"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Войтенко Алекс

Маг слегка кивнул и ведьма убрала молнии, а он убрал защиту, затем и руки.

— Всё, идите. Блага вам, уважаемая ведьма, — слегка склонился корпусом Верлеас.

— Я так не могу, Тёрк, — нахмурилась она, когда мужчина протянул ей руку. — Ну, это нечестно, правда. Не могу не поблагодарить, даже если это маг.

— О, у меня нет слов, — усмехнулся хозяин.

— Хэла, — покачал головой брат ферана.

— Тёрк! — отозвалась она, передразнивая.

— Ладно. Сделай ему воды своей, — предложил брат Рэтара. — Он же сказал, что выпить любит. А я подтверждаю — пьяница тот ещё.

— Тёрк, ну что за, — возмутился маг, потом посмотрел на ведьму. — Правда, ничего не надо.

— Ты не отказывайся. Воды ведро принеси лучше, — очень хитро улыбнулся Тёрк.

Верлеас сначала глянул на мужчину, потом перевёл взгляд на Хэлу. Вздохнул обречённо, но за ведром сходил, поставил его на стол, недалеко от входа в портал.

— И?

— И, — склонила голову Хэла, берясь за ведро, — что предпочитаете?

— Ну только не цнелю эту их, — отозвался маг и глянул на Тёрка.

— Не, компот не ко мне, — отозвалась Хэла. — Я имею ввиду — сладкое, горькое, кислое, вязкое, жидкое, сильное или полегче?

Маг нахмурился и снова перевёл вопросительный взгляд на ухмыляющегося Тёрка. Тот заговорщицки кивнул.

— Сделай такую, которой ты меня напоила в первый раз, помнишь? — спросил он. И Хэла конечно помнила, как напоила Тёрка, тогда ещё не доверяющего ей, и поняла, что рядом с ним ей, как ведьме, невероятно спокойно. — Хороша была пьянка!

— Ладно, — кивнула она и превратила ведро воды в добротный сорокоградусный ликёр с апельсиновым вкусом. — Принимайте. Только не упейтесь, уважаемый маг. Идёт хорошо, легонько, но накрывает очень добротно.

Маг взял стоящую тут же на столе кружку и зачерпнул из ведра жидкость. Хлебнул, подавился и уставился на ведьму.

— Ого, — голос его подсел.

— Надо, если залпом пить, дыхание задерживать, — пояснила Хэла.

— Всё, дальше сам, — проговорил Тёрк, протягивая руку женщине. — Смотри не сдохни, а то с тебя ещё четыре долга.

— Три, — поправил его маг.

— Да, точно, — ухмыльнулся брат Рэтара, накидывая на плечи ведьмы куртку ферана и утаскивая её в портал. — Бывай, Верлес.

Вернувшись обратно, они наткнулись на Рэтара, который кажется никуда не уходил из комнаты портала. А вот привратника не было.

— Держи, — Тёрк кажется присутствию ферана не удивился. Он спустил Хэлу с круга, практически поставил в руки брата. — И уж будьте любезны, не появляйтесь на глаза мне, хотя бы пару дней, а? Я сам тут разберусь, ясно?

Ведьма фыркнула, но Рэтар никак не отреагировал. Лишь положил ей руку на талию, а она прижалась к нему спиной. Старший брат обошёл их и вышел из комнаты в коридор.

— А ну, братцы, вон отсюда все, живо, — гаркнул Тёрк страже и судя по шагам все стоявшие на этаже воины достаточно быстро удалились.

— Раскомандовался, — прокомментировала Хэла. — Соскучился по мальчикам своим.

Феран не смог сдержать улыбки.

— А то, мотался один невесть где, — ответил он тихо. — Теперь добирает.

Ей было не по себе от такого Рэтара. Он был таким совсем не правильным, таким боязливым что ли, смирным.

— Рэтар, — позвала Хэла, разворачиваясь к нему лицом и обнимая талию.

— Да, родная, — отозвался он.

— Я всё ещё жду обнимашек и целовашек, — улыбнулась она.

— Да, родная.

И Рэтар нагнулся к ней и притянув, обнимая, как положено, поцеловал. И накатили эта безумная тоска друг по другу в течении всего этого времени, и эта боль, эти муки. Феран подхватил её на руки и, продолжая целовать, отнёс к себе.

— Мне было так плохо без тебя, — прошептал Рэтар, когда они уже обнажённые лежали рядом. — Думал с ума сойду, внутри всё выло от тоски по тебе.

— Вот она я, — ответила Хэла так же шёпотом.

Ей так хотелось, чтобы он не говорил, а продолжал — обнимать, целовать, хотелось почувствовать его, хотелось, чтобы был внутри.

