– Для этого нужно посылать дрон, но это рискованно. Если дрон заметят, потеряем преимущество внезапности.
– Ладно, обойдёмся без подслушки. Посылай на «струне» два модуля с твоими «замерзателями». Как только подойдут на десяток километров – нанесём удар.
– «Замерзатель» у меня один.
– Вот те раз! Лузер безмозглый! Почему один?
Сайгер промолчал.
– Что можешь поставить на дроны?
– Любое оружие.
– Какое именно?
– Лазеры, гравиразрядники, аннигиляторы, плазменные пушки…
– Это же всё стандарты. Я думал, вы серьёзные ребята. По космосу шастаете, как по собственной кухне, а драться нечем. Ничего поэффективней нет?
– Капсуляторы… инфляторы…
– Это что ещё за хрень?
– Капсулятор – излучатель поля, стягивающего материю в точку.
– «Нульхлоп», что ли?
– Я не знаю, что такое нульхлоп.
– Принцип тот же. Но это уже лучше. А инфляторы что такое?
– Расширители вакуума. В их луче возникает объём очень быстро раздувающегося пространства.
– Это совсем другое дело! Почему же ты ни разу не использовал эти пушки?
– Оба излучателя дезактивированы по причине потери массы.
– Так активируй, доннерветер! Сколько времени на это потребуется?
– Двенадцать часов.
– Даю два!
– Но это невоз…
– Заткнись! Работай! Готовь дроны!
Курт допил кофе, скомкал пластиковый стаканчик и зашвырнул его в стену отсека.
Глава 18. Нанотанцы
Автоматика Опухоли не подвела, открывая потолочную аппарель и выпуская стартовавшую «лодку».
В кресло водителя аппарата усадили пушистика, нацепив на его страшную голову сложную пятилепестковую корону, и единственный оставшийся в живых потомок создателей Опухоли выгнал «лодку» из верхнего купола сооружения в воду.
Пристроившийся рядом Терехов скомандовал лингверу, который держал «терминатор» Артура:
– Прожектор не зажигать! Включить обзор!
Так как зрение у пушистиков было бинокулярным, как и у землян, их визуальные системы мало чем отличались от земных, и включившийся пояс стенных экранов (в отличие от виомов они не обладали эффектом объёмной передачи) показал пассажирам «лодки» водное пространство над Опухолью.
Тьма стояла хоть глаз выколи. На такую глубину дневные лучи не проникали. И даже в инфракрасном диапазоне (Терехов попросил подключить инфраоптику) поначалу беглецы ничего не увидели. Но стоило аппарату начать подъём, как на него кинулась толстая струя «нанослизи», очертаниями напоминавшая громадного крокодила.
Конечно, это была не металлическая балка весом в несколько тонн, а всего лишь взвесь наноботов, однако и от её толчка «лодка» клюнула носом и завертелась волчком.
– Дьявол! – улетел в угол кабины Артур. – Оружие у этой посудины есть?!
– Стреляй! – крикнул Терехов.
Лингвер скрипнул. Пушистик скрипнул в ответ:
– Нет…
– Назад!
Лингвер засвистел соловьём!
Пушистик завертелся в кресле юлой!
Но пока он разворачивался, рой наноботов успел облепить корпус «лодки», и пассажиры услышали шипение и бульканье.
– Они разъедают обшивку! – крикнул Рушевский.
– Это не главное! – крикнул в ответ Дамир. – Они нас облучают чем-то!
Действительно, все космолётчики почувствовали болезненное передёргивание мышц шеи и плеч, холодная волна постороннего воздействия проникла в голову, притупляя мысли и желания.
Лингвер начал обмениваться с пилотом прерывистыми воплями.
Пушистик и сам сообразил, что надо делать, поэтому времени не потерял, разворачивая «лодку» обратно.
– Может, лучше рванём вверх? – с трудом выговорил Рушевский.
– Над нами целая армия этих крокодилов! – возразил Дамир. – Были бы на «големе», отбились бы. А эта посудина не вооружена.
Несмотря на слой нанослизи, облепивший подводный аппарат и перекрывший обзор, пушистик каким-то образом ухитрился найти путь назад, не дав нырнуть вслед за «лодкой» ещё одному «крокодилу».
