– Да вот, злюсь на тебя и не могу придумать должного наказания, – каким-то неровным голосом отвечала Ольга.
– Ну ты еще пару минут думай, а я пока отправляюсь к тебе. Скоро пообщаемся! – Он выключил телефон и вновь обратился к Якову: – Я к Пасти и мигом обратно. А то внизу сокровища немалые отыскали, хочется и самому на все глянуть да руками пощупать предметы старины глубокой. Без меня тут справитесь?
– До сих пор справлялись, – обиженно протянул Шереметьев.
Загралову ничего не оставалось, как дружески шлепнуть коллегу по плечу и поторопиться в «Империю Хоча».
Глава 10
Жирный пряник
Можно сказать, что дома обладателя с нетерпением ждали все фантомы, прикрепленные к силам большой Цепи. Старшая супруга без стеснения прильнула к груди Ивана, да еще и ногами его бедра обвила. Слез тоже не сдерживала:
– Все! Больше ты никуда без меня не ходишь!
Пришлось чуть ли не с ней на руках двигаться в помещение с собранной конструкцией Пасти. С остальными переговариваться на ходу, по внутренним каналам. Да и одно запасное тело сразу поднять, отправляя его в центр связи и инициируя спектакль своего появления «на люди».
Старый целитель выказывал меньше всех эмоций, словно ничего и не случилось:
«Все у нас в порядке. Все запланированное сделали, даже на банкете успели грандиозно обмыть созданную кинокомпанию».
Полковник Клещ тоже не очень волновался:
«До часа икс, когда враги начнут на нас атаку по всем фронтам, осталось чуть более двух суток. Не могу сказать, что у нас все готово, предстоит еще много работы».
«Ничего, – успокоил его Иван, уже рассматривая насыщенные зеленые линии аккумулирующего устройства. – Все успеем. Тем более что сегодня наши враги вынуждены были раскрыться и в результате получили весьма болезненный удар…»
После чего рассказывал всем, уже усаживаясь в Пасть, про события в подземельях. Конкретнее, про самое последнее сражение. Ведь шесть фантомов, прибывших убивать, явно принадлежали новому, пока еще никому не известному обладателю. И наставником у него почти наверняка был именно бывший Большой Бонза, ныне называемый Малым Бубенчиком.
Но сам факт убийства сразу шестерых, а скорее всего, именно всех созданных фантомов, как правило, приводит не просто к обмороку их создателя, но и довольно сильно бьет по его психике и моральному состоянию. После такого шока сложно тут же оправиться и вновь заниматься полноценным наращиванием личного энергоресурса. Особенно если обладатель – из начинающих. Ему даже наличие Кулона-регвигатора не поможет быстро прийти в себя.
– Остается только понять, как Бонза и его протеже сумели оказаться в нужном месте и в нужное время? – рассуждал Загралов, уже выбираясь из разряженной Пасти. – Случайно? Или получили от кого-то подсказку?
– Скорее всего, действовали по наводке, – предположил полковник Клещ. – Прикормленных оборотней в мундирах у дяди Жоры еще полно. Но почему ты не думаешь, что фантомов в подземелья мог послать Печенег? Он же Ричард Кюден.
– Ну ты сравнил! У Ричарда фантомы вооружены до зубов и действуют намного слаженней и качественней. Появись они там, за три секунды всех нас покрошили бы из автоматов. А те шестеро, пусть и действовали жестко, как настоящие бандиты, но управлял ими, сразу видно, новичок. Будь иначе, он бы не потерял сознание, а вновь создал бы фантомов уже непосредственно вокруг меня.
Разговор продолжался. Хотя Иван, разобравшийся со своими силами и перегруппировавший их, уже мог отправляться обратно в подземелья. Но запасному телу еще требовалось четверть часа: чтобы выступить, где следует, перед телекамерами; огласить, что ожидалось, в эфире, и переговорить, с кем должно, по мобильной связи. Все остальное категорически и безапелляционно переносилось на утро.
