– Я знаю, что ты стал детективом. Мама статью раз десять сама прочла и трижды меня просила. Это так здорово!
Мое воображение мгновенно нарисовало Амалию, посылающую воздушный поцелуй статье, и улетучившаяся было ревность вновь подняла голову. К тому же здесь замешана не только Амалия – Адама связывает дружба с ее сыном. Это куда серьезнее, чем банальная интрижка.
– Но потом-то ты зайдешь? Я соскучился… – смущенно пробормотал Эрик. – Я знаю, что ты был ранен, но выглядишь вполне здоровым!
– Мое ранение немного… иного плана. Но я обязательно загляну, как только смогу. Идем, малыш.
Адам положил руку на плечо мальчика, и мы, покинув бальный зал, направились в сторону главного холла. Эрик, будто только сейчас заметив меня, быстро поздоровался и вновь переключился на Адама.
– Я уже не малыш! – гордо заявил он, выпрямившись. – Мне через четыре месяца одиннадцать.
– Конечно-конечно! Одиннадцать – это гораздо круче, чем десять или девять.
Я не принимала участия в разговоре, а украдкой наблюдала за Адамом. Во время общения с Эриком на его губах то и дело появлялась улыбка, а в серых глазах плясали смешинки. Отменив свадьбу, Амалия разлучила Адама с Эриком. У них были отличные отношения, если даже спустя три года они скучали друг по другу.
Из Адама вышел бы хороший отчим. Не то что мой… Мистер Ирвинсон как минимум позаботился о том, чтобы скрыть все следы моего развоплощения. Не удивлюсь, если он замешан и в том, что со мной случилось.
Против воли мои мысли перепрыгнули на маму. Из того воспоминания, что родилось из контакта с проклятьем Адама, я знала, что подростком мне ее не хватало. Жива ли она сейчас? Едва я ее вспоминала, сердце начинало ныть, как будто подсказывая, что надеяться не на что.
Эрик проводил нас с Адамом до самого выхода – на аллее перед домом уже ждал экипаж, любезно вызванный дворецким. Наверное, он мечтал поскорее избавиться от нас. Адам назвал адрес Агентства, и карета тронулась. Эрик остался на крыльце, но через несколько минут исчез из виду.
Я, прищурившись, посмотрела на Адама и не удержалась от вопроса.
– Почему вы с Амалией расстались?
Адам улыбнулся.
– Я уж думал, ты никогда не спросишь.
Я моргнула. Адам выжидающе смотрел на меня, и я уточнила:
– То есть ты специально ждал, пока я начну задавать вопросы об Амалии?
– Именно так, – кивнул он, растянув губы в лукавой улыбке.
Я поспешно стянула пальто, как будто причина моего жара была в нем, а не в мужчине, что сидел напротив. Так близко, что наши колени то и дело соприкасались.
– Обычное любопытство, – проворчала я.
Адам скептически вздернул бровь, глядя прямо на меня. Я вспыхнула. На что он намекает? Словно мне не безразлично, что именно произошло между ними? Просто интересно. Особенно после того, как я увидела Амалию. Не удивлена, что в нее влюбились и Адам, и Мэйсон.
– Я думал тебе рассказать, – дразнящим тоном сказал Адам. – Но побоялся, что это покажется тебе странным. Мы же просто коллеги, да? Незачем грузить друг друга историями из личной жизни.
Мы с Адамом столкнулись взглядами, и я едва зубами не заскрипела. Да он издевается?! Адам хотел, чтобы я признала, что мне не все равно? Хорошо, пусть будет так!
– Хорошо. Адам, расскажи, пожалуйста, что случилось между тобой и Амалией?
– Тебе правда интересно?
– Да! – рявкнула я.
Адам, запрокинув голову, рассмеялся, и я, засмотревшись на него, забыла как дышать. Смех Адаму шел, он делал его моложе и стирал печать усталости с его лица. Хорошо бы видеть его таким почаще.
– Ладно, прости, – Адам дотронулся до моей ладони, и я шумно выдохнула. Первым порывом было выдернуть руку, но вместо этого я переплела пальцы с его пальцами.
Это исключительно ради Адама. Сейчас он заговорит о болезненных для него вещах, и я должна оказать ему поддержку. Это никак не связано с моим желанием как можно дольше чувствовать тепло его кожи.
