Я мог бы сказать это и без всяких процедур, но вежливо улыбнулся и поблагодарил врача:
— Спасибо.
— Могу поинтересоваться, что вызвало столь разрушительный эффект? — спросил тогда доктор.
— Заклинание, — не стал я вдаваться в конкретику.
— На алхимической основе, полагаю? Вероятно, в модификации Братства?
— Именно так, — подтвердил я, изрядно удивленный точностью диагноза. — Как вы узнали?
— Опыт! — в свою очередь не стал раскрывать профессиональных секретов заведующий отделением.
— Какие будут рекомендации? — уточнила Ирина.
— Ничего не меняйте, — посоветовал врач, потом задумался и покачал головой: — Хотя… Внутренняя энергетика достаточно стабильная, если не собираетесь за городские стены, можете понемногу начать уменьшать дозировку лекарств. Только учтите — скоро Лазурное Солнце взойдет, так что без фанатизма. Просто понаблюдайте за эффектом.
— Благодарю за совет, — кивнул я. — Понаблюдаю.
Рекомендация была не лишена смысла, тем более что Бородулин в свое время составил несколько схем приема пилюль в зависимости от самочувствия. Я предпочитал для верности пить все подряд, но почему бы и не провести эксперимент? Без фанатизма если?
Мы попрощались с заведующим отделением и вышли в коридор, там я обнял Ирину, поцеловал и спросил:
— Сегодня ко мне, наблюдать за эффектом?
— Нет, — со смехом отстранилась та. — Завтра и послезавтра в первую смену. А там… понаблюдаем, если будешь себя хорошо вести.
Я проводил подругу до кабинета, вышел на улицу и поднял воротник. С самого утра дул сильный северный ветер, заметно похолодало, в куртке без свитера стало как-то совсем уже зябко. Не зря пикап взял.
Подняв воротник, я поспешил к оставленному за оградой автомобилю и вдруг обратил внимание на пристальные взгляды стоявших у ворот сестер из отряда самообороны. Пялились они на меня так мрачно, словно я задолжал им денег, а потом просто развернулись и отправились патрулировать территорию.
Я с облегчением перевел дух, забрался в пикап и покатил прочь. Вспомнился рассказ Николая о неприятностях с ведьмами, и по спине побежал холодок. Уж лучше пешком по морозу прогуляться, чем по ошибке под раздачу попасть. Автомобиль у Гордеева видный, жахнут магией — никакой чарофон не поможет.
Но — пронесло. До дома доехал нормально, а на самом подъезде к особняку, вывернув с Красного проспекта на подъездную дорогу, я заметил шагавшую к бару фигуру в меховой шапке, тулупе и собачьих унтах.
Опустив боковое стекло со стороны пассажирского сиденья, я сбросил скорость и окликнул охранника Бородулина:
— Семен! Скажи, что ты пиво идешь пить!
Лымарь перелез через наваленный на обочине снег к пикапу и забрался на сиденье.
— Нет, — ожидаемо разочаровал он меня, захлопывая дверцу.
— Тогда что?
Лымарь стянул перчатки и потер покрасневшие на морозе щеки.
— Уговор был лекарства в Форте не светить, так? — произнес он после этого.
— И не светил.
— Да? А нас безопасники второй день шмонают. Мы ведь не только для тебя таблетки варим, основной заказчик подработку на стороне не оценит. Разве непонятно, что ты нас подставляешь?
Я подъехал к воротам, собрался с мыслями и спокойно произнес:
— Ваши лекарства в Форте не светились. Бар на днях ограбили, помимо всего прочего забрали коробок с пилюлями, которые Виктор Петрович специально для меня готовит. Грабители на чем-то другом погорели, дружинники просто сдали таблетки на экспертизу. Вот и все.
— Только твои таблетки засветились? — уточнил Семен.
— Только мои.
— А остальное?
— Остального в Форте уже нет.
— Ясно, — кивнул Лымарь, поймал мой вопросительный взгляд и пояснил: — Твои таблетки кто угодно сварить мог, просто состав специфический, вот расход препаратов и проверяют. Не страшно.
— Все в силе?
— Решать Виктору Петровичу, но думаю, да. — Семен посмотрел на меня и спросил: — Только пилюли? Точно?
