Коротко, как приучили, я пересказала все, что смогла узнать. Полковник Линн Амирайо смотрела на меня озабоченно, и мне передавалось ее беспокойство. Начиналось все с призрака — как было легко.
— Что, по-вашему, здесь может быть?
— Не знаю, — полковник поднялась и неспешно прошла по кабинету. Я с завистью смотрела через камеру на ее великолепную для ее возраста фигуру и то, как эффектно оттеняет смуглую кожу белоснежная форма. Из всего управления полковник была единственной, кто эту форму носил, но сегодня мне что-то подсказывало — она ждет вызов в министерство. — Если экзорцист уверяет, что разлом закрыт, так и есть, разве что он сам занят тем, что на досуге вызывает из тьмы разных демонов.
Я не выдержала и рассмеялась. Всякое может быть, но это к дрянным кино, где образ злодея с большой буквы стал обязательным с тех пор, как массовый зритель разучился делать собственные выводы о сюжете и персонажах.
— Я запрошу информацию. Сразу перешлю тебе, какой бы она ни была.
Полковник нахмурилась, я помрачнела.
— Меган… — она посмотрела на меня так, что я предпочла отвернуться от камеры, только бы не поддерживать разговор.
От него все равно не уйти, почему бы не дать себе пару секунд.
— Керриг… тяжелая территория. Давно ли они отказались от притязаний на независимость?
— С экономикой не поспоришь, — пожала плечами я, стараясь оставаться равнодушной. — Не самый доходный туристический центр. Местные жители, впрочем, довольны, а князь, возможно, что нет.
Я смотрела, как океан слизывает мелкую гальку. По кроме воды прохаживалась толстая чайка, искоса поглядывая на меня.
— В Керриге мало богатых туристов, — полковника наш разговор нервировал. Я подозревала, что инициатива была не ее, но спорить с ней не получится, если я не хочу другую беседу… я не хотела. Все дело в том, что сообщение Кристиана пришло перед началом сезона. Князь Ланарт — его сын — я, к которой будет меньше претензий в силу моего высокого положения — призраки — деньги. Кто чье прикрытие? — Так, низший средний класс, он непритязателен, был бы холодный океан, голый пляж, еда, выпивка и какая-то крыша над головой. Но они же, к сожалению, если что, станут массовыми жертвами. Средний класс и богачи никогда не сунутся рассматривать, что же там появилось, куда ушло море, не станут подбираться ближе к дымящемуся вулкану.
— Дай? — крикнула чайка, глядя на меня.
И ей от меня что-то надо.
— Ланарты обессилены, чтобы влиять на что-то. Подумай об этом. Деньги, Меган, чаще всего все случается именно из-за них.
Полковник выглядела виновато, и как же это подняло во мне волну собственного чувства вины. Если все сводилось к деньгам, а не к сущности, я была бесполезна. А у Ланартов нет денег. Так в чем же дело?
— Это решение не мое. Там, — и она указала наверх, что должно было означать — я обо всем догадалась правильно, — полагают, что твое появление если и будет воспринято… негостеприимно, то останется на уровне ворчания. Даже если ты выйдешь на экономику.
Я вздохнула еще раз и сделала две вещи: закинула ногу на ногу и пристроила левую руку себе на правое плечо. Полковник удивленно на меня посмотрела, а затем рассмеялась.
— И что я тогда смогу? Я ксенолог, не экономист, не юрист.
— И тем не менее, ты профессионал, — полковник села за стол, подвинула к себе бумаги, начала их перебирать. Пока она что-то искала, я опять перевела взгляд на берег. Так, как я сейчас, чувствует себя стоматолог, когда перед ним истекает кровью жертва автомобильных политравм. Диплом врача, а толку никакого.
— Дай! — очнулась чайка. Впрочем, орала она, наверное, без остановки, только я не слышала ее крик.
Керриг действительно опасная территория. Одна искра, малейшее недовольство, и ее снова охватит мятеж. Будут жечь машины, устраивать взрывы, похищать людей. Условия зыбкого перемирия. Ксенолог, бесполезный там, где замешаны капиталы. Которых нет.
Джастин, в котором кто-то сильно заинтересован, и в его информации.
