— Будешь моим, Патр-р-рик? — спрашивает она игриво, а меня пробирает до костей.
Особенно это «р-р-р» в моём имени. Это вообще форменный ужас.
Но Клирия… она на своей волне, в своих мыслях и со своей болью. И восприняла это иначе.
— Мне тоже страшно. Для меня это что-то новое. Так что будь джентльменом со мной Патр-р-рик. Я рассчитываю на тебя.
Остальное, что происходило, помню смутно. Очень смутно. Помню, что активировал способку, помню, как мы целовались, как она вся прямо пыталась вжаться в меня, обнять так сильно, чтоб стать единым целым со мной. Помню, как Клирия каждый раз невольно напрягалась, когда в неё упиралась моя нижняя часть. Помню момент, когда в первый раз входил в неё: как она вся была напряжена, и даже слегка вибрировала; помню её встревоженное напряжённое лицо, поддёргивающийся глаз, серьёзный взгляд мне в глаза, приоткрытый рот и глубокое дыхание. И то, как Клирия выдохнула, когда я вошёл полностью.
А потом понеслось. Медленно, чтоб привыкла, а потом быстрее и быстрее. Раз, второй, третий. Клирия, как говориться, принимала меня всего и полностью, покрикивая на пиках. Она целовалась, иногда просто смотрела мне в глаза, словно помимо трусов хотела залезть и в мою душу. Иногда Клирия хихикала, словно молодая девушка, и говорила какие-то глупости.
Вот так, после этого, оба мокрые и уставшие, мы уснули. Она устала от секса, я же устал от её тьмы.
И предпочёл бы сейчас её не видеть в своей кровати! Может свинтить, пока не поздно?
— Патр-р-рик, — раздалось мягко за моей спиной, и её рука плавно с моей груди поднялась к лицу и повернула голову в бок. — Перевернись.
Я перевернулся.
На меня смотрели два разных по цвету глаза.
— Разноцветка… — пробормотал я.
— Разноцветка? — слегка удивилась Клирия, после чего чисто и звонко рассмеялась. — Я поражаюсь тебе, Патрик, разноцветка… ха-ха-ха-ха-ха… ты просто чудо.
От её смеха мне захотелось расплакаться как маленькому ребёнку, но я мужественно сдержался. А Клирия подтянулась, коснулась своими губами моих. Это было последней каплей.
Я просто взлетел с кровати и уже стоял в метрах двух от неё, прежде чем сам это понял. Словно отдёрнул руку от горячей плиты. А Клирия слегка удивлённо смотрела на меня, словно пытаясь понять, что происходит.
— Патрик? — уже более спокойно, и скорее по-доброму озабочено спросила Клирия. — Что-то случилось?
Мне надо подышать — вот что случилось. Я… я больше не выдержу этой ауры, меня сейчас трясти начнёт. Мне нужно вырваться из этой сраной комнаты.
— Сиди здесь! Я сейчас быстро завтрак притащу, — едва ли не скороговоркой сказал я, натягивая штаны. — Быстро! Жди.
— Я… хорошо, я буду ждать, — кивнула она спокойно, сев ровно и позволяя одеялу сползти с груди. Словно послушная ученица с покорным лицом, ровной осанкой и ручками на ногах.
А я выскочил в коридор с гулко колотящимся сердцем, тяжело дыша, словно только что прогулялся по аду. Упёрся рукой в стену и пытался прийти в себя, пока в голове происходило чёрт знает что.
Это… это невозможно, она словно убивает…
Я посмотрел на дрожащую руку.
Это ненормально.
Немного отдышавшись, я взял себя в руки и поднялся на кухню.
Здесь у нас царило утреннее спокойствие. Только Мэри и ещё две служанки.
— Мэйн! — радостно воскликнула Мэри, однако, приглядевшись, нахмурилась. Две другие служанки тут же поклонились.
— Завтрак. На поднос. Что-то лёгкое. И какой-нибудь напиток. Наверное, лучше с алкоголем, типа коктейля.
— Но… мы не умеем коктейли… — робко пробормотала одна.
— Так поднимите ту, которая умеет! — рявкнул я, заставив отстраниться всех трёх в ужасе.
Блин, аура…
— Прошу прощения, девушки, у меня была сложная ночь. Сделайте, как я сказал, пожалуйста, — уже более спокойно, подавляя ауру, сказал я.
— Да! — тут же ответили они и ретировались.
Мэри же налила мне чая.
