Выживальщик. Дилогия (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич

Сначала того завёз, ему ещё сообщать нужно родным о крутом изменении судьбы, потом к себе. Квартиру законсервировал, что нужно забрал. Машину в гараж, на сигнализацию. Такси там же уже ждало. И погнали на военной аэродром. Ну да, всего три часа у нас на всё про всё было. Мы оба подписали контракт на год. Такой приказ был. И да, мы в курсе куда нас, в состав Тридцать Первой десантно‑штурмовой бригады ВДВ. Мотострелком был, штрафником, теперь в десанте повоюю. Хм, а не они аэродром и Гостомель брали? На слуху эта бригада. Еле успел. Быстро проскочил КПП, с одной спортивной сумкой с вещами и к стоянке «Ил‑76». До вылета полчаса осталось, борттехник, что за пассажиров отвечал, бегал нервный, нас он усадил и дальше бегать. Михаил сразу за мной появился, но оказалось будут ещё пассажиры. А через двадцать минут вылетели. Точно в указанный срок. Один пассажир не успел. Машина грузовой была, множество ящиков и мешков. Лавки для пассажиров на бортах, пристегнули, сумки в ногах и вот так летели. Два десятка пассажиров, из них шестеро в гражданской одежде. Вроде нас с Михаилом. Общаться невозможно, шумно, так что прикрыл глаза, медитировал.

В Брянске нас сразу на склады, именно что у аэродрома, оказалось тут недалеко стояла другая десантная часть, так что нас, всех кто без обмундирования, туда. Выдавали форму зимнюю, бронежилеты, маскхалаты, каски, очки. В общем, хорошо знакомая форма «Ратник», оружие всем одинаковое, «АКС‑74», а Михаилу, «РПГ‑7». Мне ещё в нагрузку какие‑то коробки дали, похожие идут, что для дронов. Проверил поисковым сканером, дроны и есть. Вроде «Мавика», но не он. Причём не собранные. Там каждый собирать, по часу уйдёт. Зарядные устройства, пульты управления. Однако нормально принять не дали, шесть коробок велели забирать и расписываться. Сумку с одеждой сдать пришлось, брить не стали, я итак носил короткую армейскую стрижку. Десантный ранец выдали, по два пайка каждому, боеприпасы. Всё что положено. То есть, на самом деле всё. Причём, даже спальники и скатки. Точно Гостомель. И я был прав. Мы на аэродроме всего два часа пробыли, как на транспортном «Ми‑8» нас направили в сторону Киева. Навигатор показывал, что туда летим. Впрочем, телефоны вскоре приказали выключить, бортмеханик засёк. Пока летали, чистили автоматы, вскрывали цинки и снаряжали магазины. Почти всё наощупь. С дозаправкой, с заметными трассерами стрельбы, нас высадили на окраине аэродрома. Быстро выкинули все вещи, сюда ещё медикаменты и припасы доставили, те же пайки. А на борт загружали раненых. И вертолёт улетел. По счастью, ночь помогла, хотя в стороне что‑то ярко полыхало. Надеюсь благополучно ушёл. Тут расслышал окрик:

– Кто Шевцов?

– Шевцов это я! – криком привлёк внимание я.

– Лейтенант Григорьев. Меня за вами комбриг прислал, – подошёл один из бойцов. – Сколько вещей с вами?

– Вот эти коробки выдали, но что в них я не знаю. Нормально принять не дали, распишись и под зад пинком. Быстрее сюда.

– Бывает.

Мы втроём, Михаил с нами, загрузились коробками, после чего быстрым и тяжёлым шагом, иногда пригибаясь, пули свистели, поспешили в известную одному лейтенанту сторону. Почти два километра пришлось пробежать. Михаил видимо запустил свою форму, бежал запыхавшись, обливаясь потом. Я в принципе тоже устал, но тренировки помогли. Вон хорошая беговая дорожка стоит в квартире, кроме меня Ясмин там бегает. Близнецам не интересно было. Так что я каждый день, не выходя на улицу, пробегал десять километров. Там километраж был. Причём бегал не на легкой в спортивной маечке, а с гружёным ранцем. Общий вес мой почти сто десять килограмм выходил, хотя обычный мой вес, семьдесят один килограмм. Так что для меня в принципе пробежка вышла неплохо, нормально. Только вещи мешали, ранец сзади полный, слева привязан спальник, с другой автомат висел и скатка пенки. Тут постройки были из белого кирпича, слева мелькнула подстанция. Похоже обесточенная. Не заметил, чтобы вокруг свет был, только от пожаров. Подсвечивая фонариками, боец, что нас встретил, проводил в здание, в одну из закрытых комнат, то есть, та не имела окон и была достаточно большой. Тут работало два светильника на батарейках. На горючих таблетках разогревали пайки. Трое делали, всего в помещении было семеро, на штаб похоже. Один повернулся, в полной экипировке, судя по тому как снег смахивал с плеч, сам только недавно зашёл. Мы как раз положил коробки у стены, когда тот сказал:

– Я майор Иштуганов, комбат. Кто тут Шевцов?

