"Фантастика 2024-104". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Седой Василий

Они выскочили на улицу, и на лицо упали холодные капли дождя. Мама бросилась прочь от дома, унося его, но что-то сильно толкнуло ее, и она, взлетев в воздух, выпустила его из рук. Он сильно ударился. Перевернувшись в воздухе, врезался в кусты, и колючие ветки больно оцарапали кожу. Было темно и страшно, и мамы нигде не было видно. А потом стали сверкать молнии, и он увидел её, стоящей к нему спиной.

- Мама! – Он кричал, но гром заглушал его голос. Когда в следующий раз сверкнула молния, он увидел, как к маме идет чудовище. Огромное, мокрое, блестящее в свете молний. Мама оглянулась и закричала:

- Прячься! Алий, прячься!

Мама убегала в сторону и кричала на монстра, он рычал и следовал за ней. Ужасная морда щелкала зубами, и от страха Алий не мог пошевелиться.

А потом огромные лапы взметнулись вверх, и мама закричала от боли.

Несмотря на ужас, что сковал тело, силы неожиданно пришли вместе с воспоминаниями.

- Пока меня не будет рядом, - тихий голос отца прозвучал в голове, глуша все звуки дождя и монстра. – Ты защитник нашего дома и мамы. Смотри, не позволяй её обижать!

- Мама! - Он закричал и попытался выбраться из кустов.

Монстр услышал его и повернул свою пасть. В свете молнии опять показалась мама, она ударила монстра палкой, и тот бросился на нее. В шуме дождя он услышал новый крик боли.

Красным светом все вспыхнуло вокруг.

- Мама, мамочка, я иду! Я иду!

И стало больно! Стало жарко! Мама лежала под дождем, на ее мокрой одежде расплывались темные пятна.

- Алий, прячься! – хрипела она, и от этих жутких хрипов, что вырывались у нее из горла, стало совсем плохо. Тело ломало, крутило и хотелось сбежать, спрятаться, укрыться от всего этого ужаса.

Мир сверкнул алой вспышкой и пропал. Больше не было дождя, грома, монстра, мамы…

Только тьма и тишина.

Глава 21

Тай

- Пресветлые небеса, моя сестра – беспредельщица, – чуть слышно ворчал Вал, но, тем не менее, плел заклинание, защиты, стирающее все следы присутствия.

Мы находились в самом центре драконьего замка, там, где хранят лепесток Истинного пламени, дарованного роду. Это самое защищенное место в замке и самое безопасное для нас, как утверждала сестра. Усевшись на каменную плиту рядом с лепестком Истинного пламени, она весело болтала ногами и с улыбкой наблюдала за старшим братом. Вал ворчал, но чисто для поддержки авторитета старшего брата. Сестра улыбалась его словам и терпеливо ждала, когда он закончит.

Она пришла к нам в комнату полчаса назад и сказала, что ей надо устроить шалость в замке драконов. Ни у меня, ни у брата и мыслей не возникло возражать, видя ее улыбку на бледном лице. Она так мало улыбалась последнее время.

Брат и я уже прокляли тот день и час, когда мы решили помогать владыке Ралифу. Жалели, что не догадались отказаться, и в результате сестра чуть не погибла.

Вначале все шло хорошо. Мы разработали план, по нему все выходило в пределах допустимых рисков. Наличие драконов давало надежду на полный успех операции. Кто мог подумать, что сами крылатые, а точнее их детеныш подведет сестру к черте между жизнью и смертью.

Я понимал ее, это обязанность целителя оказывать помощь нуждающимся, но целитель Парт сотни, тысячи раз предупреждал, что энергия драконов слишком емкая и опустошает резервы молниеносно. Категорически запрещал без точных данных лезть к драконам с исцелением. Поставить заморозку, усилить регенерацию, остановить кровотечения – это да. Но ни действием больше.

Но Киани увлеклась.

Когда на третий день она отказалась от еды и питья полностью, перестала реагировать на звуки и прикосновения, был срочно вызван целитель. Глядя на худенькую фигурку мальчика, он молча выслушал описание учителя, о его первоначальном виде. После выгнал всех из башни.

Сутки он не выходил оттуда. Владыка Фарх не выдержал и рискнул подняться к ним. Когда он вернулся, бледный, мрачный, то приказал сворачивать все работы в искусственном мире. Владыка Ралиф хотел было возразить, но Фарх предупредил, что ему плевать на все. Через девять часов Киани и ребенка вынесут из этого мира, и если кто-то не успеет убраться отсюда, то погибнет вместе с этим проклятым пространством.

