тот был хмур и предпочитал смотреть в тарелку, а не по сторонам. Да и остальные тоже предпочитали молча есть, а не весело трепаться, как обычно.
Гадко. Как гадко подозревать, что сидящий рядом с тобой друг на самом деле не друг, а преступник.
И ведь не сделаешь ничего, потому что, допустим, я никого из присутствующих не знала так близко, чтобы со стопроцентной уверенностью заявлять о полной невиновности.
Так и до паранойи недалеко!
– Дарий, а кто ранен? Кто-то из магистров?
– Не знаю. – Ведьмак хмуро мотнул головой. – Говорят, орочьих шаманов уже привлекли, они в ловле тварей специалисты. Не знаю, Вишери… не знаю.
Завтрак завершился в давящей тишине. Все без исключения студенты были подавлены, и я заметила, что не одна кошусь на соседа с подозрением. Не знаю, зачем Следователи рассказали Дарию, что среди нас до сих пор пособники преступников, может, преследуя какие-то свои, тайные цели, но обстановка нагнеталась неуклонно.
И к обеду ситуация с неизвестностью накалилась настолько, что среди ребят четвертого некромантского курса возникла потасовка. Я не знала этих парней, но сейчас, по глупости сев рядом с Малкошем, всерьез опасалась за свою безопасность: один из некромантов, оскорбленный обвинением в возможном пособничестве преступникам (кто-то видел его в компании с теми ребятами), решил добиться справедливости с помощью магии.
Темной магии!
– Гхырт! – Я сразу узнала в черном сгустке пульсар из запретного списка. От таких пульсаров не было щитов.
Милош, недолго думая, потащил меня к одному из мгновенно перевернутых столов, за которые попрятались и остальные первокурсники, а Малкош и еще несколько ребят с пятого курса решили выступить в качестве добровольной дружины по задержанию одного-единственного придурка.
По помещению заметались пульсары, замерцали щиты, завопила сирена, заорали раненые…
После короткой перебежки рядом с нами оказалась Хельгрина, вооруженная коротким кинжалом с радужной кромкой, и тут я испугалась по-настоящему. В глазах орчанки горел огонь самого настоящего берсерка, решившего не просто остановить, а обезвредить опасность. Но с одним кинжалом? Пускай и зачарованным от нечисти?
Против запрещенного пульсара?
Нереально!
– Хель! – Я попыталась остановить ведьмачку, но у меня ничего не вышло – орчанка без особого труда скинула с себя мою руку и, зарычав, ломанулась в гущу битвы. – Светлая! Да что ж такое-то?!
Не знаю, где в этот момент был мой мозг. Наверное, далеко. Очень далеко. Рядом с чувством самосохранения, которое покинуло меня напрочь.
Потому что я рванула следом, по ходу пытаясь создать универсальный темный щит-дезинтегратор, который смог бы защитить мою знакомую от смертельного пульсара. Никогда не создавала, но в книге было написано, что только он способен остановить пульсар, от которого не спасали другие щиты.
– Вишери! – позади матерился Милош, у меня в руках росло серое облако, впереди бежала Хель, словно не замечая, что несется прямо на смертельный заряд, наперерез ей бежал Дарий, в руках которого была табуретка…
Мое облако почти как живое рвануло вперед, защищая орчанку, пульсар метнулся из рук предателя навстречу ей же, и в ту же секунду метко пущенная табуретка попала в голову некроманта, отправляя его в глубокий нокаут, но на этом ничего не закончилось.
Видимо, я все-таки что-то напутала в заклинании, потому что, когда щит и пульсар столкнулись, чудовищный взрыв сотряс помещение, с потолка посыпалась штукатурка, пол заходил ходуном, замерцало магическое освещение… и всех, кто находился в радиусе десяти метров от эпицентра, всосало в вакуумную воронку.
Взрыв создал стихийный портал, который выплюнул нас за пределами столовой. Я упала мягко, на Хельгрину, а та в свою очередь на некроманта, по-прежнему находящегося в отключке, так что сильных ушибов мы избежали. Рядом матерился Дарий, ему вторил Милош и кто-то еще. Темно было, хоть глаз выколи, но не завывало и не дуло, так что мы точно были в каком-то помещении. Пока я, покряхтывая, пыталась встать, парни создали пульсары-светляки, и стало понятно – мы под землей.
Сердце пропустило удар.
Неужели в катакомбах?
Настороженно осматриваясь, я старательно изучала стены, пол, потолок…
И в итоге со всхлипом села там же, где и стояла. Катакомбы. Это были именно катакомбы, причем четвертого, уже опасного уровня. Это понял и Дарий, ругнувшись особенно витиевато, отчего Хель завистливо присвистнула.
– Поздравляю, ребята! Мы в заднице! – Озвучив очевидное, ведьмак добавил для тех, кто еще не понял: – Катакомбы, северная часть, третий или четвертый уровень.
– Четвертый, – глухо поправила я, а на удивленные взгляды студентов поморщилась. – На третьем есть мох, а на четвертом уже нет. Здесь мха нет. Зато есть туманники…
– Вы здесь были? – Малкош, которого тоже засосало, подошел ближе и присел на корточки.
Я отрицательно мотнула головой:
– Нет, мы были южнее. Но мне А… лэр Аррисш, пока я болела, рассказывал о катакомбах. Эта часть считается безопасной, потому что находится почти под академией, но даже сюда, он говорил, могут забрести мутанты.
– Или призванные твари с Изнанки, – к нам подошел хмурый Дарий.
Парни напряженно переглянулись, а затем осмотрелись. Стараясь не думать о плохом, я огляделась. Всего нас было семеро: я, Хель, Малкош и Милош, Дарий, безымянный некромант с четвертого курса и еще один ведьмак с пятого. Тот самый дроу, который, по словам Хель, был специалистом по нечисти. Кажется, Измартен. Да, точно.
– Ладно, надо выбираться.
Первым делом парни связали некроманта, которым оказался вампир по имени Нурит. Обыскали, изъяли все, что нашли в карманах (несколько неопознанных флаконов, амулеты и даже перочинный нож), и только после этого привели в чувство.
Меня попытались задвинуть за спины, но я не далась, решив, что раз все без исключения пророчили мне участие в самой гуще событий, то тут я и буду. И вообще!
Я тоже умею допрашивать…
Внимательно рассматривая вампира, который прочно ушел в несознанку и на все вопросы Дария и Малкоша лишь злобно щерился, я тронула ведьмака за рукав и голосом девочки-припевочки попросила:
– Дарий, а можно я?
– Что? – Ведьмак удивленно обернулся и нахмурился еще сильнее.
– Задам пару вопросов.
Смерив меня подозрительным взглядом, парень переглянулся с Малкошем, пожал плечами и отступил.
