– А не скучно? – Я потянулась и зевнула, не открывая рта.
– Если мне станет скучно, займусь обучением бездарей, желающих пройти Испытание. В глупцах недостатка не бывает.
– И вам не хотелось бы, чтобы вас кто-нибудь любил? Заботился?
– Зачем?
– Все мечтают об этом.
– Неправильная мечта.
– А какая правильная?
– Любить самому.
– Рэут, – помявшись, спросила я, – скажите, вы ничего не слышали о парне, который приводил к вам учеников за процент?
– И как его зовут?
– Жук.
Рэут внимательно посмотрел на меня:
– Зачем он тебе?
– Мы сдружились. – Я покраснела.
– Нет, я ничего не слышал о нём. А тебе надо бы поменьше думать о парнях.
Я уже пожалела, что спросила Рэута о Жуке, когда старик взял меня за руку, заглянул в глаза и сказал:
– Знаешь, Дная, я верю, что ты вскоре разберёшься со всеми загадками, со всеми проблемами. И вот тогда у тебя будет время для любви. Потерпи ещё немного, ладно? Я обещаю тебе, всё будет хорошо.
Взгляд Рэута был таким спокойным, таким умиротворяющим, я погружалась в него всё глубже. Больше не было сил бороться со сном. Рэут осторожно взял чашку из моих рук, принёс плед и укрыл меня. Кресло тут же превратилось в удобную кровать. Но прежде чем превращение закончилось, я уже спала. Чувствуя сквозь сон, как старик осторожно проводит кончиками пальцев по рисунку на моём лбу, и ветвь, готовая обжечь меня новой потерей, успокаивается, замирает.
– Магия – отличная штука, – именно этими словами разбудил меня утром Рэут, – но некоторые повседневные радости значительно приятнее. Ванна готова.
Нежась в тёплой воде, я думала о том, что было бы всё-таки неплохо напроситься к Рэуту в ученицы. Пусть он хоть три шкуры с меня спустит, лишь бы вот так иногда по вечерам сидеть в уютных креслах и встречать утро в тёплой ванне. Неожиданно вода, в которой я плескалась, стала ледяной, и я с визгом выскочила из неё. Как я могла забыть о скверном характере Рэута? Нет, ни за какие коврижки не соглашусь быть его ученицей!
– Ты долго, – буркнул старый маг, встречая меня в гостиной.
– Спасибо, что поторопили.
Рэут усмехнулся.
– Я кое-что приготовил для тебя, – сказал он, указав на стол.
Там лежала стопка бумаг и стояла плотно закупоренная банка. Рядом с банкой скакал птенец ворона.
– Что внутри? – Банка мне почему-то не нравилась.
– Ты, конечно же, знаешь истории о том, что многие маги твоего племени не могут успокоиться и после смерти. Бродят по дорогам мёртвые, пугая всех на своём пути.
– Да, слышала.
– Это всего лишь обычные трупы. Рано или поздно время стирает их в пыль. Но есть один бродячий маг, который не только поборол смерть, но и стал её слугой.
– Приходящий в сумерках? – Я едва подавила желание плюнуть на пол, как это делают крестьяне, отгоняя нечисть.
– Слышала о нём?
– Любимая сказка бродячих магов. Думаю, они выдумали её, чтобы запугивать тех, кто не оказал им должного внимания.
– Возможно, кто-то и в самом деле использует эту историю в подобных целях, но поверь мне, Дная, Приходящий в сумерках на самом деле существует. Взгляни. – Рэут указал мне на банку.
Я подошла к столу и, внимательно посмотрев сквозь стекло, увидела в банке глаз. Глаз без сомнения был живой, и я отражалась в его зеленоватой глубине.
– Это глаз Приходящего в сумерках. Как видишь, этот маг живёт не просто вечно – он способен существовать по частям.
– Теперь он видел меня?
– Возможно. Впрочем, так или иначе тебе всё равно нужно его найти.
– Я ещё не сошла с ума, чтобы искать Приходящего в сумерках.
– Значит, придётся сойти.
– Зачем мне это?
Рэут набросил на банку платок. Воронёнок тут же сдёрнул его обратно и начал выплясывать вокруг банки, стуча клювом по стеклу. Глаз таращился на птицу весьма осмысленно. Больше он, впрочем, ничего не мог.
– Затем, что ты ищешь способ вернуть брата.