– Младший сержант Шевцов, товарищ майор, – поправляя автомат, что сполз на грудь, когда накланялся, козырнул я.

– Рядовой Ковригин, – козырнул Михаил.

– Кто такой?

– Гранатомётчик.

– Во вторую роту его, – приказал майор лейтенанту.

Михаила увели, а майор обратился ко мне:

– Нам срочно нужны глаза в небе, всё что было у нас выбило. Операторов тоже не осталось. Комбриг договорился, прислали тебя. Итак, чем обрадуешь?

– Честно скажу, товарищ майор, я сам не знаю, что в этих коробках. Вручили, поторапливали, и сюда. Не открывал.

– Плохо, – нахмурился тот. – Давай проверим.

Я же пока снял спальник, скатку пенки, скинул ранец, но автомат вернул обратно. Всё у стенки сложил, нашёл свободное место. Дальше мы взяли одну коробку, и стали распечатывать, доставая множество других коробок. Открыл одну и достал рамку в которой вплавленные детали к коптеру. Распечатанные принтером. То есть, их ещё вырезать надо, убирая заусенцы.

– Я один прибор буду собирать час, – сообщил я тому. – Десять дронов получается. Одна модель – «Гонщик‑Три». Максимальный вес что может поднять, пару килограммов. Можно использовать для сбросов, хотя и слабоват для этого. Вести разведку только днём, камера простейшая и… Ха, судя по маркировкам, они девятнадцатого года выпуска. Старьё. Видимо с какого‑то дальнего склада привезли.

– Ночью никак?

– На этих? Точно нет. Разве что один момент, я привёз личный БПЛА самолётного типа. Полугражданская машинка. Заказал в Китае. У него камера крутая с прибором ночного виденья, и тепловизор. Время полета почти час, пятьдесят пять минут, дальность сорок километров.

– Вот, совсем другое дело, – обрадовался комбат, хлопнув меня по плечу. – А то фигню привёз. Эти позже соберёшь, днём тоже нужны. А пока свой готовь, до рассвета чуть больше часа, успеем отправить. Нужно выяснить откуда по нам два АГС бьют, никак не засечём.

Так что я стал возится с ранцем, якобы доставая из него детали БПЛА, и собирал на столе, уточнив комбату:

– Десять минут и можно запускать. Раз недалеко, антенну на крышу поднимать не будем. Кстати, средства зарядки есть? Источники энергии?

– Генераторы? Есть и не один.

– Отлично. Тогда если найдите телевизор со смарт‑системой, я подключу к нему пульт, будете видеть туже картинку, что и я.

– Сейчас займусь.

Генератор не принесли, но в помещение пробросили удлинитель, когда нужно, запустят. Я так понял, он местный, в подсобке техников нашли. Мне по очереди приносили телевизоры, все явно сняты со стен, два мимо, а третий подходил, его оставили, прислонили к стене, поставив на стол, да включив в розетку. Дальше я проверил аппарат, камера, приборы работали, зашуршал пропеллер и смолк. Тест прошёл штатно. Крепкий боец вышел наружу, я уже очки надел, пульт в руках, канал кинул к телевизору. Генератор уже пару минут как тарахтел, так что картинка с камеры шла на экран телевизора. Запустил мотор, как боец это увидел, то со всей силы швырнул машинку в небо, и я повёл ту в сторону боя. Комбат у телевизора стоял, и командовал:

– Левее возьми. Так, переключись на тепловизор… Ага… Те кто в нашу сторону ногами лежит, это наши. Ну да, вот здание что мы держим рядом. Ах ты, не успел понять, что слева мелькнуло.

– Всё под запись, потом можно просмотреть, – ответил я, управляя дроном.

– Ага, хорошо. Вот и противник. Ну это пехота. Хм, их меньше чем я думал. Так, ищем АГС, давай дальше в тыл, они вон от окраин откуда‑то работают, явно корректировщик наводит. А, вот, один, ствол горячий и два солдат расчёта меняют позицию.