Внутренние двери были хлипче и обшивались всего лишь пятимиллиметровыми досками. Зато и вес их был в два с половиной раза меньше. Именно изготовлением таких внутренних дверей и занялись Сергей Петрович с Валерой, вернувшись с обеда. На одну дверь, вместе с распиловкой бруса на тонкие пласты, у них уходило около часа. Готовые двери аккуратно складывались в сторонке до следующего дня, когда они наконец встанут на свои места.
Закончили с этим делом за два часа до ужина и, отряхнув с себя опилки и стружку, пошли посмотреть, как дела у Лизы на сушилке. Ее девочки уже подняли стены так высоко, что вынуждены были работать со строительных козлов. Пройдясь внутри и осмотрев все свежим взглядом, Петрович обнаружил еще одну свою недоработку. Первоначально он рассчитывал, что черный потолок в сушилке делать не придется – теплый воздух от кана должен был подниматься через стеллажи поставленных на ребро досок и, насытившись влагой, выходить наружу через специальный зазор между тесовой кровлей и коньковой доской. Но это в теории, которая более-менее совпадала с практикой в летнее время. Но сколько там осталось того лета – дней десять или двенадцать… А потом наступит осень, за ней зима, температура на улице упадет, и насыщенный влагой теплый воздух при контакте с холодной крышей даст конденсат, который прольется сверху на сушащиеся доски. Нет, так не пойдет. Значит, в сушилке черный потолок с теплоизоляцией все-таки нужен, а отработанный влажный воздух надо будет выпускать к стрехе через специальные воздуховоды. Из чего их сделать? Да просто обшить сантиметровыми досками осевые столбы, можно даже в два слоя – для пущей герметичности. Вот и все.
Вот – еще одно изменение проекта, и хорошо только то, что ничего при этом не надо будет переделывать. Теперь надо отобрать доски для черного потолка и воздуховодов и начинать их настилку после того, как девочки поднимут стены до верха. Причем стелить доски надо не поперек здания, как в казарме, а вдоль.
Со стенами Лизина бригада закончила за полчаса до ужина и начинать какие-то новые работы уже не было смысла. Да и сам Петрович за этот день успел порядком устать, поэтому дал команда бежать на речку и купаться, пока есть время. Сам же он вместе с Валерой не спеша пошел следом. По пути пареньку было сказано о предстоящей ему командировке к Антону Игоревичу – ставить каркас склада, как только будет закончено с дверями для сушилки.
– Значит, так, дружок – с одной стороны дело там простое. Никакого отопления или чего-то подобного не требуется; главное, чтобы на складированный кирпич не попал дождь. С другой стороны, возводить склад надо будет вокруг уже имеющихся стеллажей и поверх их самодельного навеса из жердей, а это отдельный геморрой, особенно в отношении осевых столбов, которые будут находиться как раз между рядами штабелей с сырцовым кирпичом. Сбоку общий каркас осевой стены там не поднимешь, придется все собирать на весу. Кроме того, расстояние между штабелями сырцовых кирпичей всего сантиметров семьдесят, и работать будет очень неудобно. В остальном конструкция там должна быть значительно проще, чем казарма или сушилка – никакого черного потолка, вместо форточек и дверей просто пустые проемы.
– Сергей Петрович, – спросил Валера, – если не будет черного потолка, то как вы там будете стелить кровлю?
– Посмотрим, – ответил тот, – наверное, придется настелить с лестницы две первых доски, а потом уже работать сверху. Высота штабелей – всего полтора метра, поэтому осевой столб выше трех метров задирать не стоит, а боковые так и вообще можно делать двухметровыми. Антон Игоревич там размахнулся на девять метров ширины, но я думаю, что ему и семи за глаза хватит. И так монтировать все это будет непросто. На штабель ногами не встанешь, кирпичи на это просто не рассчитаны.
– Сергей Петрович, а если сделать дощатые щиты и вставать на них? Тогда вес распределится равномерно и кирпичи не поломаются.
– Соображаешь, – похвалил учитель, – только вот что делать с тем временным навесом, который закрывает штабеля сейчас? Мешать он нам будет отчаянно.
