Никогда прежде Айхазарду не доводилось видеть ничего подобного, что хоть как-то можно было сравнить с этим навыком. Кукла, что разлетелась вихрем кинжалов?! Опадающие на пол капли крови, как и осознание происходящего, на время парализовали силу воли. Казалось, прошла вечность, прежде чем глава Севера рухнул назад от силы вошедших в тело клинков.
Когда через мгновение в движение пришли все чемпионы в зале, Айхазард поднялся со стула. Девчонка от ближнего стола тенью скользнула к телу главы гильдии, лежащему на полу.
-Стоять! - рявкнул Айхазард.
Чемпионы замерли. Шако стоял неподвижно: он не дернулся с места даже тогда, когда в его сторону устремились все присутствующие чемпионы. В ярости Айхазард обернулся к соседнему столу:
-Тарлан, убери его в кабинет Тассила, - реакции на слова не последовало, - Убери его отсюда к чертовой матери!
Ауры чемпионов вражеских гильдий пылали в ненависти с единственным желанием прикончить подростка, что посмел напасть на главу их гильдии! И Айхазард понимал это желание точно так же, как не понимал всей абсурдности поступка Шако. Слава Ноксусу, Тарлан успел убрать парня до того, как чемпионы Севера перешагнули бы через слова мастера вражеской гильдии.
-Шако, что ты творишь?! - прорычал Тарлан с остервенением.
На реплику Шако остался спокоен. Не отреагировал и на то, как Тарлан взял его за ворот куртки и встряхнул. Интересно. Выжил ли Алиот от двойника? Или нет? Слишком близко мужчина подошел к смертельной кукле в момент активации. Теперь все гильдии знают о навыках, но роли это уже не играет.
Понимая, что общаться подросток не намерен, Тарлан мерил шагами зал главы гильдии Чума. Мельтешение перед глазами не напрягало, так что Шако на него не реагировал. Рука в кармане нащупала клочок бумаги. «Ты прекрасен». Пальцы смяли и разорвали записку в клочья. Чем меньше он будет думать о Твиш, тем лучше.
На все происходящее с приходом пяти мастеров Шако так же не отреагировал. Они рычали, метали молнии, но ни один из них не тронул, что само по себе предполагало худшее. Но и к этому повороту событий Шако был готов, заранее смирившись с происходящим. Поэтому когда его в прямом смысле слова отдали на растерзание чемпионам гильдии Север, чей мастер был одной ногой в могиле, Шако постарался не думать ни о чем.
Это все не...
Все те пытки, что устраивали чемпионы на арене Ноксуса для одного из них, были убраны на задворки сознания за ненадобностью. Бывало хуже. Наверное.
* * *
-То, что они творят, не идет в рамки адекватности! - лекарь Айса нервно барабанила пальцами по столу, - Тассил, ты ведь понимаешь, что это, - девушка кивнула на раскрытое окно, где в сумерках ночи горели огни арены, - Приведет лишь к тому, что молодой чемпион умрет. Рано или поздно. Меньшее из зол – он сойдет с ума!
-Чемпионам нужно время утолить жажду крови.
Айса подперла голову рукой и закрыла глаза на время. Опять эти картины ужаса. Все то, что она видела на арене Ноксуса, описанию не поддавалось. Сколько самых мучительных смертей придумывали чемпионы подростку, надеясь, что Ноксус убьет его в конце концов? Никто не знал. Им отдали убийцу в полную власть лишь в пределах живой арены Лиги.
* * *
Чемпион, прикованный цепями к стене арены, больше напоминал кусок мяса: за кровью не видно тела, а от всевозможных ран живого места не осталось. Даже не вооруженным взглядом видно, что его руки переломаны до основания, как и ноги. Если бы не редкое, едва заметное дыхание, можно было бы решить, что чемпионы и вправду развлекаются с куском мяса.
-Оставь.
На хриплый голос один из палачей обернулся. Его глаза перестали светиться непонятным потусторонним светом и вернулись к привычному виду.
-Дант и Тассил дали слово не убивать парня, - напомнил Джокер позабытую информацию.
-Плевать, - Фидл вернул внимание пленнику.
На плече несчастного сидел черный ворон и пытался оторвать кусок человечины, отчего тело чуть содрогалось в конвульсиях.
-В сознании? - Джокер остановился в шаге.
