"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Бердникова Татьяна Андреевна

Цепочка соединилась сама. Украшения чувствовали, знали, что находятся у нужного человека, стремились к нему и не противились действиям бывшей хозяйки.

Кулон мягко скользнул под ворот рубашки, касаясь обнаженной кожи мага… и тот вдруг резко вздохнул, распахивая глаза и хватаясь рукой за горло.

Все отпрянули, глядя на мужчину почти со страхом; во всех головах замелькали ужасные мысли, предположения, что их действия могли сделать ему лишь хуже…

Рука мастера, прекратив сжимать горло, скользнула чуть ниже и, нащупав кулон, замерла. Мужчина недоверчиво моргнул и, приподняв ту же руку, устремил взгляд на запястье, опоясанное браслетом…

Взгляд его стал осмысленным и, к изумлению всех, почти негодующим.

— Зачем?! — выдохнул он и, упершись левой рукой в койку, все еще с некоторым трудом сел, — Татьяна… эти предметы, зачем? Они должны быть у тебя, принадлежать тебе, ты — носитель!..

— Ты тоже! — девушка всплеснула руками и, не желая слушать дальнейших возмущений отца, без разговоров крепко обняла его за шею, — Папа, я сделала это, чтобы вернуть тебя к жизни, сделала и не раскаиваюсь!

— Никто не раскаивается, — подал голос Винсент и, широко улыбнувшись, чуть отвел руку в сторону, — С возвращением в мир живых, потомок.

Альберт глубоко вздохнул и, прижав к себе дочь, благодарно кивнул.

— Спасибо. Я вижу, вы сумели доставить меня в замок, хорошо… что с Чеславом?

— Бежал, будучи сильно ранен, — Андре, с улыбкой до ушей, подошел к отцу и, не зная толком, что делать, осторожно взял его за руку, — Рад, что не потерял тебя вновь, папа.

Татьяна, наконец, выпустившая отца из объятий, улыбнулась сама.

— Мы все рады! Чеслав… мы не знаем, что он будет делать дальше, но какую-то фору мы, безусловно, получили. Судя по рассказам, пострадал он сильно, да и белладонна свое дело сделала…

Великий маг кивнул и, тяжело вздохнув, внезапно поднялся на ноги.

— Он все равно вернется. Он не успокоится, не остановится, пока не завершит начатое! Мы должны…

— Сядь, дядя! — Людовик, откровенно возмущенный поведением своего пациента, легко толкнул его в плечо, — Мы все испереживались, ночь не спали, я вообще тут с ума сходил все это время, а ты, не успев прийти в себя, рвешься вновь умереть? Мы даже не знаем, чего лишил тебя Нейдр, не знаем, сколько вреда он причинил тебе!

Мастер медленно опустился обратно на кровать и, подняв обе свои руки, с некоторым интересом изучил их. Затем опустил и обезоруживающе улыбнулся.

— Сколько вреда? Совсем немного, Луи. Я слаб, я не способен противостоять Чеславу, и я… смертен.

— Как это он смертен?! — Дэйв, вскочив со своего стула, окинул всех, собравшихся за большим столом гостиной, недоверчивым и негодующим взглядом, останавливая его на спокойно улыбающемся Альберте. Великий мастер все еще был бледен, казался утомленным, но сидеть со всеми за столом, тем не менее, мог и пренебрегать участием в собрании не пожелал.

— Мы с Ричардом знаем его уже… — молодой человек мотнул головой, пытаясь сосчитать, — Не знаю, больше трехсот лет, и он всегда был бессмертен, всегда! Как он может быть вдруг смертен?!

— Дэйв, остынь, — оборотень, глубоко вздохнув, дернул своего невыдержанного друга за рукав, вынуждая его сесть обратно, — Мы тоже нервничаем, и тоже толком не знаем, как это произошло. Нейдр испил его крови…

— А после долго тянул из него силы, — подхватил Роман, — Так, по ниточке, по капельке, потихонечку, пока не вытянул все и сразу. Ты что, не видишь, как дядя похудел? Это все противный меч виноват! Кстати, дядя, может, тебя покормить? — юноша с нескрываемым беспокойством воззрился на мага, — А то ты правда бледноват как-то…

