[Примечание: подобных аномалий в базе данных не зафиксировано]
Запредельная концентрация и катастрофический уровень угрозы. Ну, просто прекрасно.
Как можно закрыть эту трещину?
[Анализ возможностей…]
[Вариант 1: улучшение навыка «Закрытие разломов» до максимального уровня]
[Текущий уровень навыка: 3]
[Требуемый уровень навыка: 10]
[Вариант 2: получение навыка «Управление хаосом»]
[Статус: заблокирован]
[Условие разблокировки: достижение 40 уровня]
[Текущий уровень: 16]
[Текущий опыт: 2732/1700]
[На данный момент повышение уровня невозможно из-за несоблюдения условий]
[Процесс восстановления магических каналов завершён на 77%]
Черт, тут в любом случае придётся очень быстро прокачиваться.
А я даже прошлый уровень не успел нормально получить. После того случая в столовой с пожирателями каналы снова перегрелись. А потом всевозможные специалисты ФСМБ захотели попасть в моё пространственное хранилище. Из-за чего я толком не спал со вчерашнего дня.
Каждые несколько часов открывал проход, впускал очередную группу исследователей, потом выпускал, потом снова открывал для пополнения воздуха. Каналы ныли от постоянной нагрузки, а голова гудела от недосыпа даже сейчас.
И вот теперь это…
От трещины в небе исходил холод. Словно температура вокруг резко упала градусов на десять, не меньше.
— Поехали, — сказал я матери.
— Куда? — обернулась она. Ещё не отошла от шока после увиденного.
— Ближе к этой трещине. Вон там она свисает ближе к земле, — указал я.
— Л-ладно, — пробормотала она.
Минут через тридцать мы вышли из машины в центре города. Здесь я мог получше рассмотреть аномалию.
Трещина нависала над крышами домов. Вблизи она выглядела ещё страшнее: не просто разрыв в небе, а зияющая рана в самой ткани реальности. Края её дрожали, словно пространство вокруг не могло определиться, существует оно или нет.
Система, анализ аномалии. Ещё раз. Может, сможешь ещё что узнать.
[Анализ…]
[Текущий объём выброса энергии хаоса: 2.7 тераджоулей в час]
[Прогноз: при сохранении текущей интенсивности — полная дестабилизация пространственной структуры планеты]
[Расчётное время до критической точки: 300 дней]
[Последствия: неконтролируемое открытие разломов по всей поверхности Земли]
Это откровение меня ужаснуло… У людей осталось не так много времени!
[Внимание: обнаружено критическое отклонение…]
[Зафиксировано изменение в основной программе]
[События категории «Предотвращение» начали происходить раньше расчётного срока]
[Первоначальный прогноз появления разрыва: 2847 дней]
[Фактическое появление: сейчас]
[Отклонение: 2547 дней]
[Причина ускорения: неизвестна]
[Рекомендация: срочное повышение уровня для получения навыка «Управление хаосом»]
— Глеб? — голос матери вырвал меня из размышлений. Наверное, со стороны казалось, что я просто застыл на месте. — Ты в порядке?
— В порядке, — соврал я.
Хотя на самом деле думал, как сообщить о подобной угрозе Крылову. Вот приду я и скажу, что до конечной точки осталось 300 дней… А он спросит: как я это понял? Про Систему говорить не могу, а значит и ответа у меня не будет. Нужно найти иное объяснение. Хотя в голову ничего не лезло.
Я проследил взглядом за потоками чёрной энергии. Они не просто рассеивались в воздухе, а стекали вниз, к земле, расползались по улицам. И некоторые струйки целенаправленно двигались к людям.
Чуть поодаль, у входа в метро, стоял мужчина в деловом костюме. Чёрная дымка коснулась его спины, просочилась сквозь одежду…
[Обнаружено внедрение энергии хаоса]
[Цель: неизвестный мужчина, маг ранга С]
[Статус: начальная стадия обращения]
— Вот чёрт… — прошептал я.
Об этом уже точно молчать нельзя! Правительство и ФСМБ должны понимать реальную угрозу.
— Что? — мать проследила за моим взглядом. — Что такое?
