— Так и есть, — оценщик внимательно изучил полотно. — Не пойму, как это возможно… Тут даже краска еще не просохла! Её написали меньше месяца назад!
— А вот, кстати, ножны, — поспешил я перевести внимание на другой экспонат. Кто же знал, что Кир будет заставлять художников срочно писать картины на заказ? Ладно, я сам попросил его добыть как можно больше картин в кратчайшие сроки.
— Ножны? — удивился здоровяк и подошел ближе. На стене висели десятки ножен. Все отделаны золотом, изготовлены из качественной кожи и покрыты как узорами, так и драгоценными камнями. — А где мечи?
— Ну, вот так, — пожал плечами, — нет мечей. Зато ножны вон какие, — мечей и правда не было. Или я их не нашел в спешке. А то и вовсе, кто-то успел забрать себе в суматохе боя. Правда, некоторые я добыл в бою, и оружие могло попросту сломаться. — А это, кстати говоря, тоже история. И вполне себе туманная, запутанная.
— Согласен… — задумчиво кивнул толстяк. — Пусть потом думают, куда делся меч. Я, например, уже задумался.
— Для любителей историй есть несколько скульптур, — показал на следующие экспонаты. — На первый взгляд ничего примечательного. Просто небольшие статуэтки, и надо сказать, сделанные не самым искусным мастером.
— А это слон?
— Нет, это мужчина в задумчивой позе, — помотал головой, посмотрев на одну из статуэток. — Или слон, да… — тут с какой стороны подойдешь, то и померещится. — Но главное не это. Вы можете просканировать ее и узнать, что внутри спрятаны золотые монеты и драгоценности!
— Вы большой молодец, что не стали их извлекать. Хотя откуда вы узнали, что внутри именно золото? — задумался здоровяк.
Я же вспомнил, что все эти статуэтки сначала разбили и достали оттуда все ценности, а потом спохватились, и заставили магов собирать их обратно. Причем, попросили Джованни, иначе, если бы Людвиг взялся за это дело, статуэтки стали бы слишком красивы.
— У нас… эмм… хорошее оборудование! — вспомнил, как кричало это «оборудование», ведь склеивал разбитые статуэтки маг за полчаса до появления оценщиков. — И оно настолько хорошее, что еще минимум неделю не получит выходных, и даже не будет останавливать работу ни на минуту! Хорошо, что оборудованию не нужен сон.
— Ну, е***! — послышался разочарованный крик вдалеке. И я бы дал ему выходной, или же просто поспать. Но подслушивать — нехорошо.
— Вот здесь мы выставили копья, — мы прошли в следующий зал, оставив оценщиков позади. Они попросту не успевают за нами, ведь им нужно описать, сфотографировать и отправить всё это экспертам из лаборатории для предварительной оценки. Хотя подобные манипуляции скорее формальность, все и так поняли, что я не пытаюсь кого-то обмануть и выдать местные изделия за продукцию другого мира. — Смотрите, как они рассортированы, — стеллаж довольно длинный, и там уместилось немало экземпляров.
Всего тридцать видов копий. Обычные, укрепленные, красивые, кривые, самодельные, со следами крови, с грязью, поломанные, отремонтированные…
— Не смотрите на меня так! — воскликнул я, остановившись на середине стеллажа. — Это всё мой завхоз! Человек очень ответственно подходит к своему делу.
— Нет, мы просто удивлены, что кто-то использует наши методы сортировки, — поднял руки толстяк. — Это очень большая редкость! Обычно люди складывают великие ценности в одну кучу, и нам приходится самим разбираться с этим всем.
Мы еще некоторое время гуляли по галерее, и пока оценщики выполняли свою кропотливую работу, мои гости просто с интересом рассматривали выставленные экспонаты. Картины, ковры, разнообразные статуи…
— Дверные ручки? — удивленно проговорил мужчина, указывая на один из стеллажей. — Но откуда?
— Ой, у меня и двери есть, — отмахнулся я. — Интересуют? Могу показать.
— Полагаю, вы каким-то образом нашли самый настоящий клад. Заброшенный замок в том мире? Или же особняк какого-то важного человека?
— Полагаю, это уже неважно. Как минимум, в том месте теперь больше ничего нет, — улыбнулся я. — А важно то, что наша сделка в силе, и скоро мы с вами получим неплохую прибыль.
