Ознакомительная версия. Доступно 323 страниц из 1614
– …и подтвердить это письменно, – прибавил император.
«Очевидно, я всё-таки выйду в отставку полковником», – обречённо подумал Данкель.
– Увы, государь, это может быть потомство принца.
– Не может, – возразил Дангеро с нажимом, а барону слышалось: «Не должно!» Государь нашёл лазейку, чтобы отвергнуть бастарда, и требовал, чтобы военврач – третьим, для священного числа, во имя Отца Небесного, Грома и Молота, – вслед за другими подписал: «Невозможно по срокам».
– Я позволю себе обратиться к биологии. – Чёрный Барон старался говорить как можно убедительней. – В живом мире есть феномен «скрытой беременности». Так, например, у крыс, полевых мышей, косуль, тюленей…
– О чём вы?! какие крысы?.. – опешил Дангеро.
– …и у мориорцев, вернее, у их самок, – продолжал барон, сознавая, что его карьера подходит к концу. Но смолчать сейчас – значит, предать династию. – Кроме того, самки-рабыни предназначены для вынашивания зёрен живых машин – «пата хайджа».
Император готов был вскипеть:
– Какое это имеет отношение…
– Минуту терпения, государь. Часть рабынь прибывает на Мир, уже заряженная этими зёрнами, как обойма винтовки – патронами. Как только жизнь станет сытой и спокойной, спящие зёрна пробуждаются и начинают расти, чтобы родиться…
– Оставьте свою биологию, – Дангеро передёрнуло, – и вернитесь к тому, с чего начали!
– Охотно. Такое выжидание заложено в природе дьяволиц. Чтобы дождаться благоприятных условий, их беременность замирает и поэтому может длиться год, даже полтора. Например, в космическом полёте. Поэтому вполне возможно, что…
Зависла пауза. Галорис на портрете стал плоским и скучным, он больше не буравил Данкеля своими грозными очами – а его отдалённый потомок обмяк в кресле, будто вместе с надеждой его покинул жизненный тонус.
– Насколько верны эти сведения? – упавшим голосом спросил Дангеро.
– Я проводил опыты, – ответил Чёрный Барон доверительным тоном. – Две группы заряженных самок. Первая получала много корма и содержалась в тепле, другая – нет. В результате…
– Избавьте от подробностей!.. Итак, вы полагаете, что она родит ребёнка Цереса?
– И да, и нет.
– Как следует вас понимать?!
– Если девушка несла в себе зёрна, может появиться гибрид – помесь отца, матери и живой машины. Я не берусь предсказать, чьи свойства он унаследует… и будет ли иметь людское обличье. После родов увидим.
– Уйдите, страшный человек, – простонал убитый горем Дангеро, закрыв глаза ладонью, а другой рукой указывая барону на дверь.
– Но…
– Оставьте меня! Забирайте эту тварь, держите в крепости… пока не родит!
– Ваше желание – закон для меня, Ваше Величество, – быстро встал Данкель. – Разрешите мне взять также штабс-капитана?
– Обоих! всех! с глаз долой!
Но не успел военврач перешагнуть порог, как в спину ему раздалось твёрдое:
– Стойте.
Быстро овладев собой, император поднял голову и смотрел на барона жёстко, словно не было минутной слабости:
– Кроме самых доверенных лиц, никто не должен знать, что её содержат в Гриморе. Наблюдать, исполнять все пожелания, извещать меня о любых изменениях. Что касается штабс-капитана… если он не опасен, ему найдётся место в действующей армии. Вы свободны, Данкель.
– Мою карету к Банному корпусу, – распорядился штаб-комиссар, едва выйдя из дворца. – Нежно, бережно изъять девицу, усадить в экипаж и успокоить. Двое сопровождающих. Взять еду и напитки в дорогу. Окна кареты закрыть.
– Чуть погодя, гере барон, – словно извиняясь, ответил старший санитар. – Там шум какой-то… вроде, дамочка скандалит. Сейчас полиция её отгонит, тогда сразу и займёмся.
В самом деле, невдалеке от бледно-жёлтого Банного корпуса две молодые дамы с кружевными зонтиками, в нарядных голубых платьях, как-то слишком оживлённо беседовали с сизыми лейб-полицейскими. Стражи порядка сгрудились вчетвером, преграждая дамам путь к дверям корпуса, а со стороны подходил белогвардейский патруль – но осторожно и вроде бы крадучись, как на цыпочках. Направился туда и Данкель, издали вслушиваясь в перепалку.
