— Таковы традиции в Бриоле, разве нет, ваше светлое высочество? — спросил Максимилиан уже у меня.
— В моей семье есть такая обязательная традиция, — согласилась я, будучи безмерно благодарной Владыке. Я упоминала об этом ритуале в нашу первую встречу на озере. Не знала, что он запомнит и даже прочитает подробнее о нём. — Более того, я уже рассказывала о ней Элаю, и он согласился на её исполнение.
— Да, отец, — тут же поддержал меня младший принц. — Я вымолю разрешение у богов.
Разумеется, не вымолит. Я едва не подпрыгнула в радостном предвкушении. Его величество спас меня. В который раз!
— Три месяца, — вновь повторил Фауджи и оглянулся на советника Шейгроса. — Мы успеваем до того, как действие помолвочных браслетов закончится?
— Магия помолвочных браслетов действует три месяца, ваше светлое величество, а последнее полнолуние будет двадцать пятого числа первого месяца весны, у нас будет почти неделя до окончания действия браслета, чтобы успеть сыграть свадьбу.
О нет, неделя… и почему полнолуние не в последний день месяца? Внутри меня пылал пожар, но я старалась, чтобы на лице никаких эмоций не отразилось — лишь лёгкая радость и безмятежность. Это было невероятно тяжело, когда меня всю словно разрывала на части тысяча драксов.
— Прекрасно, — хмыкнул Фауджи, как-то недружелюбно глянув на раманского короля, — тогда слушайте мою волю. Свадьбу его светлого высочества Элая Вантегроса и её светлого высочества Купавы Даорг назначить на последний день первого месяца весны. Да будет так!
Трижды ударили посохом о пол, гости вновь начали рукоплескать, а затем к нам с Элаем потянулась вереница желающих поздравить. Но в этой череде я не нашла тех, с кем особенно хотела поговорить — Максимилиана и… герцога Фамира Церга.
Я отчётливо поняла: здесь я теряю драгоценное время. Нужно искать Церга, пока он не покинул границы Авероса. Тут его можно поймать хотя бы властью Элая, если за него не вступится сам король или наследник — что, впрочем, вряд ли. Они не будут подставляться и не встанут на его сторону, даже если хорошо заплатили ему или пообещали какую-то услугу.
Скорее всего, герцог попытается сбежать в другое королевство — в Бриоль после такого он не сунется. Уверена, уже уезжая оттуда, он всё продумал, вывез свои богатства. Положение в обществе, земли, титул — всё это не так важно, ведь Бриоль — небольшое государство, и главный наш ресурс — деньги. И в связи с потенциальным крахом Бриоля из-за потери пыльцы предательство Фамира Церга можно понять… понять, но не принять.
Нужно связаться с отцом, и как можно быстрее. Следует определить, куда именно Фамир Церг вывез имущество — такие состояния не так просто переправить, потребовалось бы значительное количество времени. Он готовил всё заранее, ожидал возможности. Значит, ему пообещали титул и благоустройство где-нибудь вне Авероса. Он мог купить себе титул, но предпочёл предать меня.
Это говорит о многом. За что же он мстит мне? Мне или отцу? Я пыталась вспомнить, что связывало родителей, но так и не смогла.
— Купава, о чём ты думаешь? — спросил Элай. — Мысленно ты не здесь.
Как будто возможно быть мысленно здесь после произошедшего. Эта помолвка — ужасный фарс, который я мечтаю разорвать.
— Ты сможешь приказать остановить карету, выезжающую за город, по особым приметам путешественников? — уточнила я, и Элай, на секунду заколебавшись, кивнул. — Полагаю, тот, кто надел мне этот браслет, уже на пути к портальным аркам. Нужно остановить Фамира Церга и Малику. Быть может, они ещё не покинули столицу.
Элай включился быстро.
— Если даже покинули, их встретят у портальных арок. Тогда я немедленно отдам соответствующие приказы.
— А как же гости?
— Мы помолвленные влюблённые, нас поймут, — хмыкнул принц и собирался извиниться перед подошедшей к нам парой, но я моментально узнала второго посла Бриоля и его супругу.
Состав делегации был небольшим, отец мне прислал список заранее, пока я ещё была в Рамании — подобные вещи утверждаются как минимум за пару недель.
