И все это видели! Всё прекрасно понимали, что со мной в очередной раз что-то не так! Но раз я — это я, то уже особо и не переживали! Хотя, конечно, беспокойство было.
Суви повернулась, нахмурила бровки и тыкнула меня в лицо.
— Вроде живой… — пробормотала она, — Миша, ты где?
— М? — моргаю, — Да тут… — взгляд опускается на пухленькие губы Суви, — Я… ам… я… эм.
— Ну снова с ним что-то не так. Ну сколько можно⁈ — Синицина махнула руками, — Кайзер, с тобой стабильной спокойной жизни вообще не ждать⁈
Испуганно поворачиваюсь на Катю. Сначала взгляд, конечно, падает на её очаровательные зелёные глаза, но следом же — на розовые, подчёркнутые блеском губки. Она их красит! Точно красит! Блеском минимум! И они такие… розовенькие!
— Я… ам… я просто… — я теряюсь и съёживаюсь, пряча голову под пиджак как черепашка, — Ва-а-а…
Опасные… опасные создания! Они меня окружают! Они все хотят меня охмурить, чтобы я стал животным!
— А часто с ним такое?.. — спросил Святослав.
— Бывает периодически, — вздыхает Катя, — Головой, наверное, ударился в детстве.
— Неправда, это я ударился, — тут же слышу Максима.
— Заметно, Смоленцев.
Ух, что-то со мной ушастая всё же сделала! Она. Меня. Поцеловала!
Я. Целовался. С девочкой!
Йоооооомайо. Вы что, угараете⁈ Я же маленький! Мне по документам всего десять годиков, а фактически вообще восемь!
«Пользователь, спешу уточнить, что возраст вашего тела значительно превышает номинальный, и вы уже способны испытывать сексуальное…»
«Да ты замолчи! Я же стесняюсь! Замолчи, дурак, замолчи-и-и-и-и!»
Знали бы, что там со мной происходило возле того кафе… ох, о таком маме уже не рассказать! Никакой мороз не был помехой!
Как же тяжело расти, какие же нюансы появляются! И это далеко не от Греха во мне, это просто… да просто организм! Я теперь боюсь смотреть на девочек! Особенно на красивых. Особенно на тех, с кем я уже как-то контактировал дальше разговора! Они ведь все такие… девочки такие… девчачие… и красивые… и вот они, тёпленькие, прямо под рукой…
«Ува-а-а-а, проблемы. Проблемы, иу, иу, иу», — в моей голове загудела сирена.
Но если абстрагироваться от всяких гормонов и подумать логически, то ситуация складывается интересная:
Мне надо перецеловать всех знакомых девочек.
Пу-пу… и впрямь интересный… кхм, «квест». Кому-то надо искать ножку, подходящую под туфельку, а мне надо… ну, вот это.
«План явно требует корректировки…», — хмурюсь я, — «Это ещё и не факт, что их ДНК будут совпадать. Рой, там же хотя бы материал человеческий?.. Не заячий?»
«Определённо человек».
«Вхух…»
«Но с нюансом. Есть неизвестная примесь, природа которой неизвестна».
«Да ну нееет! Она реально наполовину крольчиха!», — я схватился за голову, — «Я сосался с кроликоом!»
Ай, к чёрту! Падать, так на дно и со всей скорости! Понравилось? Понравилось! Так чего нос воротить? В неё не стоило наступать изначально, но коли уж заляпался — я полезу в эту кроличью нору окончатель…
Да чёрт! Почему именно эта аналогия⁈ Я ублюдок!
«Ладно, с этим определился… не так уж далеко я от Барона и ушёл», — вздыхаю, — «Вопрос теперь в другом… как и кого целовать?»
Суви? Не, безусловно, в нашем мире есть изменение роста и прочее, но на Суви я буду думать в последнюю очередь. Катя? Уже реалистичнее — и ростом совпадают, и магией владеют, и… ам… всё.
Но, конечно, в первую очередь проверки достойна одна любительница готической одежды и зонтиков. Лунасетта.
«Как поцеловать наследницу огромнейшей страны и не вляпаться по уши? Вопрос хороший», — закивал я.
Ну не хочу я пока брать такую ответственность, Князев этого и ждёт! Может её… ну… усыпить?