– Теперь я вполне понимаю опасения Амалии, но три года назад ее отказ ранил меня до глубины души, – со вздохом начал Адам. – Мы познакомились на одном из балов, и я сразу увлекся Амалией.
Она недавно овдовела, относила траур и наконец начала выходить в свет. Амалия не сразу ответила на мои ухаживания – прошло несколько месяцев, прежде чем она действительно обратила на меня внимание. Мэйсону повезло еще меньше, но ты знаешь Мэйсона. У него весьма странное представление об ухаживаниях. Сейчас мне стыдно, но в ту пору я почти не думал о чувствах друга. Те несколько месяцев мы с Амалией были безмятежно счастливы.
Я засопела, а потом заставила себя успокоиться. Адам всего лишь описывал мне полную историю. Он вовсе не хотел заставить меня ревновать, правда же?!
– Спустя время Амалия познакомила меня с Эриком. Тогда ему было около семи, и в его глазах я был настоящим героем, ведь я сражался с Порождениями. Эрик хвостиком ходил за мной и переживал, если я пропадал хоть на несколько дней. Все складывалось так хорошо, что я решился сделать Амалии предложение, и она его приняла.
Адам замолчал, будто погрузившись в воспоминания, и я осмелилась подать голос:
– Почему Амалия отменила свадьбу? Из-за мезальянса?
Адам покачал головой.
– Нет, слухи, что ходили вокруг нас, раздражали ее, но не более. У Амалии достаточно крепкое положение в обществе, чтобы позволить себе брак не с аристократом, а Эрик все равно бы унаследовал титул отца. Куда больше ее беспокоила моя работа.
– Работа? – удивилась я.
Адам усмехнулся.
– Боевой маг всегда на службе, даже если у него выходной. А прорывы случаются, когда их меньше всего ждешь. Меня выдергивали с пикников и балов, дня рождения Эрика и даже романтической прогулки. Не обходилось без ранений, и Амалия плакала над каждой царапиной. Однажды Порождение приземлилось на мою ногу и раскрошило мне кости. Я неделю провел в госпитале, и каждый день Амалия приходила ко мне и умоляла сменить работу. Но от этой части жизни я не мог отказаться. Я служил Стокахму и каждый день спасал чужие жизни.
Я прикусила губу и вздохнула, прекрасно понимая обе стороны.
– Последней каплей для Амалии стал Эрик. Он здорово привязался ко мне, как и я к нему. Насмотревшись на меня, он и сам начал мечтать о карьере боевого мага, а каждое мое ранение – даже пустяковое – заставляло его всерьез переживать.
Картинка наконец-то начала складываться.
– Получается, Амалия отменила свадьбу ради сына? – тихо произнесла я.
– Она решила, что так будет лучше, – кивнул Адам. – Что нам нужно расстаться, а не просто отменить свадьбу. Еще Амалия попросила какое-то время не бывать в ее доме, чтобы Эрик смог забыть меня.
– Не похоже, что это помогло… – пробормотала я. – И как… ты?
– Поначалу я был раздавлен. Но со временем понял, что все к лучшему. Мы с Амалией слишком разные. Она порхает по жизни в погоне за удовольствиями, я же не люблю сидеть без дела.
Когда он закончил, в карете повисла тишина.
– Спасибо за откровенность! – тихо сказала я. – Я бы ответила тебе своей историей, но сам знаешь – у меня с этим проблемы.
– Будет здорово, если ты окажешься просто не замужем, – совершенно серьезно сказал Адам, и у меня перехватило дыхание.
Остаток дороги мы с Адамом молчали. После обсуждения настолько личных вещей оставаться наедине в тесной карете было невыносимо… Мои губы пощипывало, и я отвернулась к окну в попытке забыть о присутствии Адама. Бесполезно! Я чувствовала его каждой клеточкой тела, а аромат его кожи словно осел на обивке сидений, шторках и мне самой.
Когда карета остановилась возле здания Агентства, я быстро выскочила наружу и взбежала по ступенькам. Охранный контур признал во мне обитательницу дома, и дверь живо распахнулась, пропуская меня внутрь.
Холл встретил меня тишиной, и я насторожилась. Малыш не встретил меня, и это с большой вероятностью означало, что у нас гости. Ну и или он перестал проходить через дверные проемы, что, кстати, тоже вполне возможно.