— Не спеши, — и он снова чувствовал её. Хэла кивнула, а Рэтар её поцеловал. — Думал, что этого уже не будет. Думал, что потерял тебя.

— Не дождёшься, — тихо рассмеялась ведьма. — Не на ту напал — терять он меня вздумал.

Он улыбнулся, но внутри него сидело это страдание.

— Перед казнью мне снился сон.

— Сон?

— Да, — ответил Рэтар, немного хмуря лоб. — Я могу поклясться, что там была ты, маленькая.

— Маленькая? — удивилась Хэла.

— Да, девочка совсем.

— И что я делала?

— Ты дулась на меня, — улыбнулся феран.

— Дулась? — переспросила ведьма, тоже улыбаясь. — Почему?

— Вторгся в твой сон, — пояснил он и поцеловал её висок. — Прогоняла меня.

— А ты не уходил?

— Нет. Ты была смешная и воинственная.

— А я была одна?

— Да.

— Тогда понятно. Мне в детстве так хотелось одиночества, я очень ревностно защищала эти минутки наедине с собой, даже во сне, — улыбнулась Хэла и поцеловала его в ответ. — Но может это и вправду была я.

Рэтар вопросительно нахмурился.

— Я когда была в башне, очень к тебе хотела, — пояснила ведьма. — Я боялась, что не смогу попрощаться.

— Хэла, — его снова передёрнуло, но она точно знала, что это нужно пройти, иначе они оба застрянут в этой трясине и даже закрывая глаза на неё, всё равно раз за разом будут мучительно в неё возвращаться. — Я бы всё отдал, чтобы этого не было. Всё.

— Я знаю, родной, знаю, — проговорила Хэла, на деле так же утопая в том, что случилось.

Убеждая себя, что это был плохой сон, и больно было от потери, хотя Верлеас ей помог, унял боль и забрал кровь, но внутри всё равно было пусто и надо было вцепиться в Рэтара, потому что он был тем, кто мог эту пустоту заполнить.

— Отпусти, — попросила Хэла.

— Нет, — заупрямился он. — Это решение. Я… если бы его не было, то я бы совершил что-то другое, чтобы спасти тебя. Я бы предпочёл умереть, но тебя бы спас. Я… просто всё было совсем плохо и…

— Всё прошло, — прошептала ведьма. — Мы переживём.

— Хэла моя, — простонал Рэтар, — ты моя прита.

— Прита? — усмехнулась она. — Это вроде кто-то или что-то очень красивое, нет?

— Не совсем, но красивая, да, — улыбнулся феран и поцеловал в шею. — Сейчас конечно уже мало кто помнит, что приты, дети бога Сэягту, не только очень красивые создания. Но и они олицетворяли собой всё прекрасное, хорошее, что есть в мире. Они свет, добро…

— Это не про меня, — возразила Хэла, улыбаясь.

— Прощение, — продолжил Рэтар.

— Прощение, ок, я согласна, — согласилась ведьма. — Но вот свет, добро… это не про меня.

— Не спорь со мной, — попросил феран, хмурясь с улыбкой.

— Ладно, сегодня не буду с тобой спорить. Прита, значит прита, — рассмеялась Хэла, но уже в следующий момент задохнулась от дрожи в теле. Рэтар перестал говорить и перешёл к делу.

Спустился с поцелуями от шеи к груди, потом ниже. Ведьма слабо запротестовала, понимая к чему идёт дело, но спорить и вправду было глупо, потому что с ним не поспорить, это раз. И ей это бесконечно нравилось — два.

Она хватанула воздух ртом, выгнулась. Руки Рэтара мгновенно сжали её, притянули к себе сильнее. Потом он дёрнул её на себя и наконец сделал то, чего она так хотела — вошёл в неё. Хэла взвыла, уже не сдерживая себя, вцепилась в него. Этого было достаточно, чтобы напрочь обо всём забыть, растворяясь в желании, эмоциях, счастье близости. Такой жестокой и страстной и одновременно с тем щемяще нежной и трепетной.

Уснули они сцепившись кажется намертво, потому что не только у Рэтара внутри был этот страх потери, но и Хэла, до умопомрачения боялась его потерять, особенно сейчас.

Открыв глаза, ведьма поняла, что наступило утро. Она всё так же была прижата к Рэтару его стальной хваткой, полной власти, но дарящей чувство защиты. Улыбнулась, потому что всегда считала, что вот так, когда тебя прижимают, тискают в объятьях, выспаться невозможно, но ошиблась. Дожила до того, что теперь вот наверное и не может спать без этого его дыхания в её голову, этих ручищ сгребающих и держащих, не позволяющих даже пошевелиться, чтобы их хозяин не проснулся и, убедившись, что она рядом, уснул дальше.