Да и ночью звёзд не наблюдалось. А вот сполохи и бурление Хаоса в черноте ночного неба было видно. И достаточно чётко. Мир осколка умирал. На это указывали все признаки. А уж какой туман обрушился в темноте на лагерь, чуть не прорвавшись за частокол…
Игорь такие туманы видел разве что в Лёдном, да на узле Священной Пирамиды, когда хтоны хулиганили. Густая, белая, непрозрачная дымка накрыла всё вокруг. И даже начала затягивать просвет неба над монументом.
Загорелись, разгоняя и рассеивая мглу, знаки Порядка, которые повсюду нарисовал Эрин. Уютно трещали дрова и гудел огонь. Сытная каша с мясом, подсохший, но всё ещё съедобный хлеб, твёрдый сыр… Все это дарило уют и спокойствие.
Почти сразу после еды Игорь почувствовал, как потяжелели веки, и очень скоро начал клевать носом. Не прошло и получаса, как он отпросился спать. Дежурства никто пока не распределял, так что время отдохнуть было.
Под спальным навесом было тепло. На полу мерцал огненно-рыжий символ, напоминавший язык пламени. Опять Растрёпа постаралась, обеспечив обогревом всех спящих. Игорь забрался на лежанку, где ждал его спальник, и почти сразу вырубился.
Снилось ему что-то тревожное, но мало запомнившееся… А проснулся Игорь от рёва, который доносился с окраины лагеря. А ещё в той же стороне звучали голоса Муси и Бизона.
Игорь быстро огляделся. Кроме него, под навесом спали Вера и Эрин. Никого из героической троицы рядом не было.
Пока он выбирался из спальника, рёв донёсся ещё дважды. А когда Игорь вышел, то на мгновение обомлел…
Обнаружено присутствие порождений Хаоса! Хаос смотрит на вас!
По другую сторону частокола очень плотной толпой стояли порождения. Они тыкались в брёвна, искали проход, тянули всевозможные конечности в защищённый периметр… Те, что умели издавать звуки — скулили, рычали, выли, визжали и шипели.
А одно из них время от времени начинало утробно реветь. В принципе, голос был ему под стать: ростом этот монстр вымахал метра под три. Да и характер у этой нечисти оказался очень уж буйный…
Он активно пытался шатать частокол, вцепляясь в него пупырчатыми тентаклями с огромными кулаками на концах. В то время как Растрёпа выпускала по нему какие-то воздушные удары, а Бизон с Мусей азартно комментировали её действия:
— Бей же ему по кокушкам! Ты шо, мне не веришь⁈
— Давай, врежь ему ещё разок!
— Кокушки у всех слабое место, Трёпа! Даже у женщин! Даже если их нет!
— Да просто бей чаще!
Растрёпа стоически игнорировала эти комментарии, продолжая пускать в гиганта снаряды и не давая ему лишний раз лапать частокол.
— Всё, надоели! — решительно объявила она в какой-то момент.
А затем сняла болтомёт и несколько раз выстрелила своей цели в голову.
Порождение ещё разок успело громко рявкнуть, после чего растворилось туманом, уступив место более слабым собратьям.
— О! Игорь! Как тебе ночные гости? — весело осведомился Бизон, указывая рукой на частокол с целым лесом рук и щупалец. — Правда, они лапушки?
— Я бы так не сказал… — хмыкнул Игорь. — Вот были бы они облачками тумана, тогда и стали бы лапушками.
— А какой смысл трогать этих неудачников, друг Игорь? — удивился Муся. — Их тут вокруг, как воды в море. Шо убивай, шо не убивай — совершенно бесполезное занятие! Силы потратишь, а их меньше не станет.
— А вы чего не спите? — сменил тему Игорь.
— Ждём гостей… — улыбнулась Растрёпа.
— Раз порождения уже набежали, то и хтонам должны были донести, что мы тут, — поддержал её Бизон. — И мы надеемся, что эти хтоны страдают любопытством!
— Просто они так давно здесь правят, что просто обязаны узнать, в чём дело, — пояснил Растрёпа слова мужа. — Ты бери в котелке кофе, если выспался! Будем ждать вместе!
Выспавшимся себя Игорь не чувствовал. Но и спать дальше не собирался. Ему тоже было интересно посмотреть на местных правителей, хоть они и мерзкие гады. Поэтому он вернулся под навесы и налил себе чашку кофе, который и принялся пить, разглядывая порождений.
