Тем временем Старший Брат с несколькими помощниками ехал отдельно к эпицентру ядерного взрыва. Местность была открытая, и расплавленный песок, превращенный в цветное стекло, громко хрустел под шинами автомобиля. У Дика была другая задача. Он искал нечто другое, что может сослужить ему хорошую службу. Метров пятьсот назад перестали встречаться крупные обломки и сгоревшие человеческие тела. Теперь впереди расстилалась ровная, зализанная тысячной температурой и ударной волной равнина каштанового цвета. Дик остановил машину и вышел. Под насыпью каштанового и светлого мутного стекла и камня, если расчистить его рукой, появлялась черная выжженная земля, а то, что лежало сверху – лишь то, что осело из облака пыли, из юбки атомного гриба. Дальше он пошел пешком, ориентируясь по крошке на земле, двигаясь в сторону воронки, которую он еще не видел, но которая должна была быть впереди. Сейчас солнце уже висело достаточно высоко над горизонтом, и картина, открывшаяся Дику, была красива и стоила того, чтобы остановиться и полюбоваться минуту на игру солнечных бликов в протянувшейся впереди на километр стеклянной равнине. И вот он почувствовал что-то. Что-то, что он искал. Он ускорился, почти побежал. Машина догнала его, и на ходу он вскочил на свободное место. Менее чем через минуту он был на краю огромной воронки, заполненной на метр водой. Воронка была метров двести в ширину и метров пятнадцать в глубину, а в середине было то, что он и искал. Несколько огромных шаров из человеческих тел, сформировавшихся в округе и скатившихся сюда, в эту ловушку.
Дик улыбнулся. Валдарнийские танки. Название он услышал всего один раз на военной частоте, но несколько раз видел короткие видео, полученных из камер роботов. Мощь и живучесть этих танков поражала даже его, а ужас, который он слышал в голосах операторов, был сладкой песней и заставлял биться вновь его остановившееся сердце. Это было именно то, что нужно. Всего в воронке было семь шаров. Два из них были убиты истощением. Здесь по закону клетки выживал сильнейший, первый скатившийся в эту воронку тем или иным образом стал приманкой для другого, а убитые продлили жизни остальных. Они бы могли убить его с того расстояния, с которого он не мог бы до них дотянуться, но он их не боялся, и они чувствовали это. Три из пяти, лежащих в противоположенной части воронки, подкатились к склону воронки с его стороны, разбрызгивая прозрачную воду и оставляя за собой мутный след. Спаянные вместе скелеты, тела, облезающая от радиации кожа, словно кожа слепых псов из Зоны, торчащие наружу руки, ноги, головы, бока с облезшими ребрами, десятки сросшихся телом и душой братьев и сестер – вот оно, истинное Братство, вот она, истинная вера и предназначение. Дик прислушался к своим физическим ощущениям, которых уже давно не было вообще. Из-за бешенного радиоактивного фона слегка похрустывает позвоночник, тонкая пленка кожи слезает с неба и языка, но это было прекрасно, это было как причащение к новому таинству.
– Достать! – скомандовал он.
Еще несколько машин, двигавшихся на удалении, остановились на краю воронки. Братья с тросами спустились вниз, обвязали петлями, дали в торчащие руки концы, буксуя и подталкивая снизу, вытащили все пять шаров наружу. Он подошел к самому большому. Голые или практически голые тела, одежда на которых сгорела, вросшие в организм части металлических украшений, остатки обуви. Около двух десятков тел слилось в этом шаре. Высота три с половиной метра или выше, отсутствие разума и сила… запредельная для него одного. Сила абсолютно единого организма, которой обладал этот танк, была невероятной. На секунду Дик захотел влиться в этот шар, чтобы ощутить всю мощь двух десятков тел, но это был не его путь. Организмы были истощены и ослаблены, кроме общего инстинкта Братства, у танков не было ничего. Все человеческое и разумное погибло в них под теми потоками радиации, которые они выдерживали. Сейчас им нужно было питание и сознание, понимание того, что им нужно делать, чтобы лучше выполнить свою роль. Дик сильно сжал руку в кулак и через секунду с некоторым усилием раскрыл ее. Часть кожи оторвалась от подушечек пальцев и прилипла к ладони. Если бы он не размыкал кулака еще некоторое время, очевидно, он не смог бы раскрыть его больше никогда. Время пришло. Он ткнул пальцем на одного из братьев и указал на шар. Тот все понял без слов, оставил оружие на земле, разделся и шагнул к шару. Несколько рук схватили его и прижали к безобразным головам, ребрам и коже, ноги, торчащие из танка в разные стороны, шевелились, словно хотели нащупать что-то. То же самое произошло с другими валдарнийскими танками. Каждый танк получил по брату, получил живое сознание и жизненную силу одной особи.
