– Что там происходит? – посыпались на него вопросы. – Это ты устроил переполох? Ты видел Медка? Что нам делать?
– Потише, вас могут услышать, – остановил словесный поток кибер. – И давайте я отвечу сначала на это, а потом, если захотите, спросите еще.
Все молча закивали.
– Так вот, – продолжил Зан, – переполох устроил не я, хотя я в какой-то мере был его зачинщиком, поскольку именно я, отводя трубников, первым выстрелил в воздух. Истратив, кстати, на это последние патроны. Медка я не видел. Что делать – не знаю.
– Ты не ответил на главный вопрос, – сказал взломщик. – Что там происходит?
– Ответ был уже во втором вашем вопросе. Там происходит переполох.
– Поиздеваться решил, железяка? – скрипнул зубами Капон. – Из-за чего переполох? Всего лишь из-за твоих выстрелов?
– Не только из-за моих, – проговорил кибер с подозрительной интонацией, словно оправдываясь за какой-то крупный косяк. – Подуха тоже потом выстрелил. Но…
– Но что? – подтолкнул запнувшегося на полуфразе Зана Капон. – Тебя за язык тянуть?
– У меня нет языка, – с явным облегчением переключился на новую тему кибер. – Источником моей речи является…
– З-зан! – перебивая его, злобно процедил Лом. – Отвечай: что «но»?
– …но Подуха стрелял в меня. Правда, не попал, хотя определенно преследовал именно эту цель.
– А ты какую цель преследовал? Ты сам-то куда стрелял?
– Моей целью было всего лишь отвлечение от вас трубников. И стрелял я, как и озвучивал вам свое намерение ранее, в воздух. Но я не предполагал, что это может быть расценено как… покушение на дирижабль.
– Чего-о?.. – разом выдохнули все трое сталкеров.
– Но я же в него не попал! Пули пролетели от оболочки на огромном расстоянии! Саженях в десяти, не менее…
– То есть метрах в двадцати, – быстро перевел Капон. – Ну да, фигня какая! Летуны небось и не почесались.
– Не могу утверждать, – честно признался Зан. – Я этого не видел. Могу лишь доложить, что они… улетели.
– Что?! – вновь все разом завопили сталкеры, позабыв даже о том, что своим воплем могут привлечь противника. И наперебой дополнили общее восклицание отдельными выкриками: – Куда улетели?! Как улетели?! А как же мы?! А как же Медок?!
– Погодите-погодите-погодите… – затараторил, будто его заело, кибер. Его глаза при этом замигали желтым цветом, что выглядело в темном помещении не слишком приятно. – Я не обладаю всей полнотой информации! Я лишь сказал, что видел. Пилоты дирижабля срочно подняли гайдроп, завели двигатель и почему-то улетели. Причем, как я понял, неожиданно для самих трубников, во всяком случае, для тех, что были внизу, поскольку они тут же начали галдеть и возмущаться – устроили, как вы образно выразились, переполох.
– Сейчас я еще раз выражусь, – мрачно пообещал Капон. – Я так сейчас образно выражусь, железяка ты ржавая, что ты еще больше поржавеешь! «Почему-то улетели», говоришь? «Неожиданно»? А может, они сделали это потому, что ты едва не попал в огромный, наполненный водородом баллон, к которому они подвешены? Может, они испугались, что ты выстрелишь еще и на этот раз попадешь? И что тогда было бы с ними, у тебя тоже нет информации?..
– Нет-нет, я бы не стал! Я знаю, что водород может вспыхнуть, если в баллон выстрелить, пуля непременно пробила бы оболочку…
– Пробить бы чем-нибудь оболочку твоей тупой башки! Отвечай: Медок успел выскочить?!
– Нет… Я не видел.
– Не видел или не выскочил?! – сжал кулаки Капон. – И прекрати мигать, а то я тебе сейчас зенки выбью! Веришь?!
– Погоди, – положил взломщик на плечо двойника руку, – не горячись. Если нас услышат трубники, будет только хуже. Сейчас я все у Зана выясню. А ты, – обернулся он к киберу, – перестань и в самом деле мигать, уже в глазах от тебя зайчики. И четко скажи: владеешь ли ты информацией, где сейчас Медок?
– Не владею, – перестал мигать Зан. – Он мог как остаться в гондоле дирижабля, так и выбраться на причальную площадку в тот момент, когда я не смотрел в ту сторону.
