Хотя, там есть еще парочка пунктов, которые Леонид не мог не прочитать. Всё же бывают разные ситуации, и если я могу справиться с любой болезнью, то это не всегда происходит мгновенно. А ведь мне нельзя в это время забывать о своей безопасности, и безопасности моего Рода.
Немного поблуждав по длинным коридорам внутри корабля, вскоре мы остановились у защищенной металлической двери, около которой дежурили двое молчаливых и очень мощных бойцов. Они молча разошлись в стороны и, введя специальный код, открыли дверь, а мы спокойно зашли внутрь.
По пути Леонид не проронил ни слова. Впрочем, я и не пытался расспрашивать его о пациенте. Все равно проще узнать всё при встрече с ним. Но когда я вошел в комнату, вопросы всё же появились.
Комнатка небольшая, но если верить ощущениям, даже в случае массированной бомбардировки тут будет кромешная тишина. Здесь есть отдельная система жизнеобеспечения, десятки артефактов усиливают и без того прочные стены капсулы. А еще они сдерживают магический фон, что постоянно стремиться вырваться наружу.
По центру комнаты я увидел молодую темноволосую девушку в инвалидном кресле. Довольно симпатичная, на вид лет двадцать пять, ну, может тридцать от силы, но тело болезненно худощавое и бледная кожа, даже практически белая, а сквозь нее просвечивают голубые вены.
Но болезненный вид — это нормально. Особенно, когда у тебя из груди торчат двенадцать обломанных копий. Каждое из этих копий излучает проклятую силу, причем такой мощи, что ощутить её смог бы даже неодаренный. Ощутить и получить проклятье.
Копья довольно интересные, и их еще только предстоит изучить. Но здесь есть кое-что куда интереснее…
— Она нечасто приходит в сознание. И в последние годы я неделями жду у ее постели, чтобы услышать от нее хоть пару слов, — проговорил Леонид. Видно, насколько тяжело ему видеть свою дочь в подобном состоянии. И как дико для него осознавать, что он бессилен.
Очень знакомое чувство. Я испытал его в тот день, когда лишился всех дорогих мне людей. Мой Орден был уничтожен, а я мог лишь наблюдать за этим, не в силах что-либо исправить. В такие моменты понимаешь, что всемогущим быть невозможно. Всегда останется хоть какая-то слабость.
— А вот это у вас откуда? — указал я на артефакт, закрепленный ровно над сердцем девушки.
Непростой артефакт. Очень непростой. И стоить такой может даже не целое состояние. Миллиарды? Сотни миллиардов? Даже близко не представляю. Но на цену действительно плевать, ведь самое интересное в нем… Этот артефакт сделан в Ордене Иерофанта. Ошибки быть не может, я всегда узнаю почерк своего Ордена и его мастеров.
— Купил, — развел руками Леонид и, заметив, как я поменялся в лице, тяжело вздохнул. — Ты сможешь помочь? А то, судя по твоему виду, ты не очень оптимистичен. Я готов отдать все контракты, только помоги ей! Чтобы хоть как-то облегчить страдания…
Я же стоял и молча разглядывал этот артефакт. Да, без него она давно умерла бы, но далеко не сразу после ранения. Копья и не должны были ее убивать, их цель — приносить страдания и вытягивать душу из тела, не оставляя жертве и шанса на спасение. Но всё равно, рано или поздно, смерть должна была прийти, если бы не наш артефакт. Он-то и позволил дожить ей до этих дней и, по моим прикидкам, продержался бы еще несколько лет.
Пока я изучал творение своего Ордена, Леонид вкратце поведал мне историю, как его дочь оказалась в такой ужасной ситуации. Это произошло несколько лет назад во время войны с персами. Прежний правитель Персии, Ксеркс, напал неожиданно, и сразу ударил самым мощным отрядом по Спарте. Он понимал, что Греция будет не так опасна без этой Корпорации, и потому решил устранить ее, в первую очередь, одной быстрой и мощной атакой. В ту ночь погибло немало спартанцев, но они с честью отстояли свою землю. А в это время со всего мира подтягивалось всё больше отрядов, и в какой-то момент персов смогли откинуть.
