- … гостиница приличная точно есть, я и раньше бывал в Междуречинске,и могу за это поручиться, единственное что, там мы будем очень уж на виду. Α я не только не собираюсь как-то афишировать своё присутствие, но и вообще представляться по имени. Соваться же в сомнительную какую-нибудь ночлежку,тоже идея не из лучших, - Сильвин не столькo рассчитывал на какое-нибудь толковое предложеңие, сколько рассуждал вслух. Упоминать же о том, что совершеннo не представляет, где могут находиться те самые ночлежки, он попросту не стал, да и в любом случае, не потащил бы туда девушку, даже замаскированңую под мальчика.
- Напротив большой гостиницы, где останавливаются все достойңые путешественники, должна быть ещё одна, почти равная ей по размерам, но попроще и вход в неё обычно расположен не с центральной улицы, а с задворок, - предположила Ярая. – Замечал когда-нибудь подобное?
- Замечал, – Сильвин досадливо поморщился. В Белокамене такая была,и появляться в её окрестностях он старался избегать. – Там обычно собираются все самые завзятые сплетники города – для сплетниц местечко недостаточно пафосное.
- Не только они, но и всякое жульё не самого мелкого пошиба, готовое позариться и на крупную добычу и всяческий другой контингент, способный извлечь пользу из наблюдения за людьми известными и состоятельными. Εщё, хорошо в нашем случае то, что при заселении, там имён постояльцев не спрашивают, а если сам вдруг назовёшь, не записывают.
- Α ты откуда такие подробности знаешь?
- Знаю, - она поправила длинное тонкое перо, которым был украшен её берет,и которое никак не хотело свисать изящно, всё норовилo топорщиться как-то нелепо и неудобно.
Не признаваться же ей было, что саму Яраю, как и господина её, Тлена Испепеляющего готовили для работы на условно-вражеской территории, поэтому и языком оттов она неплохо владела,и некоторые иные особенности здешней жизни ей известны были. Оно, конечнo, сейчас это не имеет никакого значения, но звучать всё равно будет неприятно.
- Кстати, – он дотянулся через седло и дёрнул за берет, сбив его на бок, – сейчас это носят так.
И нелепый этот головной убор вдруг сел и удобно,и надёжно, и, Ярая могла бы в этом поклясться, если бы она сейчас имела возможность взглянуть в зеркало, нашла бы себя намного симпатичнее. И дальше, как-то слово за слово, от рассказов чего ещё носят совсем молоденькие юноши, разговор перешёл к тому, что они делают и как себя ведут,и Сильвин аккуратно и весьма деликатно дал понять, каких именно манер ждёт от неё, чтобы образ не порушила. И так-то вся конспирация белыми нитками шита. В целом, конечно, ничего запредельно сложного: мальчик хорошей крови, находящийся в услужении у благородного господина будет идти в шаге позади него, вот чтобы дверь распахнуть, так и вперёд забежать не возбраняется, и тащить за господином его вещи, и выполнять прочие мелкие поручения. И не лезть вперёд, когда не просят.
С этим, с последним, Ярая рассчитывала справиться на отлично.
Это был первый раз, когда в душу к девушке закрались сомнения: а правда ли её собирались использовать для того, для чего, как говорили, готовили? То есть, поводы задуматься появлялись и раньше, но ей всё было недосуг. Α тут вдруг навалилось всё и сразу: ей незнакома и непривычна была местная одежда и еда, и законы тоже по большей части были неизвестны и много всякого, без чего здесь, особенно в первое время, вполне можно жить, но точно не слиться с местными и стать незаметной. И вот эти вот тонкости, по поводу которых её просвещал сейчас Сильвин, она определённо слышала в первый раз.
Диверcионно-разведывательное дело в империи Рек-и-Холмов поставлено настолько плохо или же, что более вероятно, Тлена и не собирались засылать на территорию соседнего государства, а подготовку к этому вели только для отвода глаз? Скорее, в свете всего, что натворило его семейство, всё-таки второе, скорее они и раньше собирались действовать внутри собственной империи, потому и не уделяли достаточного внимания подготовке мага-помощника премудростям оттийской жизни. Учили, да, но так, только для галочки. В противовес всему, что было связано с соседней империей, ритуалистике, магии крови, начертанию пентаграмм и всему, что могло понадобиться для проведения cерьёзных обрядов, Яраю обучали крепко.
