— Оборотень. — Кивнул ему квестор.
— А сильный? — подключился к разговору второй.
— Ну, я надеюсь, что да. Вот смотрите. — Квестор с лёгкостью подхватил обоих мальчишек и раскрутил.
Ставя мальчиков на землю, Тодеус поймал взгляд Дианы. Женщина с улыбкой наблюдала за ним и детьми. И никакой настороженности или ожидания опасности в этом взгляде не было.
Не смотря на произошедшее, работы не свернули. Наоборот, парни сократили время своих перерывов.
— Когда всё будет готово, возможности использовать стройматериалы для всяких нападений не получится. — Объяснил такое решение Ирвин.
Дядька только успевал их направлять и проверять каждый этап выполнения.
— Смоли жирнее! Чтоб насквозь пропиталась и ни сырость, ни плесень, ни черный мох были не страшны. — Показывал он как именно нужно прокрашивать смолой стропила.
Старый строитель споро водил кистью, не упуская ни одного участка, не смотря на собственные заверения, что силы у него уже ни те, и он может только подсказывать со стороны. "Подсказывал со стороны" он очень деятельно.
— Ну что вы делаете? Бревно класть надо, отступая от внешнего края стены на треть! Чтоб снаружи камнем обложить, когда фронтон будем поднимать, а изнутри утеплить можно было! — учил он вампиров. — Вы глаза не закатывайте! Девицу-то уже вон нашли, а приведёте её куда? В собственный дом, своими руками выстроенный для девочки, всяко сподручнее, чем к папке под крылышко! И вы ж наверняка успели узнать, что она мечтает о домике на берегу озера и в хвойном лесу? Есть у вас там хвойные леса?
Братья Паак сразу ворчать перестали, и стали очень, очень внимательно слушать старика.
— А там что важно? Утеплить! Потому что от воды всегда холоднее. — Учил вампирят внимательный старик. — Там даже крыльцо надо будет делать каменное, а вот покрывать досками, и так, чтобы они были утоплены и не распирались от влаги. Вот будем крыльцо делать, покажу. Иль лишнее?
— Нет-нет, не лишнее! Нам очень нужно. — Заверили улыбающегося старика вампиры.
Осматривая пустые площадки из-под стройматериалов строитель довольно улыбался.
— Эх, нам бы такой стройотряд, да с таким бы темпом работы, да мы бы в два, нет, в три раза больше построили! — провожал он со смешками студентов.
— Может, я вас провожу? — предложил квестор Саманте и Диане с детьми.
— Конечно, квестор. Мы будем вам очень благодарны! — ответила Саманта, не дав Диане начать разговор о том, что квестор, наверное, сильно занят.
— Темно. Страшно. — Взял за руку маму серьёзный Мик.
Поздно вечером, когда единственными светлыми пятнами оставались только фонари, квестор подошёл к забору собственного дома. От забора тут же отделилась сутулая тень.
— Доброй ночи, Зверь! — произнесла эта тень глухим и хриплым голосом, обратившись к квестору по тому прозвищу, которым его называли, когда он ещё воровал в трущобах, чтобы выжить.
Глава 27.
— Смотря для кого, Голос! — спокойно и несколько даже лениво ответил квестор.
Он не просто так, даже для своей должности, спокойно ходил по улицам в любое время дня и ночи. Не боялся сам лезть в самые мрачные норы в трущобах Лоусона, куда ни за что не пустил бы ни одного из своих стражей.
Две заточки, надёжно спрятанные за пряжку ремня. Наградные значки, давно превращённые в небольшие метательные клинки. Да и бить квестор умел так, что после его ударов уже не поднимались.
— Ну, так я к тебе не по работе, Зверь. Я к тебе со словом от круга. — Тень вышла в пятно света от фонаря, превращаясь в мужчину с острым и вытянутым подбородком и носом, напоминающим клюв хищной птицы. — Твой молодняк тронули не мы. Никто из тех, кто ходит под кругом, к этому отношения не имеет.
— А кто? Не просто же так старшие озаботились тем, что аж Голоса ко мне отправили? — хмыкнул Тодеус, наблюдая, как Голос закуривает одну из своих вечных сигарет.
— Во-первых, сцепляться с тобой из-за слишком прытких сопляков никто не будет. А о том, в какое бешенство приходишь ты и твои псы в таких случаях, хорошо известно. — Длинный нос потонул в клубах вонючего дыма. — Круг помнит кровавую резню пятнадцатилетней давности, выданную вами за подавление очага сопротивления. Не больно-то вы тогда соблюдали свой закон. Гильдия до сих пор так и не оправилась, вы тогда положили лучших.
