— С того самого момента, как я открыл тот самый конверт с документацией не переставал думать об этом, — спокойно заметил я. — Это сделал кто-то имеющий доступ к внутренней документации. Явно не простой работник, читающий мелкую районную газету.
— Рад, что вы понимаете это, — кивнул Меньшиков. — И каковы ваши выводы?
Я внимательно посмотрел на сидящего передо мной мужчину. От нашего текущего разговора очень многое зависело. Многое, если даже не всё.
С одной стороны передо мной сидел один из самых влиятельных людей империи. Глава тайной канцелярии, следователей особого отдела. Ближайшая рука правящей семьи. С другой — я совершенно не знал этого человека и не доверял ему. Он был для меня абсолютно неизвестной фигурой. Рассказать ему то, что я знаю — значит слепо довериться.
А что, если он и окажется тем самым, кого я ищу? Тот таинственный и могущественный игрок, завладевший империей Волка? Мысль не лишена смысла. Тот, кто отправил ко мне домой ищеек, кто следил за мной всё это время, кто снабдил бывших людей Волка новейшим артефактным оружием. Меньшиков несомненно один из тех, кто может организовать подобное. Он имеет власть и ресурсы.
— Не доверяете мне? — проницательно заметил он.
— А вы бы доверяли? — спросил я.
Он отрицательно покачал головой.
— В нашем городе появился очень могущественный игрок. Опаснее Волка, бессовестнее Карамзина и не менее могущественее вас, — спокойно произнёс я, не сводя с Меньшикова взгляда.
— Допустим, что я слышал нечто подобное, — протянул он.
— Есть подозреваемые? — посмотрел я на него.
— Может да, может нет, — ухмыльнувшись, пожал он плечами. — Я вам не доверяю, Даниил Александрович, чтобы обсуждать подобные вещи. Я здесь лишь из-за ваших заслуг в деле раскрытия преступлений Карамзина и потому, что за вас поручился очень известный бывший особист. Если бы не его слова, то я бы даже не стал с вами разговаривать.
— Гончий, — сразу догадался я.
— Кто? — поднял бровь Меньшиков. — Вы про Гончарова?
Он рассмеялся и снисходительно посмотрел на меня:
— Признаться, я удивлён, что вы не знаете что за человек находится рядом с вами. Впрочем, если он предпочёл остаться инкогнито, то я не в праве раскрывать его секрет.
В моей голове тут же пролетели все мои друзья и знакомые, кто может иметь такое колоссальное влияние на самого светлейшего князя Меньшикова. Да кто же это может быть? В данный момент меня интересовало даже больше, чем фамилия человека, чей компромат лежал сейчас у меня на кухне.
— Григорий Александрович, если мы хотим остановить зарождающуюся силу, способную серьёзно навредить нашей стране, то должны действовать вместе. И вы правильно заметили, что для начала нужно начать друг другу доверять, — начал я издалека.
— Чувствую, что вы хотите что-то предложить, — ухмыльнулся он.
— Хочу предложить узнать друг друга немного получше. Сходить в гости, пообщаться… — хитро улыбнулся я.
Меньшиков расхохотался:
— Ну наглец! Полагаю, таким образом вы хотите получить приглашение на мой Рождественский бал-маскарад?
— Думаю, это бы стало отличным первым шагом, — кивнул я.
Он вновь рассмеялся.
— Нет, — наконец резюмировал он. — На моих приёмах не может присутствовать простолюдин. Так что это исключено.
— Но нам обоим прекрасно известно, что во мне течёт истинно голубая кровь, — заметил я.
— Нам обоим прекрасно известен цвет вашего паспорта, — сухо ответил он. — Так что пока он не изменится, этот разговор не имеет смысла.
Выйдя из здания управления, я сразу заметил Вову, стоящего у моей машины.
— Ну наконец-то! Думал тебя уже давно должны были отпустить, — обрадованно подбежал он ко мне.
— Были ещё кое-какие дела, — отмахнулся я.
— Я забрал твою машину сразу же как тебя увезли сюда, — кивнул он, отдавая мне ключи.