– Тогда, – уверенно сказал юноша, – тот временный навес нужно убирать, а штабеля с сырцовыми кирпичами пока накрыть пленкой. Тогда каркас осевой стены мы тоже сможем поднять сбоку через проемы между штабелями.
– Так, – сказал мужчина, остановившись и достав из кармана калькулятор, – позавчера там этих штабелей было тринадцать штук. Шесть в одном ряду, и семь в другом. Ширина двойного рулона – два метра, значит, если распустить его вдоль, получится четыре метра. Каждый ряд придется укутывать двумя слоями пленки. Итого, на все уйдет более трехсот пятидесяти квадратных метров, а это треть нашего запаса.
– Сергей Петрович, но ведь эта пленка совсем не будет испорчена, потом мы сможем ее свернуть и снова пустить в дело…
– Наверное, ты прав… И скорее всего, мы именно так и сделаем. В противном случае, для того чтобы сделать этот склад, нам придется научиться летать как карлсоны. Но работать надо будет быстро. Как только ты закончишь с каркасом, я тут же пошлю туда Лизиных девиц класть стены.
– Сделаем, – заверил Валера, – не беспокойтесь.
За ужином Сергей Петрович объяснил Антону Игоревичу план работ по складу кирпича. Тому идея убрать временный навес, а особенно ходить по штабелям, не очень понравилась, но пришлось согласиться с этим предложением, поскольку было понятно, что другого варианта нет, а время поджимает. На том они и договорились.
20 августа 1-го года Миссии. Воскресенье. Пристань Дома на Холме.
Утром Петрович посчитал количество работы, которую нужно сделать, чтобы не оставлять хвостов на следующую неделю, и схватился за голову. О работе до обеда придется забыть, по крайней мере для них с Валерой. Ему самому предстояло ассистировать при выкладке очага в сушилке, а потом накрыть ее черным потолком. С пятью дверями за пять часов они тоже могли управиться только вдвоем. Но что обещано людям, то обещано – и, отложив двери и очаг на будущее, он решил, что сперва они с Валерой навесят внутренние двери в казарме, а потом вместе возьмутся за черный потолок и балки кровли.
Лизина бригада тоже была занята – сперва девочки разгружали поступивший с обжига кирпич, а потом взялись за штукатурку стен сушилки. Конечно, если начнется дождь, то вся их работа пойдет насмарку, но, тьфу-тьфу-тьфу, погода пока держалась, а уже в понедельник они возьмутся непосредственно за кровлю, и только потом, со вторника, Валера отправится к Антону Игоревичу. Кстати, доски на тес надо будет еще напилить по той особой технологии «без сердцевины», а это, скорее всего, даст задержку в еще один день. Бег наперегонки с приближающейся осенью и дышащей ей в затылок зимой продолжался своим чередом.
Навешивание дверей заняло у них чуть больше часа, при этом ворочать эти тяжелые махины пришлось в основном Алохэ-Анне и еще трем полуафриканкам. Но справились. Закончив эту работу, Петрович поплевал на руки и полез делать черный потолок. Для этого сперва нужно было установить по две дополнительных балке на каждую секцию, после чего стелить доски. Балки устанавливали прямо поверх самой верхней перемычки; теперь, подпертые снизу сырцовым кирпичом, они выглядели вполне надежно. При минимальном пределе прочности кирпича-сырца в двадцать пять килограмм на квадратный сантиметр на перемычку каждой секции шириной десять сантиметров и длиной три метра можно было грузить по семьдесят пять тонн.
Установив и закрепив походящие через все здание насквозь шестиметровые балки (из-за чего пришлось вымотаться, бегая туда-сюда с лестницей), Сергей Петрович с Валерой дождались, пока Лизины девочки уложат поверх верхних перемычек наружных стен еще по два ряда сырцовых кирпичей, заполнив промежутки между концами балок, после чего перешли к настилке досок по методу «от краев к середине». От краев – потому, что работая от середины, доски пришлось бы стелить прямо у себя над головой. Доски стелили в шахматном порядке – две длинных, потом одна короткая, длинная и снова короткая, потом снова две длинных – обеспечивая таким образом продольную прочность. Поперечную прочность обеспечивали балки.
