Впереди в шахматном порядке стояли бетонные блоки, частично перекрывавшие путь. Ворт носился туда-сюда, сканируя пространство. Когда он остановился и отчитался, что все в порядке, мы уже почти миновали ограждение из блоков — и вот тут-то на моих пантер внезапно напала эта черная тварь.
После того как мы сразили уродца и я убрал светокри в карман, я отчитал ворта за невнимательность, внеся ему в базу эту сигнатуру.
— Надеюсь, других новых монстров тут нет, а то ведь железяка их прошляпит, — вслух проворчал я и отозвал часть своей свиты, оставил только питона и пантер: они умели передвигаться, не издавая лишнего шума.
«Вообще, странный это был монстр. Сам хилый, но вот его живая броня… Да уж, доставила она нам проблем! Может, образцы взять? Вдруг кто-нибудь сможет их изучить?» — размышлял я, медленно продвигаясь вперед, пока ворт разведывал территорию.
Мы шли осторожно, постоянно высматривая черных уродцев, а комплекс зданий между тем потихоньку приближался. Я мало где бывал во вратах, поэтому сравнить его с другими, как и понять принадлежность, не мог, но эти строения точно не относились к лабораторному комплексу. Здания с узкими вертикальными окнами, песочного цвета, — и потому, на фоне серой пустоши, что раскинулась вокруг, их было хорошо видно: очень уж они выделялись.
В городе я тоже ничего подобного не видел.
Черных уродцев нам больше не повстречалось, и мы добрались до комплекса без происшествий.
Обойдя первое здание по кругу, я не обнаружил входа. Весьма странно…
Пришлось проверять каждое строение — в поисках любого намека на дверь. Обойдя все, я все же обнаружил вход.
Самое маленькое сооружение, стоящее обособленно. Сперва я вообще принял его за какую-ту будку. Дверь была металлическая, раздвижная, со стандартной панелью замка. Я приложил ладонь, панель моргнула зеленым, и дверь со скрипом отъехала в сторону.
Я заглянул. На стенах тускло горели лампы, освещая пыльные ступени, которые уводили вниз. Поддавшись любопытству, я пустил перед собой пантеру и стал спускаться.
Внизу оказался длинный коридор, дойдя до конца которого, я увидел железные ворота.
Отыскав панель замка, я без страха приложил к ней ладонь. На потолке загорелся желтый проблесковый маячок, по коридору разнесся одиночный звук сирены. Ворота зашипели и стали медленно открываться.
Когда створки с грохотом остановились, я пустил ворта вперед — на разведку — и призвал на всякий случай одного муравья.
Передо мной лежала глубокая пещера, и почему-то все тут показалось мне знакомым, как будто я уже видел это место или что-то, очень на него похожее, но, стоило мне попытаться сосредоточиться на возникшем ощущении дежавю, как виски кольнуло.
В этот момент пришло сообщение от ворта, что впереди нет признаков жизни.
Потерев виски, я направился в глубь узкого прохода. На стенах горели желтые лампы и тянулось невероятное количество проводов.
Дойдя до конца, я снова испытал это чувство, когда передо мной открылся подземный город с каменными домами и строениями, выдолбленными в стенах. «Целый подземный мир! Работает освещение… Но почему тут так тихо?» — задал я себе вопрос.
Пустив перед собой пантеру, я отправил дальше ворта в режиме разведки прочесывать местность и стал спускаться по широкой лестнице.
Во мне боролись два чувства: желание исследовать это место — и огромная тяга повернуть назад.
Едва я сошел с последней ступени и остановился перед площадью, как от ворта пришел сигнал о том, что он кого-то обнаружил. Определив направление, я на ходу призвал еще одного муравья и дракона — и поспешил к моему роботу.
Возле ворта я оглядел улицу. Надо же! Не сразу заметил, как по стене одного из домов сползает полусфера из черной смолы. Еще один уродец, только этот гораздо больше предыдущего. Муравьи побежали вперед и, остановившись на дистанции, с которой можно атаковать, запустили в тварь облако кислоты. Черный уродец тут же задымился и каплей стек по стене. Немного уменьшившись в размерах, его тело начало менять форму, превращаясь в шипастую многоножку.