Да и сами краткие выступления согласовались с полусотниками. Иначе говоря, все союзники действовали в одном направлении, дабы избежать неразберихи и придерживаться одной линии поведения. Все-таки похищения были, официальные власти всколыхнулись, а реакцию на действия преступников уже никак скрыть от общественности не удастся. Вернее, можно, если очень постараться, но вот стоит ли? Если методы чистильщиков не помогают очистить столицу от грязи, не пора ли на это дело поднимать народ?
Сложностей предвиделось много, но они станут решаться по мере их поступления. Пока же следовало планомерно и жестко продолжить переподчинение средств массовой информации под свой контроль. Без этого ни о какой эффективной пропаганде среди населения и заикаться не стоило. А уж если принимать в расчет планируемое в возможном будущем нововведение «Автосуд», то просвещение жителей Москвы можно было считать лишь первым шажком на пути коренных преобразований в судебной системе.
Но еще больший приоритет полусотники отдавали работе с госчиновниками, сотрудниками администрации президента, с его сторонниками и с самим президентом. В те сферы Загралов пока и не спешил влезать, опасаясь, что запутается окончательно. А то и вообще всех подряд начнет крошить направо и налево. Потому что разобраться в среде чиновников, отделяя, так сказать, неисправимых козлищ от остающихся хоть частично чистыми в помыслах агнцев, было под силу лишь тандему из мифического Геракла и не менее мифического Сизифа.
Последние пять минут пребывания дома пришлось посвятить Ольге. Причем сознаваться сразу во всех грехах Загралов не спешил, а начал с искренней похвалы:
– Ты не представляешь, как мне помогла пришедшая волна силы! Ты просто молодина, что додумалась включить сигвигатор! Прелесть моя и умничка!
– Да я чуть ли не сразу об этом вспомнила, – зарумянилась красавица. – Только сомневалась: дойдет ли до тебя и поможет ли.
– Феноменально помогло! Теперь отныне смело можешь считаться моей спасительницей!
Только вот от неприятного момента уйти не удалось:
– Раз тебе была так нужна сила, мог бы воспользоваться Ялято, – вспомнила очевидное Фаншель. – С тобой ведь была Сестри-2.
– Ха! Ты бы еще ко мне в постель и Заришу уложила, вместе с остальными! – попытался все перевести в шутку и как-то вывернуться Иван. Не получилось.
– О них речь не идет! – фыркнула супруга. – Я говорю только о «младшей»…
– М-м?.. Да я понял… Да, в принципе, и…
– И-и-и?
– …так и получилось. Иного выхода просто не было.
Ольга поджала губы, нахмурилась:
– И вы этим занимались при всех?
– Что ты! Там была кромешная тьма, а не очень приличные звуки я перекрыл аурной прослойкой.
Фаншель поняла, что официально ее имидж полноправной и единственной супруги пострадать не должен. Но тут же проснулась ревность.
– Ты ведь обещал… что никогда без меня…
Оправдываться и описывать критическую ситуацию показалось делом бессмысленным. Женщина если уж решила обидеться, то обидится, что бы там ни происходило. Единственный выход – осыпать лицо любимой поцелуями и попутно увлечь другой темой.
– Я сейчас мотнусь туда, гляну, что там за сокровища… и скорее всего, самую лучшую и ценную часть переброшу к нам. Ты поможешь с ее оценкой и составлением описи?
– Только попробуй сделать это без меня! – сразу перестала кукситься Фаншель. – Но разве ты не будешь все это передавать в музеи Москвы?
– Буду, но гораздо позже. Сейчас у меня почему-то нет полного доверия к чиновникам, ведущим подобные дела. Разворуют, как пить дать. А потом, когда наведут у себя должный порядок, тогда и получат произведения искусства, созданные нашими предками. Да и во втором тоннеле, который затоплен, наверняка сохранилось немало ценных вещей.
– А их кто будет доставать?
– Понадобится комплексная экспедиция, поручим ее академику Гречину. Заслужил человек своей беззаветной преданностью науке и истории. Никому иному просто не позволю там копаться.
Ольга наморщила носик, демонстрируя некое равнодушие к данной теме.
– Ладно, можешь считать себя частично прощенным, если… если твердо пообещаешь взять меня с собой на исследование Письма.
