Поэтому я попросту сдернул с Ирины одеяло и завернулся с него, а когда она этой бесцеремонностью возмутилась, с милой улыбкой поинтересовался:
— Не хочешь приготовить завтрак?
— Ну ты и наглец, Хмелев!
— Я наглец? Я тебе каждое утро завтрак в постель ношу!
Ирина с выражением посмотрела на меня и милостиво разрешила:
— Хорошо, неси. Не будем отступать от традиций.
Но стоило только запустить руку под ее ночную рубашку, как немедленно оказался выпихнут из кровати.
— А как же не отступать от традиций? — пробурчал я, одеваясь.
— Завтрак! — отрезала девушка.
Я вздохнул и поплелся вниз.
Разжег плиту, быстро поджарил тосты и сервировал поднос-подставку. Прихватил с собой термос с чаем и унес все это наверх. Поднос поставил Ирине, сам демонстративно устроился за столом.
— Ну и во что ты на этот раз впутался? — спросила тогда девушка.
— Ни во что, — пожал я плечами.
— А на работу почему мне ходить запрещаешь?
— Ожидаются беспорядки. Беспорядки — это раненые. Раненые — это госпиталь. Когда все начнется, нечего тебе там делать.
— Моя работа — помогать людям.
— Этим лучше не помогать. У бандитов разборки намечаются.
— А ты откуда знаешь?
— Партнеры шепнули.
— Ладно, иди ко мне, — сменила гнев на милость Ирина. — Только не приставай!
Ну я и не стал приставать. Какое-то время.
В общем, в итоге мы помирились.
Потом я оставил бар на Ивана, сам повел Ирину на работу. На улице было спокойно. Ездили машины и телеги, спешили по делам пешеходы. Никто не собирался в беспокойные группы, не поглядывал тревожно по сторонам, не закрывал окна ставнями. Все работали в обычном режиме.
— Гляди в оба, — попросил я подругу на прощанье.
— Всегда! — рассмеялась та, чмокнула меня в щеку и скрылась в госпитале.
Я проверил убранную в карман телескопическую дубинку, поправил сумку с револьвером и зашагал домой, не забывая внимательно поглядывать по сторонам. Но нет — все и в самом деле было спокойно.
В баре я убрал куртку на вешалку, сунул "таурус" в кобуру и спросил Ивана:
— Оружие не купил еще?
— С расчета теперь только, — вздохнул парень. — Поиздержался тут немного…
— Если крутишь с двумя, на подарки в два раза больше денег уходит.
— Так и удовольствие вдвойне…
— Любишь кататься — люби и саночки возить, — хмыкнул я и позвонил в "Большую Охоту". Трубку снял Саня.
— Привет! Взрослые есть дома? — спросил, наливая себе на пару глотков светлого.
— Нет, умотал на разведку.
— Вот ничего себе! — удивился я. — А меня почему не позвал?
— У тебя медицинские противопоказания, нет? Вчера же говорили или ты не помнишь ничего?
— А, точно! Ладно, проехали. Мы зайдем сейчас. Встречай у черного хода.
— Идите, я Милу пошлю.
Иван уставился на меня с нескрываемым удивлением:
— И зачем мы туда пойдем?
— Ружье тебе покупать, зачем еще! — фыркнул я и попросил тетю Машу присмотреть за баром, пока нас не будет.
— У меня денег нет! — напомнил Иван.
— Считай это премией, — успокоил я его, отпирая черный ход. — Вторую неделю бар на себе тащишь, заслужил. В общем, тринадцатая зарплата тебе полагается.
— И мы можем это себе позволить?
— Более-менее. Пиво сдали оптом, деньги раньше пришли.
— А оклад повысить? — спросил помощник, шагая вслед за мной через двор.
— Не все сразу.
Я постучался в заднюю дверь оружейного магазина, Мила сразу открыла и отступила в сторону, запуская нас внутрь.
Мы поздоровались с девушкой и прошли в торговый зал.
— За чем пожаловали? — поинтересовался Саня.
— Вот так сразу? — удивился Иван. — Даже выпить не предложишь? Мы тебе всегда наливаем.
— Сейчас чай подогрею, — улыбнулась Мила и ушла в заднюю комнату.
Тогда я прошелся по торговому залу, всему из себя такому резному и деревянному, присмотрелся к винтовкам и вздохнул:
— Нам бы что-нибудь на мальчика подобрать.
