* * *
…Я пробираюсь по окраинам незнакомой души. Пытаюсь уловить какие-нибудь знаки, признаки, чтобы понять, кто это. Двигаюсь медленно, чужие окрестности путаются, едва различимые и обманчивые. Потом меня притягивает ближайший аттрактор. Образы сразу становятся яркими.
Почти закрытая дверь, окрашенная масляной краской цвета слоновой кости. Из-за нее доносятся резкие звуки, напоминающие что-то… Тюк. Тюк-тюк-тюк. Вжик. Да это же печатная машинка. Я приникаю к двери, теперь видна часть комнаты, где за столом сидит старик. Брови кустистые, сам худой, лицо желтоватое, изможденное. Я точно никогда его раньше не видела, но он напоминает… Кого? Понимание прорастало этапами. Где-то я уже встречала этот типаж, только там он был нарисован. В книжке. В сказке. Волкова. Урфин Джюс! Не точь-в-точь, но что-то общее есть. Старик заметил меня! То есть не меня, конечно, а хозяина этой души. Повернулся, недобро зыркнул и, прикрывая дверь, рявкнул: «Поди вон! Не мешай! Шурка, убери его к шутам!»
Неожиданно завели свою песню стенные часы. Подбежала полная женщина, значительно моложе того старика, пугливо ухватила «меня» за руку, приговаривая:
— Куды ж ты полез-то, Толь? На минутку ведь тибе оставила. Вишь, он работаить, книжки свои пишить…
Стены куда-то поползли, звуки сделались ватными, а потом и вовсе пропали. Соединительная ткань пространства души. Масло наших шпрот…
* * *
Стоп! «Толя»?! Получается, мы все-таки добрались? Видимо, это его бабушка. Ура!
Но как узнать, какому участку души Торика соответствует эта точка входа? Ладно, подумаем, посмотрю логи, в первый раз, что ли? В любом случае здесь мне пока делать нечего.
Желтый спелый банан во весь мой мир. Прикосновение моих мысленных пальцев к стеклу издает воображаемый резкий свист. Ну и? Не работает? Или Стручок сейчас вышел и не видит сигнала? Ждем.
Сколько мы так будем ждать? Или я что-то забыла? А тем временем движитель втащил меня уже в другую сцену.
Слабый химический запах… нафталина? И еще какой-то химии. Едва заметный аромат — духов? Нет, одеколона и сирени. Мерное тиканье. Бам-м! Часы на стене пробили четыре раза. Комната с накатом вместо обоев. Круглый стол, покрытый дешевой клеенкой, «мои» руки, в них легкая прохладная металлическая штучка. Алюминий? И стекло. Это светофильтр. Прозрачный. Зачем, интересно? Фотоаппаратов никаких поблизости нет. Но на столе лежит журнал. Палец тычется в нужную строчку: «…для этого вам понадобятся два поляризованных фильтра. Между ними мы помещаем исследуемый образец». Палец остановился на слове «два». На столе только один фильтр. Значит, нужен еще один. Что-то такое Торик рассказывал вроде бы. Это уже можно поискать в его записях. Ура, теперь у нас еще и координата будет!
Попробую еще раз выйти отсюда. Воображаемый палец со свистом прочерчивает воображаемое стекло. Затопить все желтым. Спелым желтым. Одуряющий запах ванилина. Ванилин! Вот что я забыла в прошлый раз. Сработает или нет? Ждем. Ничего. Ну все, я застряла здесь. Теперь придется…
Ох! Потащило-повело. Неужели получилось? Да! Мигом проскакиваю в «космос», врываюсь в до боли знакомое родное пространство своей души. Вывинчиваюсь в реал…
* * *
Судорожный вздох. Встревоженные лица Олега и Вики.
— Ну, ты как?
— Зоя, ты как? В порядке? Видишь меня?
— Да вижу. Дайте отдышаться. Мы нашли!
— Торика?
— Пока нет. Только его душу. Но я даже в это не верила. А вы были правы.
— Ур-ра! — Вика в забывчивости порывается обнять Зою. Та вяло отворачивается. — Ой, прости-и! — тихо, но по-детски искренне шепчет ей Вика.
* * *
Они снова решили собраться полным составом — хотелось поделиться успехами и прикинуть, что делать дальше.
— Зоя, а ты сейчас как бы в отпуске официально? — уточнила Инга, пока Вика собирала на стол.
— Нет, мне так и не дали отпуск. Пришлось уволиться.
— Ох, даже так?
— Ну, а что было делать? — она вздохнула. — Потом буду новую работу искать.
