Я лишь пожал плечами.
— Если бы попытался сбежать, разведка бы это заметила.
Я бросил взгляд в большую комнату по правой стороне. Раньше здесь, судя по всему, располагался архив — полки, перевернутые шкафы, разбросанные бумаги. Я успел лишь скользнуть взглядом по исковерканному помещению, как из глубины, откуда-то из-за стеллажей хлестнула автоматная очередь.
Щит дрогнул от попаданий, и я сжал пальцы в кулак, подавая знак товарищам.
— Работаем, направо!
Без лишних вопросов Камбулат дернул из разгрузки осколочную гранату и метнул ее в помещение. Взрыв, вспышка, полный боли протяжный стон — остатки шкафа в углу осыпались в пыльной куче, и я шагнул вперед, активировав Молнию и вбивая ее в чернеющий проем. Энергетический разряд пронзил пространство, и с той стороны послышался короткий вскрик.
— Зачищено! — коротко сообщил Жан-Франсуа, проверяя помещение.
— Хорошо. Продолжаем движение, — кивнул я, ускоряя шаг.
Мы двинулись дальше. В воздухе витал легкий запах гари, сгоревшего пороха и крови — где-то здесь было пулеметное гнездо, и его качественно разобрали из танка. Кажется, где-то уже начинался пожар. Я поморщился: здание, в котором располагался штаб, было довольно старым и наверняка представляло какую-никакую архитектурную ценность. Не хотелось бы его потерять.
Впереди коридор пересекался с другим — и в левом ответвлении отчетливо слышался топот. Через секунду на пересечение выскочили двое наемников. Растрепанные, потерявшие часть экипировки и кое-как вооруженные, они явно не ожидали встречи с нами и несколько растерялись. Прийти в себя я им не дал. Взмах руки, Плеть — и оба бойца рухнули на пол. Один все-таки успел пальнуть из дробовика, но заряд просто срезал штукатурку у стены. Камбулат молча добил их двумя одиночными.
— Осторожно, слева! — крикнул один из гардемарин, и в коридоре послышался хриплый вопль.
Я успел только повернуться, когда на нас выкатились трое боевиков — с криками и лихорадочными выстрелами. Сосредоточившись, я поднял Щит, и пули застыли в воздухе, разом потеряв скорость и убойную мощь. Жан-Франсуа присел на колено и проворно снял ближайшего противника. Камбулат с ухмылкой всадил очередь в бок другому, выбивая его из проема.
Третий попытался развернуться и уйти обратно,мно нарвался на рой моих Звездочек — энергетические заряды вонзились в широкую спину, и боец рухнул на пол, дымясь.
— Очередные добровольцы на амнистию, — мрачно усмехнулся Камбулат. — Кто там следующий, подходим по одному.
— Ты теперь еще и амнистии раздаешь? — хмыкнул Жан-Франсуа.
— Угу, свинцовые, — буркнул тот. — В смысле — окончательные.
— Не расслабляйтесь, — одернул друзей я. — Кажется, следующий поворот наш.
Коридор загнулся налево — и, насколько я помнил план, именно сюда нам и нужно. В конце располагался кабинет начальника штаба. Я, конечно, был не слишком уверен, что Морозов отсиживается там, в ожидании, пока за ним придут…
Но, с другой стороны, где ему еще быть?
Мои мысли подтвердила длинная пулеметная очередь, разорвавшая воздух, едва я повернул за угол. Стрелы трассеров рванули к нам, дробя стены и потолок. Щит вспыхнул под ударами, заколебался, но выдержал. Я тут же нырнул обратно.
— Пулеметное гнездо! — рявкнул Камбулат, прижимаясь к стене.
Гардемарины тут же залегли, закрываясь Щитами и прячась за выступами. Жан-Франсуа примерился к проему сбоку, доставая гранату.
— Не выйдет, слишком далеко! — буркнул он, быстро высунувшись за угол.
— Да вижу!
Я напрягся, осматривая коридор. Позиция пулемета идеальна: он прикрывал весь проход, линия огня широкая. Если рвануть напрямую… Нет, пожалуй, я все-таки доберусь до конца, но остальные…
— Надо попробовать обойти, — пробормотал Камбулат.
— Не надо, — буркнул я, принимая решение. — Ждите здесь!
— Куда?.. — послышалось за спиной.
Но я уже ломился вперед, набирая скорость. Пулемет снова загрохотал. Раскаленные кусочки свинца бились в Щит, вязли, и осыпались на пол, а я оскалился и плеснул в воздух еще энергии, добавляя ему плотности.