– Вот ведь бестолочь ржавая! – зашипел Капон и рванулся к щели.
– Ты куда?.. – метнулся за ним следом Лом и схватил «братца» за руку.
– Пусти!.. – стал вырываться тот. – Лучше дай автомат, у тебя-то остались патроны! Я должен узнать, что с Медком!
– Да тебя просто убьют, что ты узнаешь?
– А если убьют Медка?!
– Стойте! – отчеканил вдруг кибер тем хладнокровно-уверенным тоном, что разговаривал с Ломом в самом начале их знакомства. Теперь в его голосе не было ни нотки растерянности или вины, что звучали только что. Зан словно вмиг растерял все свои псевдочеловеческие черты и стал тем, кем, по сути, и являлся – бездушной, хоть и весьма интеллектуальной машиной. – Всем оставаться в укрытии! Я никого не выпущу наружу до выяснения обстановки.
– А кто эту обстановку выяснит? – поинтересовался Васюта, растерянно и молча наблюдавший до этого за происходящим.
– Выясню я, – ответил Зан. – Я подберусь к разлому и задействую высокочувствительный микрофон. Таким образом я услышу, о чем говорят трубники, и, вполне вероятно, узнаю из их разговора о судьбе собаки. А вы все должны пока замолчать и стараться не издавать никаких звуков.
– Так иди и узнавай, – буркнул Капон. – И ничего мы тебе не должны. Ишь, раскомандовался!
– Вообще-то Зан прав, – сказал Лом. – Нам стоит замереть и буквально не дышать, иначе в этот микрофон он услышит только нас.
– Да понял я, понял, – проворчал двойник. – Все, не дышим!
* * *
Сначала все и правда затаили дыхание. Но кибер оставался в полной неподвижности уже достаточно долго, дышать волей-неволей пришлось. А терпения не хватило первым у Васюты. Минут через пять ожидания он прошептал:
– Может, у Зана батарейка села?
Но на него тут же возмущенно зашипели «братья», а кибер бросил:
– Я в порядке. Наберитесь терпения, важная информация, – и замолчал снова.
Лучше бы он этого не говорил! Теперь, зная, что информация имеется, да еще и важная, ждать стало совсем невмоготу. Но каждый понимал – неосторожно брошенное слово, любой звук в принципе, может помешать Зану услышать что-то еще не менее важное, например то, от чего будут зависеть их жизни. Или жизнь Медка, о котором Капон, пожалуй, переживал больше, чем о себе.
Прошло минут двадцать, не менее, когда кибер наконец отошел от пролома и спросил:
– Рассказывать по порядку или будете спрашивать?
– По порядку! – снова был первым нетерпеливый Васюта. Но Капон замотал головой:
– Сначала скажи, ты услышал что-нибудь про Медка?
– Услышал, – сказал Зан. – Один из трубников, что был наверху, дословно произнес следующее: «А собака, которую вы на кой-то хрен подняли, так ведь с ними и улетела».
– Медок улетел! – схватился за голову Капон. – Что же делать?! Ты связался с летунами по радио? Когда они вернутся?
– Я постоянно держу блок радиоприема на заявленной частоте, но попыток связи пока не было. Что касается того, когда они вернутся…
– Да как ты узнаешь теперь, когда они вернутся, если связи нет!
– Перестань истерить, брат, – плечом в плечо толкнул Лом Капона. – Пусть теперь Зан все расскажет по порядку, и тогда уже будем решать, что делать дальше.
– Хорошо, – буркнул Капон и, сдвинув брови, посмотрел на кибера: – Но только самую суть говори, не отвлекайся на пустяки.
– Пустяков там и не было. Трубники очень встревожены произошедшим. И они сейчас говорили вот о чем… Оказывается, у них с летунами был строгий уговор, даже ультиматум со стороны канталахтинцев: те будут сотрудничать только в случае гарантии полной их безопасности со стороны трубников. Одним из главных пунктов соглашения был как раз полный запрет на использование огнестрельного оружия вблизи дирижабля. В случае нарушения предусмотрены санкции: на первый раз – прекращение полетов на срок до месяца, за повторное нарушение – три месяца. Третье нарушение будет означать полный и окончательный разрыв сотрудничества. Так вот, этот случай уже второй.