– Хорошо, тогда зачем это вам?
– Профессиональный интерес.
– Не верю.
– Хочу тебе помочь.
– Тоже не верю.
Старик закашлял или рассмеялся – я не поняла.
– Хорошо, у меня есть личный интерес, но называть тебе его я не намерен. Довольна?
– Почти. Рэут, почему бы нам не договориться не лгать друг другу?
– Ну хотя бы потому, что я не сдержу данного слова.
– Ну хоть теперь вы говорите правду.
– Прекрати мне выкать, чувствую себя стариком.
Я рассмеялась и взяла со стола бумаги.
Через полчаса я убедилась, что в них нет ничего интересного. Все листы содержали описания случаев встречи с Приходящим в сумерках. Все случаи были похожи один на другой, разницу составляли лишь немногие мелочи.
– Я не понимаю… – сказала я наконец.
– Чего именно?
– Как и положено бродячему магу, Приходящий в сумерках путешествует по дорогам. Вечером он стучится в дом. Его впускают. Но потом всех, кто был в доме, находят мёртвыми. Если бы он наказывал тех, кто не пустил его в дом, было бы понятно и логично, но почему Приходящий карает тех, кто выполнил обычай?
– То есть он противоречит образу бродячего мага?
– Да.
– Отлично. Но в этих бумагах нет главного. Приходящий в сумерках посещает только те дома, где была совершена несправедливость или преступление по отношению к бродячим магам.
Раздался звон стекла. Воронёнок наконец уронил банку и спихнул крышку, глаз выкатился на стол, затем свалился на пол со странным громким стуком. Воронёнок лихо спикировал за ним и клюнул его. И… и глаз разлетелся на множество мелких осколков.
– Стекло? – удивлённо воскликнула я.
Рэут поднял один из кусочков, и тот растаял у него в руках.
– Лёд. Это очень забавно, спасибо, Энат.
– Ты назвал воронёнка именем короля Тёмных?
– Почему бы нет, – улыбнулся Рэут, – ему подходит.
– Где мне искать Приходящего в сумерках? Как узнать, где он объявится в следующий раз? Несправедливости в этом мире много.
Рэут достал из ящика стола серебряные щипчики, осторожно взял самый большой осколок глаза и поднёс его к лицу. Некоторое время старик смотрел через него на свет, потом сказал:
– Приходящий в сумерках сейчас где-то у Замка Седых земель.
– Что?! – в ужасе воскликнула я. – Мне нужно туда как можно скорее! – и заметалась по комнате. – Но мне не успеть!!!
– Я помогу. Успокойся, ты окажешься там быстрее Приходящего, обещаю.
Я стояла у замкового рва, боясь сделать первый шаг по мосту. Оказалось, что возвращаться домой гораздо труднее, чем уходить. Но, сделав этот шаг, я уже легко пошла вперёд. Бродячему магу покорны все пути. Преграда, как всегда, была лишь в моей голове.
Вначале мне показалось, что я опоздала, и Приходящий в сумерках уже побывал в Замке Седых земель – так тихо и пусто было вокруг. Потом на пути мне попалась кормилица. Увидев меня, она уронила корзину с хлебом, которую несла, и бросилась обнимать и целовать меня. Корзина опрокинулась, хлеб вывалился в грязь.
– Ты вернулась, ты наконец-то вернулась. – Старуха плакала и смеялась одновременно. – А я-то думала, ты пропала бесследно. Думала, лежишь где-то на дороге мёртвая. Прости, Дная, что обманула тебя. Я надеялась, что ты вернёшься и всё будет по-прежнему. О, боги, да ты теперь бродячий маг.
Кормилица что-то говорила и говорила, цепляясь за меня. А потом посмотрела на ветвь на моём лбу и заплакала.
– Ветвь поредела, – прошептала она, и в её голосе было столько боли, что мне захотелось завыть. – И выглядишь ты…
– Как бродяга. – Моя мать стояла на балконе и смотрела вниз. Она сильно постарела. Её некогда белая, точно прозрачная кожа стала серой, глаза ввалились, вокруг них легли тёмные круги. – Ты же знаешь, Дная, я не люблю бродяг.
– Ты отказываешь мне в гостеприимстве? – спросила я жёстко и тут же возненавидела себя за это. Рядом с матерью я снова почувствовала себя виноватой, как всегда.