Новая очередь ударила в Щит, но теперь пули, вместо того, чтобы просто осыпаться на пол, с визгом рикошетили во все стороны. Я ускорился. Пулеметчик еще не понял, что происходит, и выдал очередь — длинную, истеричную, почти на расплав ствола.
Щит завибрировал от попаданий, снова завизжали рикошеты… Не все, но значительная часть пуль, отскочив от меня, потолка и стен, вернулись назад, распотрошив мешки с песком, из которых было выложено пулеметное гнездо. Чертова игрушка поперхнулась и замолкла, а я, подскочив, вложился по гнезду Молотом, окончательно разбираясь со стрелком.
Тишина. И только с потолка пыль осыпается…
Я шагнул вперед и посмотрел на дверь, ведущую в кабинет начальника штаба. Дубовая, с потемневшим от времени лаком. Я вслушивался в тишину, и она настойчиво намекала, что там меня вовсе не ждал трясущийся от страха Матвей Морозов…
Ладно. Посмотрим, что там внутри.
Яркая вспышка — и дверь разнесло в щепки. Массивные створки, сорванные с петель, с грохотом влетели в кабинет, осыпав пол осколками дерева и искореженного металла. Я шагнул внутрь, готовый к любому сценарию.
Но комната встретила меня тишиной.
— Пусто, — тихо выдохнул Жан-Франсуа, осторожно скользнув следом.
Кабинет, по-видимому, еще недавно был командным центром: на столах громоздились стопки бумаг, часть их догорала в железных ведрах. Пламя трепетало, языки огня пожирали распечатанные документы, осыпая пол пеплом.
— Черт возьми… — я с досадой стиснул кулаки. — Ушел.
Под ногами хрустнули осколки — пол был усыпан остатками оргтехники. Кажется, кто-то, покидая помещение, просто из злости, изрешетил из автоматов все, до чего мог дотянуться. Системные блоки щерились сдернутыми крышками, из их внутренностей торчали жгуты проводов. Жестких дисков наверняка тоже не осталось.
— Умный ублюдок, — проворчал Камбулат, присаживаясь на корточки у одной из урн и вороша обугленные страницы. — Сжег все.
— Спешил, — пробормотал я, скрипнув зубами. — Не успели…
Жан-Франсуа аккуратно подобрал с пола обгоревший листок, но на нем едва ли можно было что-то разобрать.
— Не трогайте тут ничего, — буркнул я. — Не думаю, что здесь можно найти что-то важное, но пусть наши эксперты посмотрят.
Настроение стремительно портилось. Морозов все-таки исчез. Ушел, бросив своих наемников создавать хотя бы видимость ожесточенного сопротивления… А может, даже не поставив их в известность. То ли сразу после того, как не вернулся его посланник, то ли уже чуть позже, но факт оставался фактом: моего врага здесь не было, и где его искать в огромном городе-миллионнике, я сейчас абсолютно не представлял.
И в этот момент где-то на улице раздалась лихорадочная стрельба, а у меня в ухе зашипела рация.
— Острый, прием! — голос Корфа звучал взволновано. — Во дворе движуха, какой-то броневик идет на прорыв.
Я вскинулся. Вот оно!
— Броневик не уничтожать! Не уничтожать, повторяю! — прорычал я, заставив друзей вздрогнуть. — Максимум — остановить! Я иду!
— Принято! — раздался ответ, но уже через мгновение послышалась очередь из крупнокалиберного пулемета, рев двигателя и скрежет металла.
— Мать его! — выругался я, активируя Щит и рванув обратно к выходу.
— Куда ты? — Камбулат попытался схватить меня за локоть.
— Догоню, — отрезал я, не снижая скорости.
— Острый, стой! — крикнул Жан-Франсуа, но я его уже не слышал.
Я несся по коридору, ощущая гул пульса в ушах. В голове билась одна мысль — не упустить. Не дать Морозову сбежать.
Откуда-то из бокового прохода выскочила пара наемников, но я даже не обратил на них внимания — Молния вспыхнула в воздухе, и оба рухнули, обугленные разрядами.
Впереди показалось большое окно, выходящее во внутренний двор. Сквозь чудом уцелевшее стекло было видно массивный колесный броневик, мчащий к воротам. Я не стал даже притормаживать, наоборот — прибавил скорости, оттолкнулся от пола и всем телом врезался в стекло.