— В этом можете не сомневаться, — улыбнулся толстяк. — Нам понадобится минимум день на погрузку. Этим займутся наши специалисты, а вот мы с Аркадием, — кивнул он на своего коллегу, — должны отправляться как можно скорее.
— И что, даже чая не попьем? — улыбнулся я.
— Господин Булатов, вы же сами знаете, что в нашем деле самый важный ресурс — время, — тяжело вздохнул Аркадий.
— Согласен, времени не хватает ни на что, — тоже вздохнул я и пожал улыбчивому толстяку руку, после чего ко мне подошел его коллега. И на этот раз рукопожатие затянулось. С моего лица пропала улыбка, и я стал внимательно изучать Аркадия взглядом, отчего тот даже смутился. — И всё-таки с моей стороны было бы некрасиво не провести с вами время. Как можно не угостить таких дорогих и добрых гостей? И чтобы вы не думали, что я плохой хозяин, вынужден хоть как-то услужить вам.
Некоторое время я изучал здоровяка, после чего, отпустив его руку, снова улыбнулся.
— А у вас плотный график работы? Не получится найти в ближайшие дни пару часов свободного времени?
— Невозможно, — помотал он головой. — Мой график расписан поминутно, и зачастую в нем нет места даже для сна, — развел он руками.
— Но вы всё же постарайтесь. И несмотря на занятость, найдите время обратиться к столичному лекарю. Надеюсь, вы найдете возможность посетить его раньше, чем через четыре дня, — говорил я всё с той же доброй улыбкой. — Ну, был рад нашей встрече.
— Нет, подождите, — остановил меня Аркадий. — Вы это сейчас к чему?
— Да просто так… Понимаете, аневризма — дело такое, коварное. И очень быстрое, — махнул рукой. — Но я понимаю, сам очень занят в последние дни, ни минуты свободного времени.
— Что, простите? Я правильно вас понял? — здоровяк так и застыл на месте, сейчас стоял и хлопал глазами, пытаясь осмыслить мои слова.
— Спасибо за совет, Михаил. Я лично прослежу, чтобы он поступил так, как вы сказали, — кивнул мне толстяк. Он оказался куда более сообразительным.
— Да что за совет? Подождите! Я ничего не понял! — воскликнул Аркадий.
— Обратитесь к лекарю, он вам всё и объяснит, — пожал плечами. Нет смысла сейчас расписывать ему всё в подробностях.
— Но вы же сам лекарь!
— Да, но у вас мало времени, вы же сами сказали, — вздохнул я.
— О каком времени идет речь? Что со мной? Вы можете меня вылечить? — Аркадий явно забыл о том, насколько плотный у него график и насколько срочно ему нужно в столицу. — И что, это заболевание может привести к тяжелым последствиям?
— Заболевание неопасно для здоровья, как такового, — положил ему руку на плечо и попытался успокоить. — Ваша патология вызывает практически мгновенную смерть.
— Полечите, прошу! Плевать, сколько это займет времени! Готов заплатить десятикратную цену за лечение! — вот так лекари и зарабатывают, а также набивают себе цену. Но у меня были совсем иные цели. — Можно остаться у вас на курс лечения?
— Это займет, минимум, два дня. Анализы, диагностика, подбор терапии…
— Слушай, у нас ведь есть свои клиники с целым штатом лекарей, — коллега тоже положил ему руку на плечо. — А ты нужен сейчас для подписания нескольких договоров. Давай прилетим, доделаем работу и обратишься.
— Я бы тоже советовал пройти лечение в столице, — согласился с ним. — А то если у вас ничего не болит, то как вы поймете, что я говорил правду?
В конечном итоге, мы всё же смогли убедить Аркадия, но улетал он с грустными глазами. Напугал я его, а потом он открыл интернет, почитал о своем заболевании, и стал еще грустнее. Еле заставили его улететь. И разумеется, у него ничего не болит. Там уже нечему болеть.
Аукционисты уехали, и мне впору было бы отправиться на отдых. Всё же в последние дни мне было не до сна, и пришлось потратить немало энергии. Теперь стоит, как минимум, провести полную диагностику магических каналов и мембран, а то кажется, в парочке мест получил несколько ожогов от перенапряжения. Но отдохнуть можно и позже. Из галереи сразу направился к Виллсону, а то давно к нему не заглядывал.