Вот только, во время сражения, в дом Леонида смог пробраться специальный отряд сильных Одаренных, вооруженных лучшими артефактами. И пока мужчина отбивался от них, они успели ранить его дочь. Она, к слову, тоже довольно сильный боец, вот только враг понимал, что просто так Леонида не одолеть. Совсем другое дело — как-то задеть его, чтобы он обезумел, и начал предпринимать необдуманные решения.
Дочь была смертельно ранена, после чего на ней и использовали эти копья. И она осталась где-то между жизнью и смертью, погруженная в невыносимые страдания. Проклятья терзают и тело, и душу, заставляют раз за разом переживать кошмары, затмевают разум, и Леонид видел все эти страдания.
Как и предполагал Ксеркс, глава Корпорации в тот день действительно обезумел. Но Император не мог предположить, к чему это приведет. Леонид не стал бросать свою армию на верную смерть, и вместо этого сам бросился в самоубийственную атаку, которая закончилась смертью Ксеркса.
В тот день мужчина пожалел совсем юного Ксерокса, ведь убивать детей, пусть они и наследники престола, расходится с понятием чести гордого спартанца.
Пока Леонид рассказывал увлекательную историю, я немного разобрался с артефактами, и понял суть проблемы. Да уж, дела даже хуже, чем показалось мне в первый момент.
Эти копья просто так не достать. Было бы слишком просто, а так в моей жизни не бывает. Вынул их, залечил раны, и получай оплату. Но нет, копья созданы в другом мире, и это тоже недешевый одноразовый артефакт.
И вот, судя по услышанному, мне почему-то кажется, будто две страны сошлись в схватке не в этом мире. Словно воевали там, на той стороне портала.
На всякий случай, я просканировал Леонида, и убедился, что он родился не в сопряженном мире. Хотя, будь он иномирцем, это ничего не поменяло бы, просто мне было интересно.
— Ладно, я начал понимать, что с ней, — я перебил Леонида. — И нет, все контракты мне не нужны, достаточно будет и одного. В нем же прописано, что один контракт равен одной спасенной жизни, значит так и будет!
Не люблю отходить от своих же правил. Контракты с магами земли соблюдаются неукоснительно, ведь я выполняю все свои обязательства, и требую от них того же. Это нормально, ведь если хоть раз допустишь слабость, к тебе уже не будет такого доверия. А слухи имеют свойство расползаться с огромной скоростью.
Леонид молча кивнул в ответ, а я достал телефон и позвонил Черномору. Вика пока еще спит, и нет никакого смысла будить ее. Просто предупредил старика, что буду занят некоторое время, и стоит привести гвардию в боевую готовность. Усилить патрули, отправить разведчиков, и взять под контроль небо. Я не знаю, нападут ли на нас, но во время моего отсутствия подобные меры необходимы.
— Михаил, — Леонид терпеливо дождался, пока я закончу разговор. — Если нужно, я могу предоставить полную защиту на время лечения, ты только скажи.
— Если честно, защита бы не помешала, — признался я. — Лечение займет, минимум, три дня, и в это время я не смогу защищать свое графство. Да и мне самому нужна будет защита, так как я буду… — попытался подобрать слова, но даже не знаю, как описать это состояние. Мне придется взять на себя эти проклятия, и справиться с ними самостоятельно. И это не считая поддержки организма девушки. — В общем, я буду тут медитировать.
— Можешь не сомневаться, я предоставлю надежную защиту, — не раздумывая ответил Леонид, и сразу же развернулся на месте, выйдя из комнаты.
Вот нравится он мне. Сказал — и сразу сделал, без лишних проблем и размышлений. Я тоже сразу принялся к выполнению своей работы. Голуби уже сообщили, что мощный отряд личной гвардии Леонида отправился в сторону замка, в разные стороны отправились разведывательные беспилотники, и через пару часов вокруг замка будет такая охрана, с которой сможет справиться, разве что, целое государство. Уже успел заметить, что Леонид в личную гвардию слабаков не берет. Каждый член экипажа этого корабля Одаренный рангом не ниже третьего.
Эти три дня будут действительно тяжелыми, и что самое главное, мне нельзя прерывать свою работу. Закрыл глаза и сконцентрировал энергию, чтобы соединиться с энергетической составляющей девушки. Смешно будет, если Вика заревнует, и накроет вуалью смерти этот корабль. Хм… а почему я вообще об этом задумываюсь?