— Знаешь, я тебе помогу. Ты давно переросла свой магазин. У меня много знакомых. Обязательно что-нибудь тебе найдем. Отышчем самое наиподходяшчее, так сказать.
— Спасибо, Инга. Да, было бы неплохо. Но до этого еще дожить надо.
Стручок кивнул и помрачнел:
— И в кои-то веки это не просто фигура речи.
Вика принесла последнюю вазочку, уселась и выжидательно оглядела присутствующих.
— Ну что, — бодро начала Вика, — все получилось?
— Не совсем, — заметил Стручок. — Мы нашли душу Торика. У нас есть ее карта. Но мы не можем сопоставить одно с другим.
— То есть? — удивилась Вика. — Не поняла: вы же добрались?
Зоя покачала головой:
— Нет, не так. Смотри. Мы приехали в другой город. Нашли на краю указатель. Город оказался тот, что нужен. Но мы не знаем в этом городе адреса, по которому стоит нужный нам дом. Понимаешь?
— Теперь понимаю. Но…
— Когда въезжаешь в незнакомый город, — задумчиво начал Стручок, — ищешь какие-нибудь ориентиры. Находишь, и тогда уже можно искать его на карте.
Зоя взглянула на него:
— Ориентир на местности я нашла. Но я не вижу этого события в записях у Торика.
— Давай вместе попробуем? — предложила Вика. — Кто там еще с ним был?
— С краю идет эпизод со стариком, он печатал на пишущей машинке, а Торик ему мешал.
— Минутку. Торик говорил, что у него дед был писателем. Не совсем дед и не совсем писатель, но… Это, наверное, Жинтель!
— Как? «Жинтель»? — удивилась Инга. — Забавно!
— Жинтель? — оживилась Зоя. — Мне попадалось такое слово! Давай еще раз посмотрим журнал. Вот оно. Есть координаты. Теперь дай план пространства души. Это должно быть где-то вот здесь. Ничего себе, вообще не с краю! Как же так?
— А не может быть, что там есть какой-то другой эпизод с этим Жинтелем? — предположил Стручок.
— Вряд ли. Но давай глянем. Нет. И здесь тоже нет. О, ты прав. Вот тут снова Жинтель! Вот это похоже на правду, совсем с краю. И рядом еще одна точка помечена. Вика, посмотри в журнале… Хотя нет, я сама быстрее найду координаты. Вот! Я никак не могла понять…
— Что там? — заинтересовалась Вика.
— Я до этого искала слово «фильтр», находила, но все было не то. Там, в погружении, я видела одну штучку. Теперь все ясно. Тут написано «поляриз.» — и все. Это и есть фильтр, поляризованный фильтр. Вот здесь, в этой точке, я и была. Торик читал о нем статью в журнале.
— Получается, мы нашли нужный адрес? — спросила Инга.
— Адрес мы уже давно вычислили, — пояснил Стручок. — Мы не знали вектор, условно говоря, как к нему подъехать.
— Теперь я построю маршрут, снова доберусь до души Торика, а ты меня проведешь уже до нужного адреса. Только не сегодня. Я устала.
— Конечно. Все у вас получится, — голос Инги звучал ободряюще. — Однако я завтра не смогу прийти: у нас комиссия назначена. Надобно присутствовать.
— Ой! А я, кстати, тоже не смогу. У меня открытый урок. Мне надо быть обязательно, отказаться неьзя. Ничего? Сами придете и все тут сделаете.
Зоя беспомощно посмотрела на Стручка. Он снисходительно улыбнулся:
— Все нормально будет, не волнуйся. Не съем я тебя. Мы взрослые самодостаточные люди.
— Зой, ну что ты, правда, как маленькая? — вступилась Инга. — Он не бандит и не насильник. Вполне вменяемый гражданин. Отец семейства, к слову сказать. Ну, ты чего?
— Ладно, — сдалась Зоя и повернулась к Стручку. — Но ты меня не трогаешь! Ни в какой момент. Никак! Да?
— Конечно. Не бойся. Все хорошо будет.
— Вот и лады, — подытожила Инга. — Вика, с тебя сегодня обед для них на завтра. А вы, молодые люди, отзвонитесь в любом случае. Нам очинно интересно, что у вас получится.
* * *
На следующий день Стручок пришел в красивой фирменной рубашке и стильном галстуке. Зоя была уже на месте, что-то подправила на компе, подключила принтер и печатала таблицы и диаграммы. Хмурилась, обводила отдельные числа, перечеркивала данные и снова щелкала клавишами.
