— Наоборот, мама рассказывала, что у нас это может быть даже сильнее, — вздохнула Сахаринка, — Мирмеции — коллективные существа по природе, но у каждой из нас есть стремление к индивидуальности. Это создаёт внутренний конфликт. Особенно у таких, как Перчинка, — она перебирала пальцами одной руки по колену, — Она всегда была самой… независимой из нас. Всегда хотела идти своим путём. Вафелька больше интересовалась боевыми искусствами и защитой семьи. Я — организацией и поддержанием порядка. А Перчинка… она всегда хотела знать больше, докопаться до сути вещей.
— Любопытство — не порок, — заметила Настя, — Если бы не оно, науки не было бы.
— Но иногда оно может завести слишком далеко, — тихо ответила Сахаринка, — Особенно когда речь идёт о Бездне. Вы не понимаете… — она помедлила, словно подбирая слова, — мы, мирмеции, особенно восприимчивы к определённым вещам. Это связано с нашей природой, с тем, как мы были созданы. Богиня Лилия использовала элементы Бездны при нашем создании. Мы больше подвержены её влиянию.
— Ты думаешь, что Перчинка могла попасть под влияние Бездны? — нахмурилась Эмми, — Но разве коллективный разум мирмеций не защищает вас от влияния… всякого нехорошего?
— Обычно да, — кивнула Сахаринка, — Но Перчинка так долго отсутствовала… А без постоянного контакта с семьей защита может ослабевать.
Настя задумчиво прикусила губу.
— Если ты права, тем более важно, чтобы Костя узнал об этом как можно скорее. Он единственный, кто действительно понимает, как работает Бездна.
— Я думаю, — начала Эмми, но её прервал отдалённый, но отчётливый звук — глубокий, вибрирующий гудок, похожий на рёв мифического зверя.
— Это… — начала Сахаринка, её антенны напряглись.
— Дребезг! — воскликнула Настя, подскакивая, — Костя приехал!
Все трое замерли на мгновение, а затем бросились к окну. С верхнего этажа тренировочного зала открывался вид на парадный въезд в поместье Безумовых. И действительно, через главные ворота медленно въезжал тот самый монстромобиль Кости, на котором они с Айсштиль уехали месяц назад.
— Он не один, — заметила Сахаринка, указывая своей нижней правой рукой на вторую машину позади Дребезга, — Это что-то новенькое. Кто это с ним?
— Понятия не имею, — пробормотала Настя, и в её голосе сквозило напряжение, — Это не похоже ни на один из наших монстромобилей. И уж точно не похоже на стандартный транспорт.
— Может, кто-то из Истребителей? — предположила Эмми, — Или кто-то из Научного Бюро? Может Костя к ним по дороге заскочил?
— У них другие модели, — покачала головой Настя, — Это что-то… необычное. Почти как Дребезг, но… другое. Более элегантное.
— В любом случае погнали! Чего время терять? — решительно сказала Сахаринка, хлопнув во все четыре ладони, — Кристина Валерьевна наверняка уже у входа.
— Надеюсь, ей хватит такта не затискивать Костю до смерти, — заметила Эмми, поправляя блузку, — Хотя… я бы на её месте именно так и поступила.
Она с улыбкой взвесила на ладонях свою огромную грудь, заставив слегка покраснеть Сахаринку.
— Мама именно так и сделает, — Настя направилась к двери, — Поэтому нам стоит поспешить, чтобы хотя бы поприветствовать его до начала Больших Маминых Обнимашек, которые мы все так любим…
Они быстро покинули тренировочный зал и направились к парадной лестнице. По пути им попались несколько слуг, которые торопливо бежали в том же направлении. Явно привлечённые прибытием хозяина дома.
— Весь особняк уже на ногах, — заметила Эмми, — Боюсь, Костю ждёт настоящий допрос третьей степени.
— Он это заслужил, — ухмыльнулась Настя, но по её голосу было понятно, что она не злится по-настоящему, — Пропасть на целый месяц без единой весточки… Он должен был знать, как мы будем волноваться.
— Уверена, у него была веская причина, — попыталась успокоить её Сахаринка, — Папа не из тех, кто исчезает просто так.
— Именно это и тревожит, — тихо сказала Настя, замедляя шаг, — Что могло случиться серьёзного, чтобы он не смог даже сообщить, что жив?
