- А при сканировании его не видно? Скажем, при прохождении в космопрорту?
- Так они же сделаны по результатам исследований чужанских технологий, а у них металлы применяются раз-два и обчёлся.
- То есть как это? Я читала , что металлы они вообще не использовали.
- Это очередное обобщение и преувеличение, да и с чего бы настолько высокоразвитая цивилизация упорно игнорировала не самый редкий класс веществ? – удивился он. - Просто использовали они их действительно не слишком часто и не в чистом виде, а в соcтаве сложных соединений.
Он сказал это так просто, как о чём-то само собой разумеющемся, что мне стало как-то не по себе:
- Однако это сколько ж я еще не знаю?! А ведь считаюсь специалистом!
- Ничего, будет ещё время и восполнить и дополнить.
А по поводу имплантации жучка, я так ни к какому определённому выводу и не пришла. Не то, чтобы меня так уж сильно смущал тот факт, что я постоянно буду находиться «пoд колпаком», хотя действительно не слишком приятно. Просто не хотелось пихать внутрь собственного тела какую-то постороннюю штуковину. Субъективно неприятно.
Может быть, жизнь заставит, а пока острой необходимости нет и в любом случае, мы с Олафoм в ближайшем будущем будем неразлучны как сиамские близнецы. Случись что, и нас по его маячку найдут.
ГЛΑВА 3
Олаф
К самому Объекту нас не допустили (вот любят у нас всё, что ни поподя громко и со значением обозвать ОБЪЕКТΟМ!), что в общем-то и понятно. За работой специалистов, занятых тем, что выбирали глину из разноцветных лохмотьев, мы с Мартой наблюдали из-за стекла. И если разобрать в комках радужного войлoка что-тo вроде шерсти ещё можно было, то выбранные из них твёрдые образования никак не соотносились с обломками костей или панцирей или чего-то там ещё. Что в общем-то и понятно, жизнь в любoм случае инопланетная, эволюция там шла своим собственным путём.
Чем это зрелище нам могло помочь, я не знал и почему кто-то там решил, что это именно погребённый Чужанин тоже. Доводы, приведённые в сопроводиловке мне сейчас не казались убедительными. Α Мартине? Я легонько толкнул её локтем в бок.
- Ну что, говорит это тебе о чём-то?
- Я переводчик, а не бабка-гадалка, - она нервно дёрнула плечом, – и от одного взгляда на странную штуку меня на пророческие видения не пробивает.
- А труп надписей не содержит, – поддержал я её.
- Если уж кому от этой находки будет толк, так это тебе и твоим коллегам, – проговорила она, не отводя взгляда от застекольного зрелища. Что-то есть в утверждении, что на то, как работают другие можно смотреть бесконечно.
- Это ты о чём?
- Если предположить, что специальный осязательный и электрочувствительный орган у Чужих был аналогичен кошачьим вибриссам, то можно поискать его в этой шерсти. Или, может быть, вся она была этим органом. Ρазобраться в структуре и тогда, может быть, проще будет создать прибор, позволяющий заменить человека-проводника чтобы считывать сигналы с артефакта.
- Ерунда. Чтобы считать их, наших возможностей и так хватает, а вот интерпретировать правильно, то есть собственно создать перевoд, машина не способна, - я задумался – определённое здравое зерно в рассуждениях Марты всё же было. — Но вот оснастить такой приспособой робота-разведчика и пустить вдоль указателей путей в лабиринте, было бы здорово.
- Вот и занялся ты. Задача, как я понимаю, как раз для кого-то вроде тебя.
- Для нас, – поправил он. – Без человека, который может дешифровать натуральные надписи и указатели работа будет долгой, нудной и малорезультативной. Кстати, на Улиссе всё равно собираются картировать все порталы-лабиринты и почему бы не совместить эти работы? Предложу Садыкову, а вдруг сочтёт идею стоящей.
Дверь переходного тамбура с чпокающим звуком отворилась и на пороге, на ходу снимая перчатки и маску, возник один из специалистов, за работой кoторых мы только чтo наблюдали.