Зашипели насосы, выгоняя воду из шлюза. «Лодка» упала в ангар, ощутимо грохнувшись о плиты отсека.
– К люку! – приказал Терехов. – Приготовиться к атаке!
Выбрались к хвостовому отсеку «лодки», направив стволы «универсалов» на ребристую пластину люка.
Сам Терехов взял в руки «пистолет-пулемёт» пушистиков и открыл стрельбу первым, как только люк освободил проход.
Ворвавшийся в камеру сгусток «нанопланктона» тут же посыпался на пол коричневым порошком.
Рушевский не удержался, выстрелил тоже, выбрав плазменный режим, но это было уже лишним. Под воздействием невидимого смертельного для наноботов луча они превращались в безжизненную пыль, скрипевшую под ногами. Терехов, выпрыгнув в зал, обошёл «лодку» кругом и уничтожил весь рой «мошек».
Сразу после этого космолётчикам стало легче.
Дамир сказал убеждённо:
– Вот как они справились с пушистиками: зазомбировали их, потом, наверно, натравили друг на друга, и уцелела только эта подводная цитадель.
– Это всего лишь твои домыслы, – отозвался Артур. – Вариантов гибели цивилизации великое множество.
– Подождите с вариантами, – проворчал Рушевский, вглядываясь в громады аппаратов и устройств, застывших в ангаре. – Помнится, нас преследовали нехорошие слоники.
Словно услышав его слова, из-за тупорылой акулы с двумя клыками вместо плавников в проход выполз давешний слоноподобный механизм с двумя пакетами стволов.
– Вот и он! – радостно произнёс Артур.
– Огонь! – скомандовал Терехов.
На корпусе боевого модуля расцвели кусты пламени, пробили насквозь, и «слон» взорвался, отбрасывая космолётчиков к «лодке» ударной волной.
Когда пламя и дым осели, взору мужчин предстал разорванный на металлические лоскуты корпус модуля.
– Железяка древняя! – со смешком сказал Артур.
– Ищите второго!
Разбежались вокруг подводного аппарата, корпус которого оказался весь в царапинах и выемках: пока «лодка» возвращалась домой, нанослизь успела неплохо полакомиться обшивкой, превратив её в дуршлаг.
Второй «слон» прятался недалеко от первого. Драться он не спешил, и у Терехова созрела мысль попробовать склонить его к сотрудничеству.
– Не стрелять! Юра, объясни товарищу, нельзя ли вернуть компьютеру модуля способность соображать?
Рушевский понял замысел, с минуту беседовал с пушистиком, пока тот наконец не понял, что от него требуется. Жестами попросил у Терехова «пистолет-пулемёт».
– Зачем? – не понял Бен-Сурен.
Лингвер почирикал с хозяином Опухоли, заговорил по-русски:
– Повреждение основного интерфейса… ведёт к включению запасного…
– Он хочет, образно говоря, – возбудился Дамир, – просверлить в башке «слона» дырку. То есть отключить блок, подчиняющийся в данный момент чужой программе.
– Точно! – воскликнул Артур.
Терехов после паузы сунул в лапы пушистика его оружие, не забыв на всякий случай держать «товарища» на мушке.
Пушистик что-то просвистел.
– Ближе, – перевёл лингвер.
Рушевский объяснил роботу-носильщику его задачу.
«Терминатор» отнёс седока к шевелящемуся в нерешительности «слону».
Пушистик направил ствол «пистолета-пулемёта» на чудовищную голову модуля.
«Слон» встал на дыбы, словно хотел броситься на землян, и… сел обратно, оглушённый.
Пушистик оглянулся. Раздался скрип.
Лингвер проквакал в ответ:
– Необходимо… перезапустить…
– Помогите ему.
Рушевский и Дамир взяли пушистика на руки и взгромоздились с ним на башню «слона».
Видимо пленник неплохо разбирался в технике базы. На перезапуск компьютера модуля ему потребовалось всего несколько минут. Поковырявшись в раскрывшейся как контейнер башне, он вылез обратно и поговорил с переводчиком.
– Нормальная работа, – доложил лингвер. – Что хотеть делать?
– Пусть составит программу охраны центрального поста базы, – сказал Терехов. – Пресекать любые попытки наноботов проникнуть в центр!
Рушевский заговорил с пушистиком.