Они уже давно не портили Игорю аппетит. Успел привыкнуть, а если и пугался, то разве что в первый момент. К тому же… Если честно, ему даже интересно было поглазеть на этих чудовищ, раз уж в кои-то веки нет необходимости их быстро-быстро убивать.
Каждое порождение было уникальным. И это было однозначно интереснее, чем однообразный туман, стеной стоявший за частоколом. Вот так, наблюдая за монстрами, кривлявшимися за оградой, Игорь и стал первым, кто заметил гостей.
Он почему-то был уверен, что увидит какую-нибудь семью. Ну или что-то вроде того. И его уверенность оказалась не пустой.
Всего он насчитал семерых хтонов.
Седой мужчина с жёстким волевым лицом. Седая высокая женщина, статью напоминавшая казачку. И пятеро молодых: четверо мужчин и одна девушка.
При этом все они были похожи друг на друга. А значит, видимо, когда-то были семьёй. Выйдя из тумана, они остановились в отдалении и внимательно разглядывали лагерь. Но близко не подходили, соблюдая дистанцию.
Из оружия у них были топоры и луки. И только у отца семейства лук выглядел хоть немного серьёзно. Все остальные — поделки. Максимум, птицу в лесу бить. Игорю, в его броне и с защитными конструктами, эти луки вряд ли могли как-то навредить.
И всё равно, расслабляться раньше времени не стоило. Поэтому Игорь поднял защиту, а затем принёс свой болтомёт, зарядив его и изготовив к стрельбе. Всё это время он продолжал поглядывать на хтонов… И в какой-то момент седой мужчина вдруг резко на него уставился.
Встретившись с ним взглядом, Игорь не стал дёргаться или отводить глаза, а продолжил рассматривать гостя. А хтон, решив, что надо показать силу, скинул с плеча лук, натянул тетиву и пустил в Игоря стрелу.
Та на половине пути стала неожиданно бледнеть, превратившись в хищного вида туманный росчерк. Но Игорь сразу же, как заметил происходящие странности, отпрянул в сторону. Не встретив сопротивления крыши, словно её и не было, стрела ударила в то место, где только что сидел Игорь… И рассыпалась дымкой.
Щелкнул неподалёку болтомёт, и в сторону хтонов полетел ответный подарок. Игорь посмотрел, откуда стреляли, и увидел Растрёпу. Женщина как раз опустила оружие, коснулась горла пальцами левой руки, а потом громко, будто используя мегафон, крикнула:
— Ещё раз стрельнёшь сюда этой дрянью, и умирать будешь долго! Понял, стервец⁈
Болт Растрёпы тоже не попал в хтонов: те успели метнуться в сторону. Седой же хтон и вовсе был на ногах, когда Растрёпа заговорила. Он скривился и сплюнул в траву, услышав её угрозу. Однако ничего не ответил, продолжая молчаливо буравить лагерь взглядом.
— Что-то они неразговорчивые… — заметила Растрёпа.
— Да, кажется, поболтать с ними не получится, — согласился Бизон.
— Ну и шо такого? — удивился Муся. — Зато мы точно знаем, сколько их на узле.
— Это если они все пришли! — возразил Игорь.
— Ой, ну шо ты усложняешь, друг Игорь? — отмахнулся Муся. — Это костяк банды! Я тебе точно говорю! Вырежем их, а остальные разбегутся кто куда.
Хтоны тем временем начали обходить лагерь по кругу. А Растрёпа, Бизон и Муся двинулись их сопровождать со своей стороны частокола. Игорь услышал, как под навесом заворочался Эрин, и на всякий случай его предупредил:
— Тут хтоны припёрлись. Ходят вокруг лагеря, осматриваются…
— А! Тогда пока сижу под навесом! — абсолютно бодрым голосом отозвался нюхач. — Нечего им раньше времени меня видеть. Запомнил место, откуда они появились?
— Ну, только то, где они из тумана вышли! — ответил Игорь. — Кстати, он там поредел, когда они появились.
— Хтоны — тоже люди. Хоть и порченные, — откликнулся Эрин. — Им тоже не нравится в тумане вслепую шататься. Можно же и споткнуться, и на ветку глазом напороться… Дорог-то тут нет…
Смотрины хтонов продолжались ещё минут десять. Они больше не пытались стрелять, но и в разговор по-прежнему не вступали. Хотя им и Растрёпа предлагала поговорить, и Муся, по-своему, пытался вывести их из себя. Причём на всех местных диалектах.