– Ты меня слышишь, брат? – обратился он к сливающемуся воедино с валдарнийцем.
– Да, – отозвался тот десятками изуродованных лиц, торчащих со всех сторон шара.
– Ты помнишь нашу цель?
– Да, – многоголосо хрипами и шелестами отозвалось ему.
– Иди к ней и веди остальных. Жди, когда придет время, – сказал Дик, указывая рукой на восток.
Валдарниец моргнул, и десятки торчащих наружу рук и ног начали толкать шар, катя его все быстрее и быстрее. За ним с хрустом костей и суставов двинулись остальные танки.
– Это наши братья, это наша сила! Найти всех! – приказал он.
Глава 20. Феникс
Она открыла глаза. Вдруг, словно от удара током или после тяжелого кошмара, застучало сердце, с трудом прогоняя густую жидкость по забившимся сосудам, венам и артериям. Перед ней сначала расплывчато, а затем все более детально прорисовывалась голова человека, даже ребенка, подростка. Белокурые волосы, темные глаза с огненно-желтыми прожилками. Лицо ребенка расплывалось в радостной улыбке, он открыл рот и как будто что-то закричал, но ничего не было слышно. Через секунду над ней появилось еще одно лицо белокурого подростка. Девочка. Ее глаза изумленно и радостно распахнулись, и она изо всех сил закричала. В этот момент Лилит точно поняла, что она кричит. Тонкий восторженный визг врезался ей в ухо, и она непроизвольно сморщилась. Послышался топот обуви по деревянному полу, и перед глазами возникло лицо мужчины, черты лица которого были знакомы и…
– Ворон… – едва заметно прошептала Лилит, протягивая руку в его сторону.
Он схватил ее, сжал в ладонях, встал на колено и приложил ко лбу, не в силах сказать ни слова. Послышались еще шаги, неравномерные и тяжелые. На грани видения показался какой-то странно одетый в грязный костюм Демон с густой бородой и лысым сверху черепом. Яна подпрыгнула на месте и, схватив бородатого, потащила к Лилит, показывая на нее пальцем и радостно тараторя, постоянно смеясь и восторженно дергая того за рукав. Бородатый глянул на Королеву, склонился и замер, закрыв глаза. Память возвращалась к ней.
– Лука, где Лука? – спросила она. Ее тело едва слушалось ее, она хотела встать, но онемение было настолько сильным, что она с трудом шевельнула пальцами ног.
– Мы не смогли спасти его, Королева, – ответил Ворон. – Бесята вытащили тебя оттуда по частям. Они сумели обмануть роботов и почти умерли, чтобы жизнь не покинула тебя окончательно.
– Ты… Первый из Первых… Почему ты жив? – спросила она слабым голосом, чувствуя однако, как гнев разливается в ее теле.
– Хозяин запретил мне появляться на поле боя. Он приказал мне оставаться в тени и сделать все возможное, если… – Ворон смолк, не в силах совладать с горечью поражения и предательства.
Лилит встала. Тонкая белая простыня, которой она была накрыта, слетела с тела и упала на пол. Она была нага и заметно потеряла в весе.
– Королеве надо набраться сил, – по-прежнему находясь в почтительном поклоне, подал голос бородатый.
– Кто со мной говорит? – не оборачиваясь, спросила Лилит.
– Хозяин дал назначение – Черт. Я был хозяином мусорной горы, – все так же из поклона ответил демон.
– Это дядя Жена, он хороший, – подала голос Яна, по-прежнему державшая его за рукав.