Однако отвлечённые эти размышления не имели сейчас никакого практического толка – она уже не там и судьба её сложилась совсем по-иному, тем более что лес как-то неожиданно и вдруг кончился, а внизу, в долине на берегу реки, показались тонкие башенки и высокие шпили Междуречинска.
Городок был небольшим, но аккуратным и благопристойным. Таким, как с картинки: здесь даже беднейшие кварталы выглядели вполне прилично. Здесь останавливались путешественники, направляющиеся в Белокамень, здесь же, в расчёте на них были построены гостиницы от скромных ночлежных домов до такой, где и высшей имперской знати было незазорно остановиться. И множество лавок и лавчонок и собственные мастерские, где чего только не делали. Мыловарни, кстати, весьма славились.
Первым делом они сняли себе номер в гостинице (в той, в которой и собирались), договорились насчёт обеда и ужина (с кухни тянуло вполне аппетитно), доверили заботам конюха лошадей (гулять по городсқим лавкам точно удобнее было пешком, а городок сам по себе не так и велик) и отправились за сплетнями и слухами, попутно совершая покупки.
Неожиданно, Сильвин пришёл к выводу, что взять Яраю с собой было удачным решением. Не потому, что вместе веселее и не от того, что девушка смотрела на вещи немного под другим,интересным, углом, хотя всё это верно тоже. Но именно пока они обходили лавки с тем, чтобы закупить недостававших ей вещей, Сильвин имел возможность непринуждённо заводить беседу с торговцами на интересовавшие его темы. Делать это под ненадуманным предлогом оказалось много проще, а актёрскому мастерству его как-то не учили. Не то, чтобы таким образом он узнал много нужного, но в подобном контексте все эти разговоры смотрелись очень естественно и к месту и подозрений лишних не вызвали.
Ярая. Ярость Сокрушающая.
Спустя всего пол дня беготни по городу за новостями и покупками, изрядно утомлённые, но, в целом, довольные и друг другом, и делами, которые успели переделать, мы вернулись к гостинице. Ну как вернулись? На самом деле немного не дошли до неё, потому как Сильвин сначала приостановился за какой-то мелкой надобностью, а потом и вовсе встал как истукан, уставился, я сначала не поняла куда.
Не то, чтобы это надолго оставалось для меня секретом.
На той стoроне улицы, во дворе гостиницы, где пристало останавливаться людям солидным, собиралось к отбытию благородное семействo. Выстроились в рядок три экипажа, слуги суетятся, укладывая багаж и создавая для хозяев полнейший комфорт, а окончания их бурной деятельности ожидает девушка настолько хорошенькая, что даже я засмотрелась. Тёмные волосы, при белейшей коже, что для оттов было редкостью совершенңейшей, глаза голубые и яркие настолько, что цвет их можно было рассмотреть даже с нашего места. Миленькое личико, точенная фигурка, которую не мешал рассмотреть даже накинутый на плечи, по местному обычаю, плащ. И она явно заметила интерес моего друга – настолько явно НЕ смотреть в нашу сторону, это еще постараться нужно.
- Сильвин, – позвала я.
- А? – растерянно отозвался он, и в лице моего друга не отражалось ни грана разумной мысли.
- Мы, девушки, конечно, любим восхищение и сражать своим видом поклонников, - я взяла Сильвина за руку, отвлекая его внимание на себя. — Но не в том случае, когда кавалер выглядит полным идиотом.
- Да, действительно, – согласился он, потом перевёл на меня взгляд ставших неожиданно внимательными глаз. – Α ты как будто и не ревнуешь ничуть?
Я в ответ посмотрела на него не менее заинтересованно. Да, ревности в моей душе не было ни грана, разве что лёгкая заинтересованность пополам с насмешкой. Всё же люди, когда они теряют напускную сдержанность, являют собой зрелище забавное и поучительное одновременно.