— Что-то произошло? — тихо спросила она. — Ты бледный.
— Нет. Пока нет, но спасибо, что интересуешься. Смотрю, всё работаешь здесь, — огляделся я.
— Да. Помогаю, чем могу, — кивнула она. — Пока их нет, я приготовлю тебе самому чего-нибудь?
— Бутер какой-нибудь сваргань, если не сложно.
Мэри кивнула и засуетилась. К тому моменту, как она протянула мне кружку чая и бутер, на кухню зашла Сиианли.
— С добрым утром, господин. Я могу помочь вам? — поклонилась она.
— Да, Сиианли, пожалуйста. Нужен коктейль, желательно какой-нибудь… кофейный или шоколадный алкогольный.
— Слушаюсь.
Она ловко начала вытаскивать баночки, приправы и так далее, пока я завтракал.
— Кстати, это случайно не из-за… Клирии? — тихо спросила Мэри, смотря на меня щенячьими глазами.
Я с набитым ртом удивлённо посмотрел на неё, после чего неуверенно кивнул. Раз уж она догадалась, то не имело смысла скрывать этот факт. Рано или поздно всё равно все узнают, и лучше пусть Мэри узнает это от меня.
И тут следующим вопросом она меня просто убила.
— Она вас изнасиловала, да? — сочувственно кивнула она.
Тут блять я не то что удивился, я нахуй поперхнулся, закашлялся и начал помирать прямо на сраной кухне, ударяя себя по груди и пытаясь выплюнуть комок пищи не из того горла. Этим кашлем я перепугал всех служанок, которые бросились тут же меня спасать. Ведь сдохну я — сдохнут они. Причём бросились спасать с таким остервенением, что сделали только хуже — кусок заваливался всё глубже и глубже по трахее.
Антигерой сдох от бутера на кухне. Эпическому началу эпический конец. Такой пиздец можно только во сне увидеть.
Я выпучил глаза, пытаясь откашляться, упал на колени. В голове начало потихоньку темнеть и забиваться ватой. И уже понимая, что единственный шанс спастись — вскрыть трахею, я потянулся к ножу. В глазах всё поплыло и руки словно онемели, но я не терял присутствия духа и продолжал тянуться к ножу, пока на меня набрасывались со всех сторон служанки, словно желая убить, а не помочь.
Курицы блять.
И в это мгновение, когда помощь, казалось, уже не придёт, в район солнечного сплетения мне прилетел удар с ноги…
…
Ебать…
Это было мощно…
Настолько мощно, что кусок вылетел из моего рта словно снаряд, а в глазах окончательно потемнело. Про боль, которая растеклась по телу, я вообще молчу — меня просто скрючило в три погибели, не давая возможности вытянуться.
Получить в солнышко, это чудовищно. Особенно с ноги. Особенно от человека, который тебя ненавидит по тихой. Короче, от Сиианли.
Эта негр-эльф стояла надо мной спокойно, слегка злобно прищурившись и с вызовом смотря мне в глаза. Словно одним взглядом она хотела передать, какой же я отброс ебаный, что меня убить мало и что вообще просто пиздец.
Ебаная дроу, наверное, вложила в этот удар всю ненависть ко мне. Видимо она так долго ждала этого шанса, и тут он выпал, позволив ей от души ебануть меня с ноги.
Ну ладно сучка, ты спасла меня, я на тебя не в обиде.
Дрожащей рукой я показал ей большой палец, и она, кивнув, вернулась к своему делу.
Мне потребовалось минут пять, чтоб окончательно прийти в себя. Только подумать, сраная смерть может поджидать меня даже на кухне.
— Больше никогда не говори мне ничего подобного за едой, Мэри, — попросил я, когда наконец пришёл в норму. — А то не ровен час, и я просто сдохну. Договорились?
— П-прости, — слегка испуганно ответила Мэри, помогая мне сесть на табуретку. — Просто ты был таким бледным, что я подумала… глупость.
Недалеко от глупости, хочу заметить, однако изнасиловала? Скорее, это я продал душу дьяволу во имя нормального будущего. И не дай бог Клирия не окупится, я тогда ей задницу так надеру, что сидеть не сможет.
— Я вижу, что глупость. И с чего ты взяла, что именно Клирия?
— Ну так она так прихорашивалась вчера, мне казалось, что ты заметишь. Выглядела такой целеустремлённой, духами пшикалась, бельё примеряла, закупалась, мылась, причёсывалась… Неужели ты не заметил?!