— Мы скоро узнаем, — Эмми взяла её за руку, — Главное, что он вернулся. Остальное… разберёмся.
Они остановились у верха парадной лестницы, глядя вниз, где уже толпились домочадцы. Кристина Валерьевна стояла в центре холла, величественная, но с милой улыбкой, в элегантном тёмно-красном платье. Рядом с ней суетился Никодим, примчавшийся аж с самой алхимической фабрики. Под нос он бормотал что-то о «срочных вопросах производства» и «мутировавшем мыле». Стоявший рядом Вольдемар удивленно косился на нервного старика и морщил нос от резкого химического запаха. Никодим был с ног до головы пропитан теми еще ароматами…
Здесь также находилось несколько десятком мирмеций и слуг.
— Настя, — вдруг тихо сказала Эмми, — я… немного нервничаю.
— Ты? — удивилась Настя, — С каких пор ты нервничаешь из-за встречи с Костей?
— Не знаю, — призналась Эмми, и её щёки слегка покраснели, — Просто… это был долгий месяц. Я так часто представляла, как он вернётся, что теперь, когда это действительно происходит…
— Понимаю, — Настя сжала её руку, — Я тоже.
— А вдруг он нас забыл? Или… — глаза Эмми округлились от испуга, — Вдруг Костя теперь не Костя, а кто-то другой?
— Эмми, — Настя закатила глаза, — Ну это уже перебор! Ещё скажи, что он начнет топить за отвязные тусы и рейв-вечеринки до самого утра…
Сахаринка наблюдала за их обменом репликами с лёгкой улыбкой.
— Вы обе выглядите так, будто вот-вот упадёте в обморок, — заметила она, — Сколько драматизма! А ведь пять минут назад вы катались голыми по полу тренировочного зала.
— Эй, потише! — возмутилась Эмми, — Это был эпический магический поединок!
— И мы были в образе, — добавила Настя, но не смогла сдержать смех, — Боже, мы ведём себя как школьницы.
— А разве мы не школьницы? — поддела Эмми, — По крайней мере, по меркам древних богов.
Их перепалку прервал звук открывающейся парадной двери. Кристина Валерьевна открыла створки и махнула рукой, приглашая всех на выход.
— Ну, — Настя сделала глубокий вдох, — пора встречать блудного княжича.
Глава 11
Возвращение домой
Особняк приближался с каждой секундой, а я все отчетливее ощущал легкое волнение. Все-таки месяц отсутствия — немалый срок для семьи, особенно для такой… своеобразной, как моя. Но сейчас, находясь в теле Вильды, я беспокоился по совсем другому поводу. Одно дело — объяснять, где я пропадал месяц. И совсем другое — объяснять, почему я вернулся в теле волкодевочки, а моё собственное тело заняла древняя богиня ночных желаний.
— Так, — я притормозил и начал смещаться на обочину. После чего коснулся кнопки динамика, связываясь с Зеркалой, — Нам нужно обсудить план действий. Девчонки, пересаживайтесь к нам.
Никталия, расположившаяся на переднем сиденье, взволнованно взглянула на меня.
Вскоре две другие пассажирки присоединились к нам. Айсштиль, находящаяся в теле Никталии, лишь холодно приподняла бровь. Вильда в теле Айси заметно нервничала, поглядывая то на меня, то на Айси.
— Вольдемар прислал мне сообщение, — продолжил я, — Он пишет, что были нарушения периметра безопасности особняка.
— Это плохо? — спросила Никталия.
— Очень, — кивнул я, — Если были нарушения, значит, в особняке могут быть подслушивающие устройства, шпионы или что похуже. А если враги рода узнают, что мы поменялись телами…
— … они воспользуются нашей уязвимостью, — закончила Айсштиль, — Очевидный вывод.
— Именно, — подтвердил я, — Поэтому предлагаю сохранить наше состояние в тайне. По крайней мере, пока я не выращу новые кристаллы для обратного обмена.
— То есть… — Никталия с тревогой посмотрела на меня, — ты хочешь, чтобы я продолжала притворяться тобой? Перед всей твоей семьей?
— Боюсь, другого выхода нет, — я попытался улыбнуться, но получилось не очень. В теле Вильды мои привычные выражения лица выглядели… странно, — Я буду помогать тебе через мысленную связь.