— Ваше высочество, — мужчина и его спутница поклонились, — рад приветствовать. Позвольте поздравить вас с Новым годом и помолвкой. Пусть для нас это и оказалось некоей неожиданность…
— Не для всех, — отозвалась я, опустив взгляд, чтобы посол не увидел блеснувшей злости. — Оставим формальности на потом. Барон Айринг, давно ли вы видели его светлость Фамира Церга?
— Его светлость… — растерянно повторил мужчина и оглядел зал, немного побледнев, — около двух часов назад, мы с супругой обсуждали наряд дочери его светлости.
Целых два часа… Это очень много. За это время он уже мог покинуть столицу.
— Купава, — Элай дотронулся до моего локтя, оглядевшись, — не здесь. Выйдем. Мы привлекаем слишком много внимания.
Элай прав — тут я не могла не согласиться. Мы покинули бальную залу, продолжая принимать поздравления, но всё же неукоснительно следуя к выходу. Когда мы оказались в холле, я смогла вздохнуть спокойно, но ненадолго — за нами буквально вылетел Максимилиан и без предупреждения подхватил меня под локоть. Никто, в том числе и я, даже возразить не успел, как Владыка Малоземья быстро увлёк меня по лестнице вверх, буквально втянув в антикамеру, откуда мы более трёх часов назад спускались в зал.
Сейчас здесь никого не было, лишь наглухо запахнутые шторы. Но Владыка создал вокруг нас ещё и звукоизоляционный купол, а затем навис надо мной, переместив руки на мои плечи, словно желал хорошенько встряхнуть. Я несколько испуганно смотрела на взбешённого как тысяча драксов Максимилиана Раманского с вытянутым зрачком и таким полыхающим взглядом, будто этот огонь вот-вот перекинется на меня.
— Какого дракса, Купава⁈ — зарычал он.
Не так я рассчитывала начать наш разговор, совсем не так…
— Не кричите на меня, ваше величество.
— Не кричать? — прищурился мужчина. — Придумай хоть одну причину, почему я должен быть сейчас спокоен⁈ От меня ты отказалась, а за этого мальчишку согласна выйти замуж?
Я открыла рот. Это всё, что он хотел мне сказать? Не о том, что любит меня, что желает на мне жениться, а о том, что я предпочла другого? Сердце затопила грусть. Признаюсь, когда он увлёк меня сюда, на мгновение, на короткое мгновение я вообразила, будто Максимилиан Раманский любит меня. Схватит, поцелует, признается в чувствах и скажет, что это он должен на мне жениться.
Но, видимо, этот сценарий не про меня…
— Вы злитесь из-за уязвлённых гордости и самолюбия? — потрясённо спросила я и всё-таки выпустила ревность наружу: — Вы сами провели вечер подле другой — той, что так идеально вам подходит! Разговаривали с ней с вашими чарующими интонациями, обнимали, танцевали, дарили комплименты…
— Я пытался вызвать твою ревность, — отчеканил Максимилиан, и мои щёки вспыхнули. Я приоткрыла рот. Не ожидала такой откровенности от Владыки. А он продолжал с горькой усмешкой: — Иначе как заставить тебя оглядеться и понять, что ты на самом деле испытываешь ко мне? Ты ведёшь себя как ребёнок, не желаешь признавать своих чувств, вместо этого твердишь, как тебе подходит Элай, какая вы чудесная пара. И что я вижу — ты помолвлена с ним! Казалось бы, ожидаемо после твоих слов, но я точно знаю, что это не то, что тебе нужно. Поэтому спрошу ещё раз: какого дракса, Купава, ты помолвлена с другим?
Какой же он красивый… Я вдруг выпала из того, что он говорил, залюбовавшись мужчиной. Он сказал — с другим? Так говорят только в том случае, если под первым подразумевают себя. Но признавать свою вину отказывалась, лишь произнесла уже мягче и куда чувственнее:
— Вы тоже твердили, что видите рядом с собой покладистую, не создающую проблем, спокойную жену, которая не будет мешать вам, и что же? Почему вы сейчас здесь, а не подле неё?
— Приму этот вопрос за риторический.
— Вы уходите от ответа? Или же признаёте, что всем своим поведением показывали мне, что я вам не нужна? Я вижу Айрис, вижу, что она многократно лучше меня. Она вам подходит, она такая, какой её описывал Илиас, когда сообщал о вашей идеальной второй невесте. Даже лучше…