— Энергия хаоса вселяется в магов. Превращает их в приспешников Учителя.
Мать побледнела ещё сильнее. Видимо, не ожидала такого поворота. Да никто не ожидал.
— Прямо здесь? На улице? — выпучила она глаза.
— Везде, где достанет эта дрянь.
Я спешно достал телефон и набрал Дружинина.
— Глеб Викторович? — голос куратора был напряжённым. — Вы видите, что творится?
— Вижу. И это ещё не всё! Энергия из трещины вселяется в магов, я прямо сейчас это увидел. Нужно срочно эвакуировать всех одарённых из зоны поражения.
— Понял. Передам руководству. Разберёмся!
Только я убрал телефон, как к нам подошёл военный. Молодой лейтенант в зимней форме.
— Граждане, здесь нельзя находиться, — отчеканил он. — Район оцепляется. Прошу вас немедленно покинуть зону.
Я молча достал удостоверение оперативника ФСМБ и показал ему.
Лейтенант прищурился, вчитываясь в текст. Потом его глаза расширились.
— Так вы тот самый? — он явно узнал мою фамилию. — Афанасьев?
— Тот самый, — кивнул я.
— Может, сможете эту штуку убрать? — в его голосе прозвучала надежда.
— Всё не так просто, — я покачал головой.
Если бы я мог просто взять и закрыть эту трещину, то уже бы это сделал. Но мой текущий уровень и навыки не позволяли даже приблизиться к такой задаче. Это было всё равно что пытаться потушить лесной пожар стаканом воды.
— Поехали, — вдруг сказала мать.
— Куда? — я приготовился к тому, что она попросит отвезти её домой. Или в какое-нибудь безопасное место. Было бы логично, ведь она учёный, а не боец.
— В исследовательский центр ФСМБ. Я помогу тем студентам. И… и всем остальным тоже.
Не ожидал такого. Значит, ей и правда не безразличны судьбы других людей.
— А как же твои проекты? Работа? — уточнил я.
Она достала телефон и начала набирать номер.
— Михаил Александрович, это Анна Евгеньевна. Моя помощь требуется ФСМБ, и на работу я в ближайшее время не выйду… Да, понимаю последствия. Всего доброго, — проговорила она.
Она сбросила звонок и посмотрела на меня.
— Мне уже всё равно, что я потеряю работу, — сказала она. — После того, что я увидела… приоритеты как-то сами собой расставились. И ещё твоего отца попрошу вернуться из командировки в срочном порядке. Думаю, он нам поможет.
— Спасибо, — я сказал это искренне.
— Наш долг — помочь человечеству выжить в этой войне, — она слабо улыбнулась. — К тому же… ты мой сын. Даже если меня ненавидишь.
Я не стал отвечать на это. Не знал, что сказать. Ненависть? Нет, пожалуй, не ненависть. Скорее… пустота. Отсутствие чего-либо на том месте, где должны быть чувства к матери.
Может, когда-нибудь это изменится. Может, нет. Но сейчас это было неважно.
— Поехали, — сказал я.
Исследовательский центр ФСМБ располагался в центре Москвы, недалеко от основного корпуса. Он представлял собой огромный комплекс зданий за высоким забором с колючей проволокой. Охрана на входе, камеры наблюдения, магические контуры защиты.
На КПП я показал удостоверение. Охранник долго вчитывался в документ, потом сверился с каким-то списком на планшете.
— Афанасьев Глеб Викторович, оперативник S-класса, — прочитал он вслух. — Проходите. А это с вами?
— Моя мать. Афанасьева Анна Евгеньевна. Она будет работать с вашими учёными.
Охранник нахмурился, но спорить не стал. Видимо, моё имя открывало многие двери. Уже неплохой результат. Я таки получил влияние, которое хотел.
Мы прошли через проходную и направились к главному зданию. Внутри него царила деловая суета: люди в белых халатах сновали по коридорам, где-то гудело оборудование, из-за закрытых дверей доносились приглушённые голоса.
Кабинет начальника центра находился на третьем этаже. Секретарша проводила нас внутрь без лишних вопросов: видимо, охранник с проходной передал, и меня уже ждали.