— Если бы это было так, ты бы передо мной не стоял, Кени! — квестор сложил руки на груди.
— Я не лучший, я осторожный. Знаю, когда не стоит брать заказ, а когда и вовсе лучше не высовываться. Закуришь? — протянул он квестору портсигар.
— Нет, как тебя самого-то от этой дряни не выворачивает. — Задумался квестор. — Что-то я не пойму… Раз круг заранее прислал гонца с предупреждением, значит, не просто так не хочет столкновения со стражей. Боятся оказаться между двух огней?
— Ты всегда был головастым! — сверкнул зубами Голос. — Пришлых много. Мутные они. Ни правил, ни понятий. Нанимали одиночек или тех, кто работал в паре-тройке, не больше. Наемники или исчезали, или всплывали кверху брюхом. Заказы перебивают. Схватывают то, что лучше не брать, словно специально, чтобы стражу позлить и втянуть в разборки с нами, ну или отвлечь внимание. Старшие попытались их прижать. Результатами, как понимаешь, не похвастаться. Кто и откуда непонятно, ходят в железных масках.
— Снять пробовали? — тут же спросил квестор.
— А то ж… Самому уже интересно, у них у всех бошки в кашу превращаются или где-то всё же сбоит? — хрипло рассмеялся Голос — Кени. — У вас я так понимаю, тот же результат?
— Да. То, что это чужаки, сильно путает картину. Сложно понять, откуда, кто, какие цели? — размышлял Тодеус. — Думаешь, они могли бы взять заказ Дерка, чтобы отвлечь управление от чего-то серьёзного? Поэтому решили ударить по молодняку.
— А сам-то как считаешь? Только старшим возвращение Зверя да с твоей манерой задавать вопросы ни к чему. Ты лучше скажи, молодняк и дальше на патрули будешь гонять? — задумчиво выпустил струйку дыма в небо Кени.
— Они уже и сами спокойно сидеть не будут. — Улыбнулся своим мыслям квестор.
— Хорошо. Пригляжу тогда. — Вдруг выдал Голос.
— Чего? Тебе-то это зачем? Ты же одиночка! — удивился, и очень сильно удивился Тодеус.
— Ты любишь истории, Зверь? — внимательно посмотрел на старого врага Кени. — Давай расскажу одну. Ночь ведь самое время для историй. Один совершенно мерзкий тип, у которого, как ему казалось не осталось ничего светлого и чистого в душе, да и в существовании самой этой своей души, он сильно сомневался, однажды вдруг узнал, что блошка с которой он обычно проводил время, умерла. Но оставила трёхлетнего сына, который скулил, как побитый щенок, а иногда и просто побитый пьяными клиентами борделя, возле стен того самого борделя. Он просто не знал другого дома и не понимал, почему его больше не пускают вовнутрь. Может подозрения, а может та самая чуйка, что помогала мерзавцу выживать, заставила его забрать пацанёнка к себе. Некоторое время спустя, один вампир, что был ему должен, подтвердил, что заморыш его сын. Мерзавец почему-то решил, что раз уж он подарил ребенку жизнь, то обязан и научить необходимому, чтобы выжить. Наука попала в благодатную почву. Озлобленный зверёныш уже через пару лет с одним ножом укладывал взрослых бугаёв. Ещё через пять взял первый заказ. После того, как он вернулся с уже выполненного заказа, его отец решил, что сделал для парня достаточно. Да и вообще, у парня начался тот возраст, когда уже не любят папу! Дальше он был предоставлен сам себе. Отец лишь так, присматривал краем глаза. А потом… Мелкий помогал одной женщине, та его, сироту, жалела. Подкармливала, дарила рубашки. За что нередко была бита пьяницей мужем. Наш зверёныш однажды увидел, как пьяница в очередной раз учит жену. И вступился. Вскоре, добрая женщина овдовела. И вместо мужа у неё появился сын, причем все соседи были уверены, что это её родной, просто прижитый на стороне от горе-мужа. И она начала учить пацана чему-то совсем непотребному. Ремесло он забросил, а потом и вовсе, с дур ума не иначе, решил поступать в академию Права. И поступил. Угадаешь на какой факультет? То-то, поди удивились некоторые, увидев его в форме стажёра управления. А его мерзавец-отец вдруг подумал, что это он не смог вырваться из грязных трущоб, или не захотел усложнять себе жизнь. Но вдруг парень сможет. Ты же вот смог, квестор?
