Её глаза блеснули:
— Не боитесь, что я передам ваши слова своему дяде?
— Разве похоже, что я боюсь вас или вашего дяди? — подмигнул я.
Стоя рядом с ней, я прекрасно понимал, что именно для неё устроили это представление с орденом, дабы выделить меня и наше общение не ударило по её репутации. Она пришла сюда хищницей, чтобы просто взять добычу. Но я не добыча и сейчас Анастасия начинает это понимать.
— Мне кажется вы ничего не боитесь, — милым голосом сказала она, а затем картинно ахнула: — А ведь вокруг происходят столь ужасные вещи. Я наслышана об ужасно несправедливом задержании Николая Морозова и вашей матери по ложному обвинению. Кто мог пойти на такое?
— Кто бы это ни был, он сильно пожалеет, — холодно сказал я.
Анастасия прекрасно знала, что эта тема мне неприятна и таким образом решила вновь перехватить инициативу. Это был не просто светский разговор, это была настоящая словесная дуэль. И мой соперник был чертовски в этом хорош.
— Как же хорошо, что Роман Юсупов взял на себя смелость удостовериться в обстоятельствах произошедшего и помог следователям быстро исправить страшную ошибку, — изображала она встревоженность, рассказывая об этом.
Было забавно, учитывая, что за всем этим стою я. Мои долгие и сложные инструкции сработали в точности так, как я задумывал, и следующая фраза Анастасии это подтвердила:
— Говорят, что он очень обеспокоен чрезмерной увлечённостью его отца борьбой с неким молодым бароном, — кокетливо подмигнула она мне. — Именно поэтому Роман решил проверить лично виновность наследника Морозовых, пока их газеты не сели в лужу, как это было с делом Карамзина.
Ух. Да она всерьёз на меня нацелилась. Эти ненужные уточнения предназначаются явно для меня, вернее для моего самолюбия. Что же, наличие племянницы самого Императора в моих фанатках — весьма и весьма недурно. Но нужно быть предельно осторожным, чтобы не обидеть её, иначе вместо фанатки, я могу получить мстительную, обиженную девушку с дядей-Императором.
Впрочем, есть отличный способ узнать о том, насколько силён её интерес ко мне.
— Анастасия Николаевна, позвольте пригласить вас на танец? — протянул я ей руку, чуть поклонившись.
— Конечно, Даниил Александрович, — попыталась нейтрально ответить она, но дрогнувший вверх уголок губ выдал её с потрохами.
* * *
Алиса Распутина в изящной маске лисицы весь вечер старательно пыталась не смотреть на Даниила, находящегося в обществе Анастасии Романовой. Да ещё это показательное награждение.
Все как-будто с ума посходили от этого Уварова, — мысленно возмущалась она.
— Откуда в тебе эта тяга к бунту? — тихо спросил Распутин, подойдя к дочери.
Он проследил за её взглядом и увидел Даниила Уварова, кружащего в танце племянницу самого Императора.
— Когда Уваров был безродным выскочкой, то ты хвостом за ним увивалась, а как только он стал бароном и основал свой род — ты стала его сторониться как огня, — холодно произнёс он.
— Ничего я не увивалась! — в сердцах бросила она, ревностно смотря на бессовестно шикарное платье Анастасии, которым она слишком уж сильно прижималась к Даниилу, который был незаконно прекрасен в этом новом белоснежном костюме.
— Хорошо, хорошо, — позволил себе ухмыльнуться отец. — А сейчас-то что?
— Ты и сам прекрасно знаешь, — задрала она аккуратный носик.
— Позволь объясниться, — властно приказал он.
И тогда Алиса повернулась и яростно посмотрела прямо ему в глаза. Ревность, злость и обида взяли в ней верх и она выпалила:
— Можешь не притворяться, я знаю, что ты с Уваровым договорился о нашей с ним свадьбе. И про приданное миллионное знаю. Вот только фиг вам, а не свадьба. Мне надоело, что за меня везде и всё решают. Я не товар!
Несколько гостей, стоящих неподалёку от них удивлённо обернулись, услышав её громкий голос.
Распутин побагровел, крепко схватил дочь за руку, отчего та ойкнула, и силой отвёл в сторону, подальше от чужих глаз.
