"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Войтенко Алекс

Милена обернулась и предполагала, что встретится с полным надменности и циничности взглядом, но в глазах Элгора было сочувствие.

Может ей показалось?

— Пошли, — бронар вернулся к ней, грубо взяв за талию переставил в сторону, чтобы пройти вперёд.

— Спасибо, — прошептала она и двинулась за ним, когда мужчина подал знак головой.

Шерга лишь ухмыльнулся, глядя как они вдвоём прошли через залу и вышли на улицу. Морозный день пробрал её тело до костей моментально. Она всё никак не могла понять, как местные могут ходить раздетые в такую погоду и словно холод не брал никого из них.

— Вон там, — Элгор показал на башню, к которой примыкало крыло домашних и харна, — есть лестница, видишь?

— С галереи? — Милена только что её заметила.

— Можно выйти на втором этаже, и пройти по проходу, спуститься там, чтобы миновать основной зал, — пояснил бронар. — Это чтобы домашним было удобнее.

— Спасибо, — кивнула девушка и улыбнулась.

Элгор задержал на ней свой полный невообразимой тоски взгляд, потом пожал плечами, развернулся и ушёл.

Это была тоска? Она не ошиблась? Милену передёрнуло. И она решила, что из комнаты лучше не выходить.

Вечером серые собрались, как всегда открытой части своего крыла, они болтали, тихо пели песни. Белая ведьма сидела в уголочке и вязала второй носок, который пока получался лучше, чем первый.

— А где Хэла? — спросила Сола, которая было видно, очень скучала по чёрной ведьме.

— У ферана наверное, — пожала плечами Оань.

— Она в Адире, — ответила Милена не отрываясь от вязания.

Все вдруг замолчали и белая ведьма подняла глаза от своего занятия и увидела, что все девушки смотрят на неё с нескрываемым интересом.

— Я просто сегодня искала её днём и мне Э… — он осеклась и покраснела, — достопочтенный бронар сказал, что феран с Хэлой в Адире.

Они все переглянулись между собой и кто улыбнулся, кто захихикал.

— В Адире ведь открытая водень? — спросила Сола. — Красиво там, наверное. Я никогда не видела водень. Никакую.

Тут уже захихикали все.

— Да, Хэла полюбуется, — кивнула Куна и повела бровями. — Чем ещё заняться?

— Что? — надулась Сола.

— Нет, всё хорошо, — покачала головой серая и усмехнулась.

Дальше было ещё много шуточек, которые были адресованы конфликту Солы с водой и её непониманию природы отношений между мужчиной и женщиной.

Девочка в итоге расстроилась и ушла в свою комнату, которую сейчас делила с немногословной Йорнарией. За Солой потихоньку разошлись все остальные серые.

— Лорана, — спросила Милена, указывая на стены в комнате, которую они делили, — а кто рисовал эти цветы?

— Так Хэла, — ответила та, словно это было очевидно. — Она как попала сюда, так через какое-то время сказала, что скучно тут и даже не знаю, что это такое, ну чем она рисовала, но вот. Красиво.

— Да, на хризантемы похожи, — сказала белая ведьма. — Прости, тебе со мной, наверное скучно. С Хэлой было веселее…

— Хэла, — улыбнулась девушка, — ночами лазила наверх, на башню. Вечерами часто сидела в зале, не за столами, а около окон, пела себе под нос, как попала сюда, а мы песни её услышали и она нам петь стала, а мы с ней сидеть. Найте очень нравилось, всё время просила её “спой-спой”. А потом мы все спать, а она на башню уходила. Кажется она вообще не спала, лунь наверное, или может спала, но очень мало.

Лорана склонила голову, хмыкнула и легла спать, пожелав Миле добрых снов.

Но сны у белой ведьмы были тяжёлыми, тянущими её обратно домой. Снилась семья. Снился Колька, который её хоронил. Один. А мама и Марина не пришли даже, только было убеждение, что они в один голос сказали, что так ей и надо.

Милена проснулась в холодном поту, когда уже наступило утро.

Первое, что стряслось в завтрак, было то, что потеряли Тёрка. Он исчез и никто не знал куда, даже у Милены спросили, когда она последний раз видела мужчину.

Потом появилась Хэла. Чёрная ведьма была в приподнятом настроении, но нахмурилась, когда ей сказали, что Тёрк пропал, видимо хотела с ним пойти на прогулку с харагами, но в итоге поймала кого-то из воинов и на какое-то время исчезла.

Милена хотела поговорить с женщиной, когда она вернётся, но в итоге не успела Хэла прийти, как её позвали к ферану.

А потом начался какой-то невообразимый хаос смешанный с ужасом.

Дом загудел. Для белой это было похоже как медленно доходивший звук, такой пугающий, нарастающий, как гром, как гул от летящих самолётов.

Милена вязала, сидя на скамье, и видела, как нахмуренный Мирган вышел из дома, позвал нескольких людей и отправился куда-то в город. Никто не придал этому значения, но когда он вернулся…

Белая ведьма ощутила как внутри него разрастается невообразимых размеров ярость, как пожар в лесу. А потом поползли тени. Сначала за Мирганом в дом, потом назад, когда он вышел.

И с площади прибежала бледная напуганная девчушка из домашних. Она была сама не своя, что-то рассказала одной девушке, та другой, и кошмарный звук, полный страха, накрыл весь дом.

Наконец под этот нестерпимый гул, из дома вышли феран, Брок и Хэла. Белая ведьма видела, как за женщиной тянется непроницаемая, густая, та самая, живая тьма, которую девушка видела уже. Происходило что-то жуткое, что-то пугающее. Но никто ничего толком не знал.

У Милены с трудом получалось унять дрожь в теле.

Серые сели в зале, домашние слуги напряглись и тоже замерли в ожидании. Через какое-то время из дома вышел Элгор и отправился туда же, куда ушли все, и казалось, что они там все сгинут в безызвестности.

Но потом под стражей в одну из башней провели Гента, серые боязливо переглянулись между собой, а у Лораны случилась истерика. Милена увидела, как в дом вернулись феран, Элгор и Мирган. Все трое были хмурыми, отчуждёнными. Хэлы и Брока с ними не было.

А потом стало известно, что произошло.

Услышав об этом, Милена села на скамью и заплакала. Она устала плакать и дала себе слово держаться, но осознание того зла, что было совсем рядом, такое невероятно осязаемое, имеющее вполне нормальное, на первый взгляд, лицо, сразило девушку, ударило, свалило и подняться не было сил.

— Смотрите, девочки, — проговорила Куна, кивая на красивую статную женщину, пересекающую двор дома.

— Красивая какая, — восторженно отозвалась Донна.

— Это сестра достопочтенного ферана, — сказала Грета. — Я видела её однажды. Она деток без родителей оставшихся забирала, когда я попала сюда, тут много кто от горячки умер.

Они все проводили её взглядами, потом из дома вышла Эка и отправилась за ней, в руках у хозяйки был свёрток. Обратно обе женщины вернулись с двумя девочками, одетыми в плащи. Эка что-то сказала им и сестра ферана увела их в дом, а экономка застыла посреди двора и даже на таком расстоянии, Милена ощущала боль и гнев женщины, которые не сдерживали никакие расстояния, окна, стены.

— Представляешь, что я слышала, — буркнула одна из домашних другой. — Достопочтенный бронар против казни

— Да, конечно, что ты от такого как он хочешь, — ответила ей другая, потом она опомнилась и оглянулась на Милену.

В этот момент белая ведьма осознала, что сидит одна. Серые разбрелись по своим комнатам. Домашние тоже почти все разошлись. Даже при таком потрясении, жизнь не остановилась и двигалась дальше.

Ведьма встала и на непослушных ногах пошла в комнату. Там была Карлина, которая гладила по спине рыдающую Лорану.

— Мила, я могу тебя попросить, принести немного отвара с кухни? — спросила у ведьмы серая. Лорана на это что-то протестное промычала. — Завтра казнь, — пояснила Карлина, — и домашние сказали, что Гента тоже могут казнить.

— За что? — прошептала Милена, чувствуя как страх скручивает внутренности. Ей нравился Гент, он был приятным, открытым и кажется искренне любил Лорану.

Карлина лишь пожала плечами и снова стала успокаивать пуще прежнего зарыдавшую Лорану.

Милена отправилась на другую часть дома. Когда вышла из прохода с витражом, почему-то ощутила присутствие Роара, как тогда, когда очнулась после забытья. Она невольно перевела взгляд на дверь, что вела в сторону покоев митара, но там никого не было. Да и конечно — Роар был очень далеко, а ей бы сейчас так отчаянно хотелось, чтобы он её обнял, прижаться, погреться, почувствовать его близость, ощутить нежность…