— Спасибо, — мужчина быстро, тонко улыбнулся и отрицательно покачал головой, — Спасибо, Роман, но я не голоден. Я ощущаю усталость… но, мне кажется, силы постепенно возвращаются ко мне — я чувствую, как браслет и кулон вливают их вновь в мое тело. Вернее… не совсем так. Эти предметы, как говорил Чеслав, призваны впитывать силу, вытягивать ее из носителя, и из мест, где находятся, — заметив страх в глазах дочери и сына, Альберт усмехнулся, — По счастью, я, даже находясь в бессознательном состоянии, сумел переубедить их. Я говорил, всегда говорил, что я знаю, как обращаться с браслетом, знаю, для чего создан кулон, и именно поэтому я так стремился заполучить их когда-то. Они вытягивали силы из Нормонда, забрали их у Татьяны когда-то, но мне они эти силы передают, хотя, возможно, и не желают этого. Впрочем… в данный момент желания этих предметов меня интересуют мало.

— В данный момент они не интересуют никого, — Татьяна, приободренная словами отца, с облегчением улыбнулась, — Как хорошо, что мы забыли о словах Чеслава в момент, когда решили надеть их на тебя… иначе мы бы не стали рисковать. Хотя я все равно не понимаю, как ты сумел…

Винсент, углубленно размышляющий о чем-то уже некоторое время как, мотнул головой и, собрав одной рукой волосы в подобие хвоста, нахмурился.

— Это не он сумел. Я думаю, здесь другое… Нейдр тянул из него силы, тянул безо всяких проблем, без сопротивления, но тут вдруг появились браслет и кулон… Конкуренты, можно сказать. Предметы напитывались силой давно, они набрали ее довольно, чтобы и в самом деле защитить носителя от нападения извне. В каком-то смысле, можно сказать, что они оттолкнули силу Нейдра, чтобы выпить остатки сил моего потомка лично. Конечно, это если представить, что они обладают рассудком, в чем я лично очень сомневаюсь.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, Венсен, — Альберт задумчиво потер подбородок, — Вы надели браслет на мою руку, и кулон на шею, Татьяна надела, и предметы создали некоторый барьер, за который нельзя проникнуть извне. Можно сравнить это с куполом, со сферой… внутри нее они бы полностью иссушили меня, не приди я в сознание. Когда же это произошло, я, должно быть, неосознанно изменил полярность их влияния, сам стал впитывать их мощь, а они подчинились, потому что… — он внезапно умолк и, быстро глянув на дочь, вздохнул.

Девушка, сообразив, что хотел сказать отец, быстро улыбнулась.

— Потому что ты — истинный носитель, папа. Ты прав, они были созданы для тебя, а я перехватила у тебя эту силу… Но я не умею подчинять браслет, не способна договориться с кулоном, я носила их и скорее сама подчинялась их воле. Пусть они остаются у тебя. Теперь, когда все так изменилось, когда ты больше не противостоишь нам, не пытаешься причинить нам вред… это может принести значительно больше пользы, чем мое обладание ими.

— Татьяна права, — Эрик, решивший тоже внести свою лепту в обсуждение столь животрепещущей темы, нахмурился и, сложив пальцы домиком, пару раз стукнул себя ими по губам, — Но есть и еще кое-что, что тебе следует сделать, дядя… ты должен вернуть свое бессмертие. Это возможно?

Великий маг медленно вытянул руки перед собою на стол и, сцепив их замок, чуть усмехнулся, окидывая долгим взглядом дочь и зятя, рядом с которыми сидел.

— Татьяна права и не права одновременно, мой мальчик, — говорил он спокойно, с легкой улыбкой, но от этого не менее серьезно, — Она права, называя меня истинным носителем, но не права, говоря, что браслет и кулон создавались для меня. Не забывай, кто создал их, милая, — мастер перевел взгляд на девушку, — Он создавал оба предмета для себя, он сам выдумал легенду о носителе — вспомни рассказ Венсена! — но не учел того, что может появиться человек, который сумеет изучить их, который сумеет подчинить их себе. Он позволил им впитывать волю владельцев, но не думал, что владелец может обладать излишне большой волей… Да, ты права, — он немного выпрямился, на сей раз устремляя взгляд на гибкое металлическое кошачье тельце, браслетом обвивающее его запястье, — Я истинный носитель и в моих руках оба предмета сумеют раскрыть весь свой потенциал. Но создавал их Чеслав, поверь, не для меня, ему и в голову не приходило, что я сумею подчинить их!.. Что же до твоего вопроса, Эрик, — маг немного склонил голову набок, вглядываясь в зятя, — То мой ответ — да. Вернуть бессмертие для меня возможно, однако… это будет не слишком легко. Мне потребуется три дня… и я не уверен, что у нас они есть.