— Акали? — спросил я и Вова с улыбкой открыл багажник, где спала собака с двумя щенками.
— Я сказал, что это мои животные, — произнёс он. — Пока я нахожусь под защитой права последнего, то меня и соответственно мою собаку нельзя привлечь к ответственности за действия на территории своего поместья. Даже за нападение на сотрудников.
— Спасибо тебе, дружище, — крепко пожал я его руку.
— Это тебе спасибо. Ты спас меня там, если бы не ты… — начал было он, но я покачал головой:
— Если бы не я, то тех бандитов там бы даже не было.
Вова отмахнулся и продолжил:
— Ты бы видел как Акали тебя защищала. С тех пор как ты потерял сознание, она не отходила от тебя ни на шаг, не подпуская приехавших следователей. Набросилась на двоих, что были особо настойчивы, а одного укусила за задницу!
Он не выдержал и расхохотался. Я же присел и потрепал свою защитницу по холке.
— Пригляди за ними сегодня, у меня появились срочные дела в редакции, — попросил я Вову.
Глава 18
После беседы с Меньшиковым, я понял, что срочно надо заняться вопросом приобретения аристократического статуса. И в моей голове уже созрела безумная мысль как можно получить баронский титул, но для этого надо было действовать быстро, пока вчерашнее нападение не обросло домыслами и слухами. Вернее, мне нужно было, чтобы это нападение обросло вполне конкретными слухами и домыслами и именно поэтому нужно было как можно скорее добраться до редакции.
— Я отвезу вас домой, а сам поеду в редакцию, — сказал я Вове, аккуратно закрывая дверь багажника.
— Сейчас? Вчера вечером мы нашли тайную комнату моего рода, узнали о неком секрете правящего рода, едва выжили при нападении десяти опытных бойцов, а затем всю ночь провели в управлении следователей особого отдела! А теперь, с утра пораньше, ты хочешь ехать работать? — поразился он.
— Ты прав, надо заехать домой, чтобы умыться и переодеться, — кивнул я, садясь за руль.
Спустя два часа я уже ехал в редакцию. Вот только ехал я не один а во всё той же компании.
— Кажется я ему нравлюсь, — счастливый Вова сидел на заднем сидении, а один из щенков спал у него на коленях.
Акали со вторым детёнышем ехали рядом. Она наотрез отказалась оставаться с Вовой, когда я собрался уезжать в редакцию. Ну а он тут же напросился следом, мотивируя это помощью с животными. Хотя мне уже стало очевидно, что он проникся к одному из щенков и это чувство, похоже, было взаимным.
* * *
Редакция газеты Невский вестник
— Божечки, какая прелесть! — встретила нас визгом Аня, едва мы зашли в офис.
— А кто у нас такой рыженький и пушистенький? — рядом с ней мигом оказалась Вика, пытаясь погладить щенка, не слезающего с рук Вовы.
После того как я спешно помыл собак сегодня, их шерсть приобрела невероятно яркий окрас. Конечно же им было далеко до огненной шевелюры Распутиной, но на фоне серого интерьера редакции, они были невероятно яркими пятнами.
— А давайте они будут жить в редакции и мы все будем о них заботиться? — предложил кто-то и все тут же одобрительно загалдели.
— Будет нашим талисманом, — воскликнула Вика.
— Защитниками будут, а то на нас стали часто нападать! — закивал Стас.
— А может они смогут обнюхивать поступающие краски и бумагу, чтобы нам опять чего-нибудь плохого не прислали? — уже прибежал из типографии Дима.
— У собаки должен быть один хозяин, — строго пресёк эти мысли я. — У семи нянек дитя без глазу.
По редакции пронеслась волна разочарованных вздохов.
Оставив Вову следить, чтобы никто из работников не утащил животных, я подозвал Вику и мы отошли в сторону.
— Нам нужно как можно скорее выпускать статью про Вову. Его эксклюзивное интервью как внезапно объявившегося представителя исчезнувшего рода, — сказал я журналистке.
— Я помню, но для чего такая срочность? У нас достаточно материалов на текущий номер, а это интервью мы планировали сделать темой следующего номера, — удивлённо посмотрела на меня она.