— Мальчик крупный, — смерил чародей внимательным взглядом моего помощника. — Какие-то предпочтения есть?
— Дядь Слав, может, все же десятый калибр, как вчера предлагали? — задумался Иван. — Чтобы не мелочиться, а? Я стрелок так себе. Есть что-нибудь в этом роде?
— Само собой! — с гордостью объявил чародей. — В этом калибре мы эксклюзивные поставщики!
— Ближе к делу, — попросил я, постучав по наручным часам. — Время — деньги, цигель-цигель, айлюлю! У нас бар простаивает! Да, кстати, Платон подъехал?
— В подвале отсыпается, — фыркнул Саня. — И вообще, здесь тебе не фаст-фуд! Здесь все серьезно! Мы обстоятельно к делу подходим, это не бутылку пива высосать, это на всю жизнь покупка!
— Да мы не сомневаемся ни в коем случае, — вздохнул Иван. — Только надо бы товар лицом показать. Ты хоть пальцем ткни, куда смотреть!
— Смотреть надо на "браунинг", но сначала скажи — какой длины ствол нужен? Есть двадцать два дюйма, восемнадцать и шестнадцать.
Ваня сделал вид, будто прикладывает ружье к плечу и выдал:
— Давай самый короткий.
— Хороший выбор, — улыбнулся Саня.
— Логичный, — вставил я.
— Но я бы предложил восемнадцать дюймов! — заявил вдруг чародей. — Мы тут начали удлинители магазинов ставить, а они идут только на восемнадцати— и двадцатидвухдюймовые стволы. Шесть выстрелов, между прочим!
Я припомнил вчерашнюю лекцию Николая, закатил глаза и попросил:
— Давай восемнадцатидюймовый с удлинителем магазина, защитными рунами, и что вы там еще придумали, чтобы обчистить наивных клиентов.
— Мы еще компенсатор оригинальной конструкции ставим…
— Показывай! — не выдержал я.
Саня вышел из-за прилавка, отпер один из шкафчиков и протянул Ивану помповый "браунинг" камуфляжной расцветки.
— Патроны какие брать будете? — деловито спросил он, будто покупка уже была делом решенным.
Я посмотрел на довольную физиономию Ивана и понял, что — да, дело действительно решенное.
— С зажигательной картечью, с обычной картечью и простые пулевые. По шесть каждого вида для начала.
— И эти… которые дыры делают! — встрепенулся Ваня, посмотрел на меня и добавил: — Три штучки. Для начала.
Чародей посмотрел на меня и выгнул бровь.
— Две, — сказал я. — Для ровного счета.
Саня вернулся за прилавок, открыл журнал регистрации и спросил:
— Удостоверение с собой?
— А как же! — Иван достал документы и вновь начал крутить "браунинг", то упирая приклад в плечо, то опуская книзу.
— Но ружье я вам не отдам, — предупредил Саня. — Потому что у вас документов нету. Сначала номер в разрешение впиши.
— Бюрократы, — вздохнул я и оглянулся на звук открывшейся двери.
Две ярко накрашенные девицы в коротких шубках, мини-юбках и ботфортах оторопело уставились на обернувшегося к ним с ружьем Ивана, оглядели магазин и попятились назад.
— Это не ювелирный! — пропищала вдруг одна.
— Ну дела! — охнула другая, и они со смехом выскочили на улицу.
Я пожал плечами и повернулся к чародею, который клюнул носом, встрепенулся и потряс головой.
— Ох! — зевнул он. — Что-то меня развезло совсем после вчерашнего. Надо проветриться сходить.
— Сходишь, — хмыкнул Иван, — только документы оформи сначала. Дядя Слава, вы меня отпустите ствол зарегистрировать?
— Катись, — разрешил я и обратил внимание на замершую в дверях Милу. — Все в порядке?
— Да, конечно, — улыбнулась та. — Так, задумалась о своем.
Она разлила по стаканам горячий чай, выставила на прилавок корзинку с печеньем и предупредила Саню, что побудет у себя.
— Конечно-конечно, — кивнул чародей, продолжая заполнять бумаги.
— Какая-то она бледная, — заметил Иван. — И рассеянная. Как бы это не того. Вот будет Николаю праздник.
— Лучше подумай, как бы у тебя самого сразу двух праздников не было, — ехидно напомнил я.
— Сразу двух? — с удивлением встрепенулся Саня.