– …не могу войти в свой дворец!
– Ваше Высочество, никак не можем пропустить, – почтительно козырял фельдфебель. – Имеем строгий приказ Его Величества… Не извольте гневаться – служба!
Истекли две недели тоскливого домашнего ареста, и принцесса Ингира, вырвавшись из «дочерних» покоев, решила прогуляться по аллеям Этергота с камер-фрейлиной. Но стоит пройти полмили от летнего дворца, чтобы навестить батюшку в его уединении – он, видите ли, на всю семью разобижен, живёт добровольным отшельником! – как внезапно наталкиваешься на охрану и нелепые приказы.
«Гром небесный, сама Лазоревая дева, краса Запада!.. – невольно залюбовался Данкель высокой стройной принцессой, зарумянившейся от гнева. Её светлому точёному лицу с большими серыми очами весьма шёл розовый оттенок на скулах… словно на яблоках, а спадающие прядки чёрных волос прелестно оттеняли белизну лица. – Увы, мне сегодня не везёт – я уже огорчил отца, теперь огорчу дочь и окажусь у обоих в немилости».
– Светлейшая ан-эредита… – Он отдал честь со всей возможной галантностью. Лазоревая дева недовольно взглянула на рослого костистого военврача в серовато-жёлтом с зелёным отливом мундире – кто это? что он тут делает?.. Бледный, высоколобый, узкогубый, с холодным лицом – невзрачный тип, хотя, похоже, волевой.
«У него глаза артиллерийского наводчика. Этот не промахнётся».
– Честь имею – барон Данкель.
– Рада знакомству… – нетерпеливым жестом принцесса протянула ему для поцелуя тонкую руку в полупрозрачной перчатке. – Барон, отчего здесь столько стражи?
– Вы позволите проводить вас к дворцу?
– Не нуждаюсь в провожатых. Я хочу знать, почему этот корпус оцеплен полицией и солдатами со штыками.
– Потому что сейчас здесь командую я, Ваше Высочество.
– Вы-ы?.. – Ингира воззрилась на него, как на невиданное животное. – Позвольте, но вы не придворный офицер. Кто дал вам такие полномочия?
– Ваш батюшка. Светлейшая, если вы не желаете пройтись по аллее в моём обществе, вас проводят два сержанта.
– Но как вы смеете!?..
– Ваше присутствие здесь нежелательно, – промолвил Данкель, глядя на носки своих сапог. – Фельдфебель, велите сержантам сопровождать Её Высочество.
– Барон, самоуправство дорого вам обойдётся! – пообещала Ингира железным голосом, так странно звучащим в девичьих устах.
– Просто сегодня плохой день, – как-то невпопад ответил дерзкий военврач. Тут фрейлина, тихо ахнув, приблизила губы к ушку Ингиры и торопливо прошептала что-то, косясь на полковника в «гороховой» форме. Глаза у принцессы чуть расширились с выражением смятения… и отвращения.
– Да, именно так, как сказала ваша наперсница. – Данкель с усмешкой отвесил неглубокий поклон.
Взгляд Ингиры заметался, затем остановился на перчатках Чёрного Барона. Приметив это, Данкель заложил руки за спину. На лице принцессы неприязнь постепенно сменилась болезненной жалостью.
– Я была излишне резка с вами, – подавив антипатию, сказала она тише и мягче. – Хорошо… проводите меня. Кирина, оставь нас.
Послушная фрейлина тотчас отделилась и пошла в сторону по липовой аллее, а Ингира позволила барону взять себя под руку, хотя ей пришлось перебороть себя. Уходя к летнему дворцу, Данкель дал знак своим санитарам – приступайте.
– Это правда, что вы не снимаете перчаток? – спросила принцесса после того, когда они молча прошли мер пятьдесят.
– Правда.
– Что ваши руки…
– Да.
– Я видела в лазаретах, что бывает после… Примите мою искреннее сочувствие.
– Благодарю. Ваше Высочество.
– Зачем вы сюда приехали?
– Предпочёл бы не отвечать.
– Я всё равно узнаю.
– Вряд ли.
Далеко позади, у Банного корпуса, послышался слабый женский крик, потом другой. Ингира начала было поворачиваться туда, чтобы взглянуть через плечо, но лайковая рука барона схватила её выше запястья.
Ознакомительная версия. Доступно 323 страниц из 1614