— Во-первых, я хочу знать какого чёрта ты подслушиваешь мои разговоры с гостями, — яростно процедил он, не отпуская мёртвой хватки на её руке. — А во-вторых, откуда ты, дура, выдумала эту чушь⁈ Я обсуждал с Уваровым инвестиции в твой проект с рекламными экранами в транспорте и миллион — это деньги, которые я планирую вложить в вашу фирму.
— Вы… вы обсуждали работу? — с глазами, полными ужаса, пролепетала она.
— Конечно работу, — презрительно выплюнул Распутин и, отбросив руку дочери в сторону, молча ушёл обратно в главный зал.
Алиса на ватных ногах медленно пошла в ту же сторону. Каждый шаг в роскошных туфлях на огромных шпильках, которые она специально одела, чтобы произвести впечатление на Даниила, давался ей с огромным трудом. Она вновь взглянула, как племянница Императора, прижавшись к Даниилу, кружится в танце. На лице Анастасии была очаровательная улыбка, но Алису было не провести, она знала: это улыбка охотницы, которая поймала свою добычу и уже не отпустит.
— Алиса, какая же ты… — тихо произнесла она себе под нос, понимая, что Даниил не упустит представившейся ему возможности.
Она знала, что он метит на самый верх. А что может быть выше, чем императорская семья? Что она, Алиса Распутина может противопоставить молодой и очаровательной племяннице Императора?
* * *
Весь вечер я ловил на себе множество взглядов. И в этом не было ничего удивительного, учитывая речь Меньшикова и то, что представительница правящей династии внезапно стала моей спутницей.
Словно по мановению волшебной палочки, рядом со мной вновь и вновь оказывались аристократы, желающие выразить мне своё почтение. Внезапно оказалось, что всем им прекрасно известно кто я такой, что они давно следят за моим бизнесом и мечтают посотрудничать.
Ну-ну, какая неожиданность.
Впрочем, я не дурак, чтобы воротить нос от подобной возможности. Мне прекрасно понятно, как устроен этот мир и что всё здесь держится на связях и статусе, так что такое паломничество ко мне — лишь показатель моего высокого положения в здешнем обществе.
Краем глаза я заметил, как официанты тоже постоянно переговаривались, поглядывая в мою сторону. Вроде как, это тоже были представители низших ветвей аристократических родов, которые работали на Меньшикова за огромные деньги.
— Хотят ваш автограф или фото, — презрительно фыркнула Анастасия, видя как я смотрю на официантов. — Ведут себя, словно простолюдины.
— Знаете, в своё первое появление в высшем свете я был одет в костюм официанта, — ностальгически улыбнулся я, вспоминая то, как ещё недавно пробирался на приём в картинной галерее, чтобы поговорить с Васнецовым. Наш спор с Хвалынским и череду последовавших за ним событий.
— Какой кошмар, — хихикнула Анастасия. — Ну у вас и шуточки, Даниил Александрович.
Но в этой короткой фразе я почувствовал незримое пренебрежение к людям, ниже её по статусу. Причём она скрывала эти эмоции за безупречной улыбкой и манерами, отчего было лишь хуже.
— Да, я тот ещё шутник, — поддержал я её слова и, подмигнув, направился к перешёптывающимся официантам.
Они, заметив моё движение в их сторону, тут же вытянулись по струнке, гордо подняв голову. Но глаза выдавали испуг — они думают, что я буду устраивать скандал. И тут они правы, скандала сегодня не избежать, вот только они к нему не будут иметь отношения.
— Привет! Может сфоткаемся? — весело спросил я.
Глаза официантов округлились, но они продолжали стоять в стойке. А затем осторожно переглянулись между собой, словно спрашивая «ты тоже это слышал?».
— Ну нет, так нет, — пожал я плечами и развернулся.
— Пожалуйста, постойте, — раздался голос сзади и я улыбнулся.
Один из парней достал свой телефон и все принялись по очереди позировать вместе со мной. Они расслабились и позволили себе улыбаться и дурачиться. Осуждающие взгляды уже никого не смущали, пока не раздался вежливый женский голос:
