"Фантастика 2025-77". Компиляция. Книги 1- 33 (СИ) - Сухоруков Андрей

Отец обнял меня в ответ, его руки дрожали от слабости, но в них всё ещё чувствовалась скрытая сила. Он беззвучно плакал, его плечи вздрагивали, а слёзы впитывались в мою одежду.

Старик Лао деликатно отошёл в сторону, давая нам возможность пережить этот момент. Он тихо собирал травы на столе, но я заметил, как он украдкой смахнул слезу.

— Сын… — наконец произнёс отец, немного отстраняясь и глядя мне в лицо, словно желая убедиться, что я действительно стою перед ним. — Ты вырос. Ты стал уже мужчиной.

— А ты исхудал, — ответил я с лёгкой улыбкой, пытаясь скрыть бурю эмоций, поднявшуюся внутри. — Но мы это исправим.

Я повернулся к Лао, который наблюдал за нами с тёплой улыбкой.

— Мастер Лао, я не знаю, как выразить свою благодарность за то, что вы приютили моего отца, — сказал я, склонив голову в глубоком поклоне. Не сложно догадаться про какого помощника он говорил во время нашего разговора. — Ваша доброта не будет забыта.

Старик махнул рукой, словно отметая мои слова.

— Нет нужды благодарить за обычное человеческое участие, молодой человек. Когда я увидел его у колодца, я просто сделал то, что сделал бы любой на моем месте, — Лао подошёл к Рейвену и положил руку ему на плечо. — Твой отец — удивительно сильный человек. Когда он пришёл, я сомневался, что он переживёт первую ночь. Но вот, всего за пару дней он уже поднялся на ноги.

— Это в нём всегда было, — кивнул я, вспоминая, как отец выдерживал суровые охоты, опасные схватки с духовными зверями и все тяготы жизни в дикой местности.

— Тебе нужно отдыхать, Рейвен, — сказал Лао отцу. — Ты ещё слишком слаб для таких волнений.

— Нет, — покачал головой отец. — Не сейчас, когда я наконец нашёл сына. — Он посмотрел на меня с надеждой и беспокойством одновременно. — Джин, у тебя есть место, где мы могли бы поговорить?

— Конечно, — ответил я. — У меня комната в таверне «Тигриная Лапа». Там нам никто не помешает.

Лао понимающе кивнул.

— Благодарю, мастер Лао, — обратился я к нему, и в моём голосе звучала искренняя признательность.

Мы с отцом вышли на улицу. Он двигался медленно, опираясь на мою руку, но в его походке чувствовалась решимость. Весеннее солнце освещало его измождённое лицо, делая шрамы более заметными — длинные линии, пересекающие лоб, щёки, шею, уходящие под простую одежду. Я не хотел думать о том, что ему пришлось пережить.

Чешуйка, всё это время сидевшая тихо под моим воротником, чуть высунула голову, разглядывая моего отца.

— Папа, — прошептала она так тихо, что только я мог услышать, — он похож на тебя. Особенно глаза.

Я легонько кивнул, не желая смущать отца разговором с маленькой змейкой. Это объяснение могло подождать.

Таверна «Тигриная Лапа» в это время дня была почти пуста — большинство постояльцев уже разошлись по своим делам, а местные жители ещё не собрались на вечернюю трапезу. Лишь пара купцов сидела в дальнем углу, обсуждая какие-то торговые дела.

Мы поднялись на второй этаж, и я провёл отца в свою комнату. Он осторожно опустился на стул у окна, его движения выдавали сильную усталость и боль, которую он пытался скрыть.

— Отдохни немного, — сказал я, доставая из пространственного кольца небольшой тигль, ступку с пестиком и несколько мешочков с травами и порошками и оранжевую пилюлю. — Я должен кое-что приготовить.

Отец наблюдал за мной с нескрываемым удивлением, когда я расставлял алхимические инструменты на столе и начинал смешивать ингредиенты в точных пропорциях.

— Ты стал алхимиком? — спросил он, и в его голосе звучало изумление, смешанное с гордостью.

— Среди прочего, — ответил я с лёгкой улыбкой, растирая в порошок кристаллы Звёздной Сущности, редкий ингредиент, который я нашёл в храме Повелителя Вечной Ночи.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуком пестика о ступку и тихим шипением нагревающегося тигля, под которым я зажёг специальный огонь, контролируемый моей Ци. Я ощущал на себе взгляд отца — вопрошающий, полный невысказанных вопросов.

Наконец, когда первая стадия приготовления была завершена, он нарушил молчание.

— Джин, — его голос звучал неуверенно, — я не ожидал, что ты станешь практиком. Тем более таким… сильным, — он замолчал, словно не решаясь продолжить.

Я поднял глаза от тигля, наблюдая, как отец беспокойно теребит край потрёпанной рубахи.

— Ведь… — он глубоко вздохнул, словно собираясь с силами. — Прости меня, сын. Прошу тебя, если сможешь, прости.

Я непонимающе посмотрел на него. Несмотря на все воспоминания, которые я получил от Повелителя Вечной Ночи, моё собственное прошлое всё ещё оставалось загадкой. Что такого мог сделать мой отец, что требовало прощения?

— Отец, о чём ты говоришь?

Он поднял на меня взгляд, полный боли и решимости одновременно.

— Ты должен знать правду, Джин. Всю правду, с самого начала. Я давно должен был тебе это рассказать, — он выпрямился на стуле, словно готовясь к тяжёлому испытанию. — История началась задолго до твоего рождения…

Отец сделал паузу, собираясь с мыслями, и я видел, как трудно ему даются воспоминания.

— Твою маму звали Джина Ри, последняя принцесса своего клана. Она была прекрасна — не только внешне, но и душой. И невероятно сильна как практик.

Я слушал, не прерывая, продолжая работать над пилюлей. Смешивая ингредиенты, я ощущал, как внутри растёт напряжение — я наконец узнаю о своих корнях, о матери, которую никогда не знал.

— Мы полюбили друг друга, — продолжал отец с нежной улыбкой, словно на мгновение вернувшись в те счастливые дни. — Она была наследницей древнего клана, обладательницей легендарной родословной Гидры Семи Водопадов. А я… наследником проклятого клана, который веками старался смыть позор своего предка. Но ей это было неважно.

Его лицо вновь стало серьёзным, когда он продолжил.

— Но над землями тогда нависла страшная угроза. Демонические практики секты Ацтлан захватывали территории одну за другой, подчиняя себе кланы и секты с поразительной скоростью. Их возглавлял Кетцаль, практик невиданной силы и жестокости.

При упоминании этого имени я невольно сжал пестик сильнее. Имя, которое преследовало меня с самого начала моего пути на этом континненте. Имя, связанное с демонической сектой, уничтожившей мой клан.

— Вскоре участь оказаться под их пятой настигла и клан Ри, — продолжал отец. — К тому времени Джина уже была беременна тобой. Мы пытались бежать, скрыться от преследователей. Но они были везде, — его глаза затуманились от болезненных воспоминаний. — Однажды ночью они настигли нас. Я сражался изо всех сил, защищая твою мать, но противников было слишком много. Один из них ранил её — удар демонической Ци, который должен был уничтожить вас обоих.

Отец сжал руки в кулаки, костяшки его пальцев побелели.

— Тогда твоя мать использовала родословную Гидры Семи Водопадов на полную мощь. Семь потоков Ци, каждый способный смести гору, обрушились на наших преследователей. Мы отбились… но цена была высока. Рана, полученная Джиной, оказалась смертельной — демоническая Ци медленно разрушала её меридианы.

Я продолжал слушать, не перебивая, чувствуя, как каждое слово отца отзывается болью и в моём сердце. Я никогда не знал мать, но сейчас ощущал странную связь с ней через рассказ отца.

— У твоей матери был амулет, — сказал он, глядя в пространство перед собой, словно видя те события вновь. — Древний артефакт клана Ри, способный создать портал на другой континент. Мы планировали использовать его вместе, начать новую жизнь там, где демонические практики не смогли бы нас найти. Но из-за ранения Джина знала, что времени у неё мало.

Отец сделал паузу, и я видел, как тяжело дается ему каждое слово.

— Она выбрала тебя, Джин. Вместо того, чтобы тратить оставшуюся энергию на своё исцеление, она направила все силы на то, чтобы ты родился здоровым и сильным. Ты появился на свет в пещере у подножия Ледяных Гор, во время бури, — его голос дрогнул. — Твоя мать держала тебя на руках всего несколько минут. А затем вложила в тебя свою родословную и… ушла.