«Рой, а кровь пойдёт?.. Может, по башке ей треснуть и череп проломить?.. Мне кажется, у этого меньше последствий, чем у поцелуя».
«Данные будут нерелевантны. В теории — можно, на практике — рекомендую, всё же, слюну».
«Йопарисете», — вздохнул я.
Ну и главный вопрос, который я откладывал до последнего, который был очевиден уже как год, и сейчас встал особенно остро…
Если я поцелую трёх девочек, мне же… от двух придётся отказаться. Да ведь?
Как вообще выбирать, если ты с каждой хочешь ходить за ручку? Как вообще сказать двум оставшимся, которые, может, тоже этого ждут: «Прости. Прощай. Я буду гулять с твоей подругой на твоих глазах. Я выбрал её, а не тебя. Ты — хуже».
Да ну не хуже! Разные! Не хуже!
Я уже видел, к чему приводит такая ситуация и что она творит с женским сердцем — я ведь историю по версии Люксурии смотрел, а не фактическую. Все эти розовые эмоции — это как она помнит.
Может и не сейчас, но рано или поздно этот вопрос встанет очень остро. И он серьёзен. И от него не сбежать.
«Мне сложно… я хочу в животик к маме…», — я вздохнул и устало упал на парту.
Хорошо, что начался второй урок, и я наконец смог выдохнуть и теперь страдать уже по поводу учёбы.
Хвала Рихтеру, расписание изменили, и дальше у нас дополнительные. Ну, то есть военное дело. И не думал, что скажу это… но хорошо, что там был Тагиллёв! Вот он мне места для розовых мыслей вообще не оставил, и я даже забыл, что такое девочка — только планка на кулаках «в полтора», только страдания. Какое ужасное упражнение! Даже для меня. А я, напомню, демонов могу рвать на части.
После часа страданий мы вышли измученные.
— Вы не передумали менять вторые допы? — спросил Лёня, как обычно через телефон читая записи прошлых уроков, — Они завтра начинаются. Сегодня последний день.
В этот раз о планах друг друга мы прекрасно знали. Лёня, как будущий военный — на дуэльное. Я к нему скоро присоединюсь, к слову. Лёша, как любитель компьютеров, — артефакторика. Суви решила усилить фехтование, а Катя — реально спортивный кружок.
Ну а мы с Максимом пойдём в одно место — факультет призывателей.
Вальтер правильно намекнул, да и сам я понимаю — правда ведь мощная штука этот призыв. Особенно в моём случае. А Максим… фиг знает, на самом деле.
— А ты-то чего полез? — спросил я.
— Олега жалко. Скучно ему в комнате, — печально вздохнул он, — Буду водить его к другим зверятам, пусть подружатся, будут играться!
— Логично, логично… — закивал я с одобряющей мордой.
Но мало ли мы знали…
Что на следующий день мы выясним, что этот сраный жук будет самым огромным существом после человека.
* * *
На следующий день. Академия. Класс призыва.
Абхей Шарма. Ранее он учил молодых любителей зверушек и начинающих людей-армий в специализированной академии призывателей в Нью-Дели. Однако, как можно понять, сменил место работы.
Это общеизвестный факт, что если страна предоставляет своего государственного сотрудника в состав Великой Академии, то получает привилегии. Как минимум — льготные места для учёбы!
И Индии этих мест недоставало, оттого Абхей Шарма и был переведён сюда.
— Сегодня у нас пополнение, ученики, — улыбнулся седой старик, — Подождём пять минут.
Призыв хоть и общепризнанная эффективная школа, но отчего-то не очень популярная. Может, из-за репутации, что туда идут только странные любители животных и «зоошизы»? Может, от малой презентации на дуэлях? Все знают, что призыватели могут переломить ход военного сражения, но мало кто видел их вне ветеринарных клиник.
Школа призыва спокойно себе существует и стагнирует, у них не происходит совершенно ничего.
И Абхея это печалит. Дело всей его жизни… угасает прямо на глазах. Целая дисциплина медленно умирает, и ничего сделать он с этим не может.
Может, призывателям действительно просто недостаёт иконы? Нет нового дарования, который совершит шаг для всей школы. Нет своего «Марка Кайзера», который хотя бы сподвигнет людей обратить больше внимания на эту дисциплину!
Быть может… Абхей Шарма найдёт это Дарование здесь, в Академии? Месте, где собраны самые экстраординарные…