Харман в тот момент запряг нас работой. Если мы застывали, касаясь наручей, то тут же получали новое задание. Наших ребят отправили по домам, и только Эри, Шир и Ель с Гией оставались с нами рядом.

Мы уладили дела с Аишой. После проверки ауры ее родителей и самой девочки мы хотели забрать ее с собой, но хозяин гостиного двора наотрез отказался отпускать ребенка. Говоря, что отвечал за нее три года и не видит причин отпускать помощницу. Пришлось объяснять ему ситуацию с родителями и сказать, что семье предоставят новое место для проживания. После чего хозяин предложил родителям девочки работу при гостином дворе, обеспечив их сразу и жильем.

Владыка Ралиф подписал все бумаги, и дело по сбору и спасению семьи было закрыто. Наши экзамены были приняты на отлично. Драконы, что участвовали в атаке на искусственный мир, написали нам всем рекомендации, и на лентах появился знак заслуги, говорящий об опыте и что нам можно доверять более сложную работу стражей.

Но это все было неважно.

Сестру вынесли на руках в указанное время. Целитель Парт сам нес ее и мальчика одновременно. Как только они переступили границу, искусственный мир захлопнулся и исчез без следа. Вокруг сестры и мальчика витали золотые искры. И было ясно, что процесс исцеления все еще не окончен. Увидев ее бледность и мелькнувший страх в глазах целителя, я осознал, насколько все плохо. Вал требовал, чтобы ребенка оторвали от сестры, но Парт утверждал, что это приведет к смерти обоих.

Только вмешательство Хармана и владыки помешали брату сделать это самому, я хотел было помочь ему, но меня остановил целитель. Он умолял дать ему шанс спасти сестру и ребенка. Клялся небесами, что не позволит Киани умереть.

Время до утра тянулось очень долго, нас не пустили к ней в палату. Целитель Оскальд говорил, что драконы вливают в Киани и ребенка свою энергию, поддерживая ее, но никто не мог сказать, сработает это или нет.

Как я понял из объяснений, она израсходовала весь свой внешний и внутренний резерв, ее удаленность от утренней волны чистой энергии, не дала такую необходимую ей подпитку. И сейчас стоял вопрос, сможет ли она самостоятельно настроиться на резерв и пополнить свои силы.

Если сможет, то Парт разорвет процесс исцеления, и Киани придет в себя. Если нет…

Нам никто не говорил, что будет в этом случае.

А утром мы услышали, как Киани зовет нас через наручи, и рванули к ней. Она сидела в кровати. Огромные глаза на обескровленном лице блестели лихорадкой. Целитель выпаивал её снадобьями и выглядел не лучше сестры. Целитель Оскальд хлопотал вокруг дракончика, и то, что сам Парт выхаживал сестру, немного успокоило нас.

- Когда придешь в себя, я тебя выпорю, - пообещал сестре владыка.

- За что? – прошептала Киани.

- Тебе весь список зачитать? – нахмурился целитель, но сестра выглядела удивленной, Парт пояснил. – Какого мрака ты решила заняться исцелением ребенка!

Сестра задумалась, а потом, покачав головой, отвернулась. На этом ее тревожить больше никто не стал. Но когда на следующий день сестра попыталась встать с постели без спроса, ее отчитали и уложили обратно.

Она очень ослабела, хотя старалась съесть и выпить все, что ей приносили, и пополняла утром резерв. Но ее бледность не проходила, и целитель запретил ей магичить и даже надел ей на руки браслеты блокировки. Они не перекрывали ее магию, но очень сильно мешали создавать формулы, а еще на них начинали сиять камушки за каждую попытку использовать силы. Когда сестра больше по привычке тянулась к магии, приходил целитель и начинал читать нудные лекции о возможностях организма и всевозможных угрозах, связанных с истощением маг запаса. Киани проникалась и старалась заснуть на второй минуте этих речей, но целитель был тот еще мучитель и говорил, что, если она чувствует себя так хорошо, чтобы магичить, значит, послушать его речи тоже будет несложно. После этого Киани старалась даже резерв пополнять с осторожностью, чтобы, не дай небеса, не засветились камни на браслетах.