— Я сделаю вид, что что-то предприняла, — пробормотала я.
— А? — отозвалась полковник. — Если это связано не с сущностью, у министерства появится повод вмешаться.
Я кивнула. Чайка, поняв, что здесь ей ничего не обломится, полетела выпрашивать подачки в другие места.
Камни, бескрайний океан, холмы, озера и снова камни. Низкие облака и пронзительные ветра. Развалины замков, серпантин, осыпи, протяжные песни на незнакомом мне языке.
— Прости, что это оказалась ты, Меган.
Это сужало мои полномочия — но я вдруг четко увидела дальнейший план действий.
— Ничего страшного, я смогу извлечь выгоду.
Полковник рассмеялась, я тоже. Где-то мы с ней понимали друг друга, потому что по сути были похожи. Если бы на ее родине не началась революция и ее мать, супруга одного из принцев маленьких княжеств, не бежала беременная и с двумя детьми, полковник была бы не просто Линн Амирайо. Перед ее именем шли бы несколько титулов, пусть не столь значимых, как мои.
Но на ее родине давно была республика, а сама полковник даже не получила гражданства. Она родилась уже здесь и никогда не была в стране, где никогда не выпадают снега, а на улицах стоит быть осторожным и не подпускать к себе юрких очаровательных обезьян.
Я смотрела на тонкую папку, в которую полковник складывала материалы. Какие есть у меня варианты? С меня не снимают никаких полномочий, мой приезд не объявляют официально. Я усмехнулась: с таким же успехом я могла бы явиться в любую из стран третьего мира на курорт, где лежат на пляже местные граждане потому, что у них нет возможности выехать в другую страну третьего мира. «Вы так похожи на…» — тут мне оставалось бы только кивнуть.
— Я буду ждать информации по разлому, — сказала я и оборвала разговор.
Глава четырнадцатая
— Если кто и скажет, что творилось в этом проклятом месте, то это я.
Руди был весельчаком, и первое, что я узнала — он сводный брат болтушки Энни. Разница в возрасте между ними была лет пятнадцать, и он был так же словоохотлив, как и она.
— Опасаться ли тебе сейчас, что снова все полыхнет? Ха! Спроси меня, я скажу — как оно до сих пор не полыхнуло.
— Вот пугай ее, еще больше пугай, — Энни с демонстративной суровостью насупилась и хлопнула Руди по голове полотенцем, на что тот шутя схватился за лысину и заохал. — Не обращай на него внимания, Мегги, девочка, но слушай. Слава Создателю, что спустя пару лет он одумался и решил заняться вот этим вот пабом.
— Это она про мою работу пожарным, — вздохнул Руди. — Пожаров тут не так и много. Но замок тогда знатно горел. Приехали машины из Кэра и Адерина. Никто не пострадал, только начальник из Кэра сказал, чтобы снесли уже эти развалины. Кто бы это сделал, когда замок стоит на самом разломе, но спроси меня — я бы точно сравнял это все с землей.
— А почему произошел пожар? — спросила я. Говорить мне не особенно хотелось — я растягивала удовольствие, но ростбиф был не бесконечен.
— Да что же тебе натрепали уже, — ужаснулась Энни и села на стул напротив меня. Паб был простенький, уютный, здесь хотелось смеяться от души и пить с друзьями имбирное пиво. — И Руди не слушай, — она противоречила сама себе, — простоял замок и еще простоит, а вот разлом…
— Дался он тебе, — проворчал Руди. — Там сгорело все, конечно, но отец Питер сказал, что никто оттуда не вылез. Может, эти твари и сами бегут от огня, кто же знает.
— А почему загорелось? — я с сожалением проглотила последний кусок, и мое выражение лица заметила Энни. Она поднялась и убежала в сторону кухни, причитая, что нищие аристократы горазды морить голодом всех, кому не посчастливится на них работать.
— Кэп сказал, проводка. Неудивительно, ее провели поверх старого дерева. Кто бы пропитывал его. Да и проводка старая, нагрузки-то стало больше, вот и результат. То ли машинка стиральная, то ли еще что. Одна искра, вот и дело.
Я протянула руку к чашке кофе, и в этот момент появилась Энни с огромным куском вишневого торта.