-Разумеется, эта тварь в сознании, - донесся голос со стороны, - Думаю, пора идти за четвертым флаконом, пока снова сознание не потерял.
-Сиди, - остановил Шайона Джокер от ненужных действий, - Я забираю его.
-Не получится, - отозвался Фидл, но на маньяка арены не взглянул, - Его отдали нам.
-И запретили покидать арену Лиги, - хриплый голос звучал равнодушно, - Вы нарушили условия. И уже пьяны от крови, если не способны здраво мыслить. Ваш мастер будет жить.
-Что?!
Вокруг маньяка арены оказалось с десяток чемпионов, все взгляды устремлены на разукрашенное черной краской лицо. Колокольчики на бандане недовольно звякнули от столь близкого соседства с чемпионами.
-Это точно?!
-Ты уверен??
-Сула успела заживить смертельно опасные раны еще в зале, - Джокер бросил взгляд на деву мелодий в шаге за спиной, - Айса сделала все остальное. У Алиота большая потеря крови, не больше.
-Слава Ноксусу!..
Арена словно вздохнула с облегчением одновременно с чемпионами. Кто-то из чемпионов рухнул на землю, не в силах стоять. Фидл бросил взгляд в сторону прикованного у стены парня и понял, что не испытывает ничего, кроме ненависти. Однако их мастер будет жить.
-Он твой, - чемпионы исчезли достаточно быстро в стороне моста, - Но если хоть когда увижу его на острове нашей гильдии, ему не жить.
В темноте ночи исчез последний чемпион Севера, словно никогда и не было на острове Чумы. Одновременно с этим в воздухе раздался крик ворона, которого Джокер пригвоздил к стене арены кинжалом. Вблизи искромсанное тело чемпиона выглядело еще хуже, чем на расстоянии. Джокер приподнял голову несчастного, чтобы убедиться, что тот еще живой. Мутного взгляда не увидел, как и не увидел глаз вовсе, осознав, что ворон Фидла постарался и здесь. Одновременно с тем, как снял цепи, поймал искромсанное тело и не дал упасть на землю. Легко взял на руки и вошел на арену Лиги. Едва переступил черту, как резким движением кинжала оборвал жизнь чемпиона: тот растворился в воздухе миллионом серебристых звезд. Каждый чемпион умирал на арене по-своему: кто-то оставался неподвижно лежать на земле, кто-то испарялся в тумане. А кто-то, вот так, рассыпался искрами и угасал.
В водах фонтана Ноксуса Джокер нашел того, кого искал: паренек лежал и не шевелился, глядя стеклышками глаз куда-то в пространство перед собой. Что он видел? О чем думал? Если в его состоянии мог о чем-то думать.
* * *
Темнота комнаты, как и тени в ее углу, не радовали, но были приятны. Шако чуть пошевелился, но боли, как таковой, не последовало. Сознание упорно твердило, что оно все еще где-то рядом, но возвращаться в тело пока не хочет. Очень познавательно.
Огромным усилием воли Шако заставил себя сесть. И сразу оцарапал руку о ближайший угол стола, чтобы боль отрезвила от этого непонятного чувства ускользающего сознания. Хватит с него бунтующего бога, что жил в желудке, а так же своенравного чувства самосохранения, что в большинстве своем где-то пропадало. Нет уж, с него хватит! Понимая, что спорить с упрямцем бесполезно, сознание нехотя вернулось туда, где ему положено быть: в тело. Слов благодарности от Шако, разумеется, никто не услышал.
-Тебе надо принять душ.
На голос Шако чуть повернул голову, уже зная того, кому принадлежат эти хриплые нотки. Похоже, что именно Джокер сумел вернуть сознание в тело чемпиона откуда-то, непонятно откуда, туда, где ему положено быть. Интересно, каким образом?
Пока голова по своему обыкновению обдумывала все, что ей было интересно, тело на полном автомате подчинилось. Шако же показалось, что он тут совсем не при делах: и телу, и сознанию было глубоко безразлично все, что касалось самого Шако. Вот и бог голодного недуга проснулся, подавая признаки жизни, отчего урчание стало действовать на нервы. Хоть эти остались после пыток при Шако, пусть и заточены вместе с ним сам черт ногу сломит где. Судя по взгляду в свою сторону, Джокера тоже заботило непонятное состояние подростка. Впрочем, это не помешало маньяку отвести парня в ванную комнату, чтобы помочь принять душ, так как у непослушного тела все валилось из рук.