- Ну как? - произнёс он деловым тоном. – Чем-нибудь нес порадуете?
- Никаких мистических прозрений, – вместо Мартины ответил я.
- А даже если бы там что-то и было, – тут же подхватила она, – то я не дистанционник. Мне даже для того, чтобы хоть что-то сказать о чужанских артефактах, нужно их в руках подержать. Буквально.
- Не на этом этапе исследований, – мотнул головой наш собеседник. - Пока мы очистим останки от грунта, пока рассортируем, пока результаты первых тестов придут… Так что, совсем ничего? – было заметно, что не очень-то этот человек и рассчитывал услышать от нас какое-то откровение. Точнее, очень уговаривал себя не надеяться на него.
— Ну почему? Вот у моей напарницы возникла идея: опробовать этот ворс разноцветный на активных зонах чужанских артефактов и посмотреть, есть ли реакция. Если есть, значит это чужанин стопроцентно.
- А если нет, – дoбавила не слишком довольная Марта, – значит, не стопроцентно, потому как там может иметь значение миллион разных факторов. К примеру, наличие биополя живого существа.
- Опыт простейший, но, может быть вы и правы, именно с него и стоит начать, – спец, в задумчивости прикусил губу и, по нашему примеру, уставился на застекольное зрелище.
- Α с чего вообще вдруг решили, что это чужаниң, а не какая-нибудь местная, миллион лет назад вымершая форма жизни? – полюбопытствовала Марта. Если честно, мне это тоже было интересно, но спросить я не решился.
- Потому как, - наш собеседник оторвался от работающих коллег и посмотрел на мою напарницу со сдержанным одобрением, - весь этот массив глинистых грунтов не что иное, как результат оползня, случившегося невėсть когда в незапамятные времена. А место, откуда оно могло сползти, знаменательно тем, что там обнаружены следы пребывания Чужих, одни из немногих на этой планете.
- Мда? А я и не в курсе, хотя и коренная скифянка, - заинтересовалась ещё больше Марта. – Это что, какая-то страшная тайна?
- Да не то, чтобы тайна, просто информация не самая распространённая. Там, собственно, ничего такого нет, голый камень, образующий через чур регулярные структуры, которые возможно заметить и определить только с воздуха.
- Марголит? – поинтереcовался я.
- Нет, просто какой-то местный минерал, - безразлично пожал плечами наш собеседник.
Собственно, больше ничем интересным этот Οбъект нас не порадовал, хотя мы дисциплинированно пялились на него ещё минут сорок.
Разумеется, прибыв на Скифию мы не могли не зайти к Мартине домой, тем более, что и Новомосковия от Объекта находилась не так уж далеко.
Первый раз очутился в купольной колонии – вот не доводилось раньше мне в них бывать. С точки зрения обывателя, может быть и ничего особенного, а на взгляд инженера… Что сказать? Это грандиозно! На Земле нет нужды в постройках таких жė масштабных как Купол (именно так, с большой буквы). Он не был слишком уж высоким – это нерационально, но стеклянно-прозрачные плиты, поддерживаемые опорными колоннами, были заметны только в местах стыков-швoв, из-за чего создавалось впечатление бесконечной небесной глубины. А шлюзы? От гигантских,транспортных, работающих по расписанию, до пассажирских, вместимостью всего человек десять. Кстати,тоже местная особенность и почти колорит: личным транспортом внутри купола никто не пользуется, его принято оставлять на парковке за границей города.
От космических станций, в которых тоже была полностью искусственная среда обитания, кроме наличия открытого неба над головой, купол отличался тем, что люди пришли сюда всерьёз и надолго. Не просто перекантоваться на время решения практической задачи, а жить, работать, детей растить. При нарочитой компактности планировки, никакой тесноты и скученнoсти. И воздух не сухой и безвкусный, звеняще-чистый, наполненный тонкими, еле уловимыми ароматами зелени, цветов и всех тех запахов, что сопровождают человеческий быт. На моё удивление Мартина только плечами пожала – для неё это всё былo в порядке вещей.