Я порылся по карманам и вытащил экспертное заключение по анализу таблеток.
— Держи.
Лымарь мельком просмотрел его, сложил и сунул за голенище унт.
— Так понимаю, к тебе следов не ведет? — уточнил он затем.
— Не ведет, — подтвердил я.
— Тогда все по плану, — объявил Семен, выбрался из машины и зашагал к Красному проспекту.
Загнав автомобиль в гараж, я запер его и вернул ключи Миле. Та предложила зайти на чашку чая, но время было обеденным, и мне даже не пришлось искать повода, чтобы отказаться.
— Надо Ивану помочь, — покачал я головой, забрал блюдо с крышкой и отправился в бар.
Грязную посуду отдал тете Маше, "Шершень" сунул под стойку, сам поднялся в квартиру, переоделся и прицепил на пояс кобуру. После этого спустился в бар и встал за стойку, а когда посетители разошлись, налил себе чаю и со стаканом в руке подошел к окну. Ветер усилился, мела поземка, редкие прохожие пригибались и прятали лица в высоких меховых воротниках и теплых шарфах.
Оставив Ивана на хозяйстве, я спустился в подвал и подкинул в топку угля, а когда вернулся, в баре отряхивался от снега непонятный тип в оранжевой жилетке поверх добротного тулупа. На жилетке через трафарет было выведено: "Паевая электрическая компания".
— Вы владелец дома? — спросил он.
— Частично, — ответил я.
Парень расстегнул сумку, выложил на стойку несколько буклетов и пояснил:
— Планируется электрификация района, будем тянуть провода. Сейчас формируется паевой фонд.
— От ТЭЦ тянуть? — хмыкнул я. — Не далековато ли? Неужели мощности свободные появились?
— Нет, с северной промзоны, — изрядно удивил меня таким ответом представитель компании. — Основная ветка пойдет по Красному на офисы, но к вам тоже прокинуть провода несложно будет.
— Откуда в северной промзоне электричество?
— Мы на собственные средства возводим электростанцию. Первый блок уже на стадии запуска. Деньги требуются только на провода и опоры.
— Электростанцию? На северной промзоне? Серьезно?
— Уникальные технологии, не сомневайтесь! Мощности ограничены, когда будет подключение второй очереди, неизвестно.
Я вежливо улыбнулся, заподозрив банальное мошенничество.
Представитель компании явно сталкивался с такой реакцией не первый раз, поэтому сразу предупредил:
— Сейчас ничего платить не надо. Ознакомьтесь с материалами, там указан адрес, куда подавать заявку. Взносы принимаются исключительно в безналичном виде. Мы серьезная организация.
Меня эти слова нисколько не убедили. Растратить безналичный взнос ничуть не сложнее, чем пай, внесенный наличными.
— Хорошо, ознакомлюсь, — пообещал я, а когда парень отправился восвояси, уселся на табурет, долил из термоса горячего чая и кинул проспекты, подписанные председателем правления Апостолом Е. М., в ящик под стойкой.
Отхлебнул чаю, вспомнил о вчерашней просьбе соседа и позвонил в штаб пограничной службы, но Ермолова на месте не оказалось. Тогда отыскал в записной книжке его домашний номер, пять раз крутанул диск, а когда после нескольких длинных гудков на том конце провода послышалось неразборчивое "Алло?", представился:
— Это Слава Хмелев…
— О! — неожиданно обрадовался моему звонку Александр Ермолов. — На ловца и зверь бежит!
— Не понял?
— Пиво с доставкой организуешь?
Я удивился:
— А что, машину прислать — не судьба?
— Водитель на техобслуживание отогнал, — зевнул глава пограничной службы. — Так сделаешь?
— Сделаю, — пообещал я, — но мне бы поговорить еще.
— Вот сам и подъезжай. Я на ворота позвоню, предупрежу. Ты номера так и не поставил? Ладно, тогда документ возьми какой-нибудь, а то не пропустят. Я на тебя пропуск выпишу.
— А что привезти?
— Ящик имперского и ящик темного, но не такого забористого. Посмотри на свой вкус.
Я опешил.
— Александр! Ты брал ящик имперского на прошлой неделе…
— То, что было на прошлой неделе, мы давно уже съели! — послышалось в ответ.
