— Вместе, бьем!
Согласно рыкнув, подвижный монстр в три прыжка вскарабкался на обломок трубы. Изогнувшись, как кошка, он повернулся боком — и с гулкими хлопками целый рой игл истыкал незащищенный бок твари. Я ударил с другой стороны, полосуя второй бок чудовища щитами.
Свалив громадину, мы метнулись к уцелевшим тварям — и кровавая баня приблизилась к своему апогею. Действуя синхронно, мы гвоздили противников, обездвиживали и добивали, беспощадно разрывали на части. Воздух затянуло едким паром от кислоты из желез, ноги скользили по лужам крови.
Мы шли через живую стену монстров, на короткое мгновение становясь воплощением погибели. Мы были ею. Божественные силы, почти забытые с момента моего низвержения, возвращались.
Свалив последнего зверя, пытавшегося достать меня громадными ядовитыми когтями, я отбросил его грузное тело в сторону и обернулся, тяжело дыша. Мой спутник, потеряв в тяжелом бою почти все иглы, прихрамывал и сипло хрипел. Позади него волочились оборванные щупальца — его главное оружие. На поджаром боку виднелись три глубокие рваные раны, из которых толчками выходила кровь.
— Всё-таки достали они тебя, — вздохнул я, давая ему приблизиться. Разум зверя угасал. Он сослужил мне добрую службу. Коснувшись окровавленной морды, я провел пальцами по слипшейся шерсти, — и погрузил зверя в глубокий сон.
Грузное тело опустилось на пол, он сложил голову на толстые лапы, хриплое дыхание выровнялось. Проснуться ему уже было не суждено, но это лучше мучительной смерти от ран.
— Спи. Ты достойно сражался, — хлопнув его напоследок по шее, я поднялся и пошел к двери в конце зала — на табло мигала лампа аварийной сигнализации.
Конечно же, никакой реакции на нажатие — энергии-то нет. Не проблема. Сфокусировав энергию, я выдавил створки — толстый металл со скрежетом расползся на лоскуты и провалился внутрь.
За дверью оказалась шахта лифта. Естественно, без кабинки — она уехала наверх, вместе с доктором.
Оглянувшись на зал, превращенный в громадный могильник, я прыгнул в шахту. Энергия вихрем окутала мое тело — и повлекла вверх. Выстроив перед собой толстую линзу щита и окружив тело барьером на случай сюрпризов от Шварцена, я понеся вверх, к следующему уровню.
* * *
Двери лифта со скрипом разъехались в стороны, повинуясь мысленному приказу. Я выглянул наружу — коридор на этом уровне был неожиданно чистым и пустынным. Воздух, напитанный запахами лекарств и озона, еще хранил следы магии. Мутные, словно сплетенные из десятка аур, они тянулись шлейфом вдаль, за следующую гермостворку. Сквозь крошечное окно виднелся свет — там уже была энергия. А значит, и тот, кто ее включил.
Двери раскрылись — и я понял, что добрался до цели.
Просторный белый зал, заставленный наклонными капсулами с телами. Между ними — громадные, под потолок, холодильники с выдвижными секциями. Некоторые были открыты, обнажая рядки круглых гнезд. В таких хранился биоматериал, надежно запечатанный в герметичные стеклянные чашки. По ногам веяло холодом: из открытых шкафов выходил жиденький морозный туман, растекаясь по полу дымкой.
Зал перспективных образцов. Громадное хранилище биоматериала, тщательно отобранного за годы исследований. Плоды бесчеловечных экспериментов Шварцена хранились здесь — в этих холодильниках, и внутри тел людей, видневшихся за стеклом многочисленных капсул.
Я подошел к одной из них — внутри виднелся обнаженный эспер, юноша лет тринадцати. Во рту — толстая трубка для кислорода, на груди — свежий шов от операции. На щуплом теле виднелись заклеенные пластырями проколы и швы помельче. Таких, как он, здесь были десятки.
Дорожка между секциями хранилища тянулась далеко вперед, к мощной колонне у дальней стены зала. Возле нее виднелся силуэт в сером костюме — доктор Шварцен. Он лихорадочно вытаскивал из тележки светящиеся зеленоватым светом ячейки и вставлял их в гнезда в основании колонны. Всякий раз по полу пробегали светящиеся полосы света, подсвечивая целый сегмент капсул или холодильников.
Я узнал эту технологию: это не земная разработка, уж точно. Доктор менял ячейки питания биореактора, а такие использовались только в трех мирах, принадлежащих магам. Все три мне довелось штурмовать в прошлом.
Судя по всему, он не успевал заменить все: свет то и дело мерцал, грозя погаснуть. Малейший сбой питания — и образцы выйдут из стазиса, рискуя безнадежно испортиться.
Нет сомнений, он знал, что я здесь — стоило шагнуть по дорожке, как он вскинул руку. Луч энергии сорвался с его руки и тяжелым тараном ударил по моему щиту, растекаясь в стороны. Цыкнув, Шварцен поднялся.
— Вот же приставучий мелкий божок, — процедил он. — Из-за тебя труды десятков лет работы пропадают. Не смей мешать мне, отродье.
— Какой непостоянный, — усмехнулся я. — Не ты ли называл меня уникальным и расчудесным творением эдак с полчаса назад? Что случилось, Шварцен? Не любишь, когда все идет не по твоему сценарию?
— Ты так наивен, Ямада, — в его голосе слышалась насмешка. — С божественными силами приходит и бесконечное высокомерие? Я вижу тебя насквозь, низвергнутое дитя Гелиона. Думаешь, я не знал, что ты придешь за своими женщинами? Я лучше избавлюсь от бракованного образца, чем поставлю под удар все остальное.
Он кивнул на капсулу неподалеку — сквозь запотевшее стекло проступали знакомые черты. Стройное, изящное тело, белоснежная кожа и густые черные волосы, обрамляющие два тонких алых рога. Рикка.
Погруженная в сон девушка дергалась из стороны в сторону, — питание ее капсулы слабело. Даже с расстояния ее полыхающая аура давала понять — трансформация в нуэ была почти завершена, еще один шаг — и девушка окончательно трансформируется в чудовище.
Шварцен тоже понимал это — и потому не спешил отключать её от энергоснабжения.
Если питание пропадет, она пробудится, и тогда остановить её будет почти невозможно.
— Так что же теперь? — я улыбнулся, создавая в воздухе один за другим десяток энергосфер. — У тебя один заложник, у меня — вся твоя коллекция. Думаешь, меня остановит десяток-другой уже убитых тобой людей? Или снова закроешь меня под купол и сбежишь? Учти, я разобью его раньше, чем ты успеешь достать первую чашку с образцами.
— Сбежать? О нет, довольно бегать, Ямада, — он коснулся пальцами механизма на левой руке, отбивая странную дробь на устройстве. — Но, если думаешь, что ты уже победил, ты сильно ошибаешься. Настоящий бой даже не начинался.
Он шагнул назад, мановением руки открывая портал — из черного провала вышла высокая фигура, знакомая до ледяных мурашек.
Тяжелая волна магической ауры разлилась по залу, вызывая дрожь. Из портала, поблескивая лоснящимся в свете ламп комбинезоном, вышла женщина с роскошной фигурой и взглядом фиолетовых глаз, полным ледяной решимости. Архонт Фубуки, стиснув полыхающие магией кулаки, шагнула мне навстречу.
Глава 7
Плоды науки
Сферы энергии стянулись вокруг меня, охватывая непроходимым щитом. О новой атаке уже не приходилось думать — Шварцен перечеркнул весь мой план одним шагом.
Против меня был абсолютно аморальный ублюдок с непонятной силой, способной вернуть ядро даже архонту. А еще он знал, что я не смогу навредить Фубуки. Он понял, что для меня архонт, как и Рикка — свои. И это развязывало ему руки… и сковывало мне.
Шварцен контролировал её — это видно по её замутненным глазам и дрожащей ауре. Фубуки умела контролировать свою ману, чтобы не сжечь каналы от мощного потока. Но он заставлял её идти в бой и не жалеть себя. Плевать, выживет она или нет, лишь бы остановила меня.
Я замер в центре круга из вращающихся сфер, глядя на соперницу. Фубуки приближалась, не сводя с меня сочащихся холодной ненавистью глаз, и от этого взгляда становилось не по себе.
— В чем дело, божок? — усмехнулся доктор. — Не ты ли собирался разбить меня своей силой? Давай же. Нападай, не заставляй её ждать.