Трансформация закончилась за считаные секунды, и он тут же помчался на своих обидчиков. Муравьи дали еще один залп. Уродец, теряя свою живую броню, на ходу оставлял за собой черные кляксы. Я пошел на хитрость: как только тварь добежала до муравьев, я их отозвал и послал в атаку дракона.
Муравьи растворились в воздухе (их мне терять не хотелось: их кислота, как показала практика, отлично разъедала броню уродцев). Черный, потеряв цель, ненадолго замер, — и в этот момент его схватил в зубы дракон. Он мутузил тварь о бетонное покрытие улицы, но та резко отрастила длинные шипы по всему телу — и они пробили голову дракона в нескольких местах. Пришло время мне вступить в схватку.
Пока тварь, извиваясь, пыталась вылезти из пасти дракона, я успел сократить дистанцию и рубануть клинком. Как только лезвие нашло серую сердцевину, черный тут же затих.
Дракон исчез, и по бетонным плитам стала растекаться черная смола. Рассматривая сморщенную серую картофелину, я обнаружил нарост, внутри которого было зерно. «Я что, смогу это призвать?» — мелькнула мысль, пока я рассматривал стандартный кристалл эволюции у себя на ладони. Глядя на новую золотую иконку, которую показывал мне нейро, я понимал, что мне немного страшновато. В конце концов, пересилив себя, я призвал его.
Увы, монстр появился без живой брони: передо мной на бетон шлепнулась серая картофелина, которая заскрежетала и задергалась, лежа на одном месте.
— Без этой черной смолы от тебя никакого толку, — сказал я, глядя на это непонятное чудо.
Брезгливо взял его на руки. Он сразу же затих. Повертев его, я заметил, что тварь своими отростками тянется к черной смоле. Внимательно наблюдая, я положил ее на черное пятно. Смола тут же окутала моего нового бойца. В целях эксперимента я отдал ему приказ принять форму пантеры. Смола начала растекаться, затем трансформировалась в нечто на четырех лапах. Пантеру это напоминало лишь отдаленно.
— М-да, подражатель из тебя неважный, — обратился я к новичку.
Посмотрев на это корявое подобие пантеры, я отозвал тварь, и смола тут же начала растекаться по бетону.
— Так я и думал! Тебя нельзя отзывать и призывать с броней… и нафиг ты мне такой красивый сдался? — озвучил я свои мысли.
Когда иконка снова загорелась золотым, я снова призвал «картофелину» и отдал приказ принять форму многоножки, что атаковала моих муравьев. С этой формой у него не возникло проблем. «Надо бы какую-нибудь емкость для его брони найти. Уж очень монстр необычный, жаль будет выбрасывать», — размышлял я, ощупывая пальцами смолу.
Она оказалась мягкой и слегка липла к пальцам, но по приказу «картофелина» могла моментально сделать ее очень твердой.
Пока я изучал своего нового питомца, ворт уже успел осмотреть улицу впереди и найти еще одного уродца. Мы медленным шагом направились туда.
Тварь я заметил сразу: она прилипла к углу на стене одного из домов.
— Ну, картофелина, твой выход.
С этими словами я отправил его в атаку.
Черный засеменил многочисленными лапками и, подобравшись вплотную к своему собрату, присосался к нему. Уродец на стене сперва дернулся, но тут же затих. Дальше произошло то, чего я не ожидал: броня погибшего перетекла и слилась с броней моего нового бойца. Оставив лежать сморщенный одинокий трупик, сам он тут же увеличился в размерах.
«Надо найти емкость! Наверняка он тут не один такой прошедший линьку», — подумал я, доставая светокри из серого трупика, — и решил проверить близстоящие здания на предмет поисков подходящего хранилища для живой брони.
В первом доме сперва обнаружилась лишь пыльная мебель. Диван, стол, кровать… Складывалась ощущение, что тут жили обыкновенные люди… ровно до того момента, пока я не обнаружил скелет.
При его внимательном осмотре ко мне быстро пришло понимание, что это не человек: слишком большой и удлиненный череп, тонкие кости тела, большие глазницы и маленькая челюсть. Осознание, кому принадлежали эти кости, проскочило в голове вспышкой молнии: «Это мутант! Он как Малек!» — взорвалось в моей голове.
