— Когда находят что-то жирное, что не могут быстро освоить. Поэтому «зарывают кость» до лучших времен.
— Именно, Чак. А наша задача эту сахарную косточку найти и поиметь за неё деньжат. Так что сворачивай демагогию. Погнали работать. Посадка через минуту.
И действительно, уже через минуту опорное шасси челнока коснулось поверхности планеты. Поверхности, ничем не отличавшейся от десятков виденных ранее — желтые камни и мелкий песок. Разговор не об особенностях её внешнего вида и почвы, а о сырьевой полезности. От ответа на этот вопрос зависел итог их месячной командировки. И самое печальное, шансы на то, что он будет положительным, крайне малы. Эти ребята не были первыми и последними уж точно не будут. После того, как Вантарис отошла от освоения фронтира, углубившись во внутренние проблемы, настала эра малых корпораций. Каждая пыталась отхватить себе кусочек, каждая заходила дальше других в неосвоенные системы. Космическая золотая лихорадка. Некоторые находили неплохие залежи минералов на планетах или лунах, но большинство — банкротство и смерть.
— Выглядит не очень, Чак.
Они вышли из челнока, осматривая однообразный, песчаный пейзаж.
— Подожди, сканеры засекли что-то. Отсюда на три часа, вправо. Минутах в двадцати езды. Выгоняй вездеход, Сэм.
— Ага.
Старенький багги колонизаторов, с изолированной внутренней системой, гордо именовался вездеходом. Но всё равно лучше, чем пешком. Так что уже скоро эти двое стояли рядом с такой же кучей песка, как и та, что встретила их двадцать минут назад.
— Только не говори, что надо рыть, Чак.
— Надо.
— Да ёпт, — Сэм разочарованно пнул небольшой песчаный холм, но вместо того, чтобы разлететься, тот отозвался низким, металлическим лязгом. — Чего?
— Кажется, копать придется не глубоко.
После сорокаминутной расчистки песка показалось что-то, похожее на бронелист корабля. Еще через час работы с плазменным резаком данный лист обзавелся кустарным люком.
— Чак, ты такую броню хоть где-то видел? Целый час дырку ковыряли.
— Видел, Сэм. У жуков Вантарис. Представь как мы наваримся, если прыжковый модуль уцелел. Такое сокровище стоило месяца полёта. Давай искать!
Они запрыгнули внутрь корабля. Ни о каком освещении, даже аварийном, речи не шло. Всё внутри было окутано тьмой, выглядело очень старым и разрушенным. Слишком старым.
Но, вскоре блуждания вознаградились. Единственный, не засыпанный песком, коридор вывел их на мостик управления. Ошибки быть не могло, такое количество панелей управления, будь они хоть какого цвета и формы, ты ни с чем иным не спутаешь. А ведь капитан тоже был здесь. В своем кресле.
— Что-то я не помню у Вантарис такой формы доспехов.
Капитан был экипирован в броню. И под словом «броня», была прямо броня. Тяжеленные на вид толстые пластины. Они соединялись внахлёст, закрывая всё, от шеи до колен. Как в таком передвигаться неясно, особенно когда твой рост не больше полутора метров.
Да, найденный труп был низким, но удивительно широкоплечим. Ясно, что мужчина, хоть голову закрывал массивный, вытянутый к шее, шлем с узкими визорами. Он чем-то напоминал шлем викингов, благо рогов хотя бы не было.
— Я не видел никогда такой брони, — Чак склонился над телом. — Да и мелкий он какой-то.
— Хочешь сказать мы нашли инопланетного гнома?
— Вот сейчас и посмотрим.
Чак обхватил руками шлем, постарался его аккуратно приподнять, но едва тот дернулся, как голубоватое облако газа вырвалось из щелей прямо в лицо человеку. Благо, тот был в изолированном костюме.
— А ведь реально гном, — прозвучал голос со спины. — Остатки бороды есть, да и череп какой-то слишком широкий. Что думаешь, Чак?
Но коллега Сэма так и стоял, держа на вытянутых руках поднятый ранее шлем. Он не двигался и ничего не говорил. Что странно, ведь такой «кирпич», как этот шлем, еще попробуй долго подержи.
— Чак, чего завис? Ча-ак?
Сэм положил руку на плечо коллеги и в этот момент тот резко развернулся. И впечатал «гномий шлем» в голову Сэма. Забрало его собственного шлема лопнуло, осколки попали в глаза. Сэм закричал, но быстро крик перерос в хрип, ведь газовая среда планеты была далека от подходящей для жизни.
Тем временем Чак и не думал униматься. Он схватил едва живого Сэма за шею и впечатал в труп капитана корабля. Снова появился тот легкий, голубоватый дымок и кашель Сэма быстро прошёл. Человек затих.
Чак ослабил хватку. Отпустил Сэма. Тот спокойно встал и снял свой разбитый шлем. Голубые глаза, с торчавшими в них осколками, встретились с такими же, светившимися голубым светом, глазами. А потом два человека посмотрели вверх и закричали. Это было похоже на рык. Гулкий, звериный рык был далек от человеческого.
Прошло пять, потом десять минут, но рык только усиливался. Стены старого корабля тряслись, а песок парил, складываясь в странные узоры. В какой-то момент звук перешёл на совершенно иной, не фиксируемый аппаратурой диапазон. Песок вокруг дробился в пыль, как и окружающие их стены.
И вот, среди далеких звёзд.
За границами фронтира, людей и всего изученного космоса.
Во тьме космоса, прозвучал ответный рык.
Конец
